и промышленностью, ее богатой и сильной культурой, ее планами реформ системы управления.
КРОВИ БЫЛО БОЛЬШЕ, чем ожидалось, и на пол грузовика положили сукно, которым обмотали некоторые трупы, чтобы на земле не оставался кровавый след. Грузя тела на автомобиль, красногвардейцы принялись мародерствовать, но Юровский положил этому конец, отобрав у них украденные вещи. Грузовик, который ждали в полночь, приехал лишь в половине второго. Возникло столько неожиданных трудностей, что лишь в три часа утра машина со своим ужасным грузом поехала к месту захоронения.
К этому времени Юровский утратил доверие к комиссару Ермакову, которому было поручено погребение, и решил сам проследить за этой операцией. Как выяснилось, понадобилось три дня и три ночи, чтобы осуществить надежное захоронение одиннадцати тел, которые были у них на руках. Деловой тон, которым Юровский рассказывает о бесцеремонном обращении с покойниками, недостойное отношение к ним, нанесенные им впоследствии увечья — все это многое говорит о большевистской доктрине ненависти, которой были одержимы души этих людей. Потопив элементарные человеческие чувства в потоках ненависти и злобы, они стали зверьми, которые трое суток уродовали, топтали, рвали, расчленяли и сжигали одиннадцать тел без всякой жалости.
На предполагавшемся месте захоронения — шахте в нескольких милях от города — ничего не было готово: не было доставлено даже лопат. Грузовик, везший тела, был ненадолго задержан всадниками (их было двадцать пять), которые разозлились, узнав, что Романовых не привезли к ним живыми; они рассчитывали сами выполнить обязанности палачей. Телег, на которых надо было везти тела дальше, поскольку грузовик не мог продолжать путь, оказалось недостаточно; затем выяснилось, что никто не знает, где находится шахта.
С наступлением рассвета чекистам следовало что- то срочно предпринять, чтобы спрятать трупы. Верстах в пятнадцати от Екатеринбурга они нашли урочище «Четыре Брата» с заброшенным рудником глубиной около двух с половиной метров, отчасти заполненным водой. Здесь Юровский приказал раздеть тела и развести большой костер, чтобы сжечь одежду. При этом были обнаружены драгоценные камни, зашитые в одежду женщин. Пришлось сделать перерыв для того, чтобы их извлечь. Общий вес драгоценных камней составил семь с лишним килограммов. Они были сложены в мешки, одежда сожжена, а тела брошены в шахту.
Оставив там надежных часовых, Юровский вернулся в Екатеринбург, чтобы доложить Исполкому о проделанной акции и запросить инструкции относительно места захоронения. Были предложены три глубоких шахты, расположенные вдоль Московского тракта. Юровский отправился, чтобы осмотреть их, и нашел их подходящими, хотя для того, чтобы добраться к ним, понадобился еще целый день в связи со встретившимися трудностями. В полночь
18 июля, взяв с собой телеги и веревки, он отправился в дорогу, чтобы извлечь тела из первой шахты, но когда начало светать, решил закопать здесь хотя бы часть трупов, и работа началась. Однако и от этого плана пришлось отказаться, поскольку неожиданно приехал один из приятелей Ермакова и увидел, что они делают. Тела следовало перевезти к глубоким шахтам, но имевшиеся в наличии телеги были слишком непрочны, и Юровский вернулся в город за автомобилями.
Эта мрачная комедия со сломанными телегами и увязшими грузовиками продолжалась до раннего утра 19 июля. Едва они отъехали, как один из моторов безнадежно застрял, и было решено похоронить или сжечь трупы прямо тут. Позднее Юровский заявил, что они хотели сжечь Алексея и Александру Феодоровну, но по ошибке вместо Царицы сожгли служанку Демидову. «Потом похоронили тут же, под костром, останки, и снова разложили костер, что совершенно закрыло следы копания». К семи часам утра палачи сумели выкопать общую могилу для всех остальных. «Трупы сложили в яму, облив лица и вообще все тела серной кислотой, как для неузнаваемости, так и для того, чтобы предотвратить смрад от разложения (яма была неглубокая). Забросав землей и хворостом, сверху наложили шпалы и несколько раз проехали — следов ямы и здесь не осталось». 18 июля трупы Царской семьи были погружены на автомобиль, чтобы отвезти их к шахтам.
Страшная работа была проделана так тщательно, что когда белые войска прибыли туда неделю спустя, захоронений они не наши. Правда, они обнаружили достаточно следов преступления: это были драгоценные камни, оброненные возле шахты «Четыре Брата», и клочки обгоревшей ткани, что подтвердило ужасные подозрения, возникшие при осмотре пустого Ипатьевского дома и подвального помещения со следами множества пуль и крови даже после того, как пол тщательно выскоблили с песком.
Москва опубликовала краткое сообщение, в котором утверждалось, что приближение контрреволюционных сил и серьезный заговор с целью освободить бывшего Царя вынудил областной Совет принять решение расстрелять его, а его жену и сына перевезти в безопасное место. Эта лживая и нелепая версия происшедшего, без упоминания о судьбе Царских дочерей, существовала даже после расследования 1919 года.
Глава 10. На рельсах
ГИББС И ЕГО КОЛЛЕГИ, общим числом восемнадцать человек, по существу, все это время жили в вагоне 4-го класса, стоявшем на одном из запасных путей станции Екатеринбург. Большевики приказали им уехать, и они ждали, когда их отправят. Пока же они пользовались ограниченной свободой и днем могли ходить по городу и даже приобрели там много друзей и знакомых. Однако им не разрешили поселиться в городе и даже оставаться в нем на ночь — вечером они должны были возвращаться в свое жалкое убежище, где проводили долгие часы, пытаясь предотвратить крушение своего мира. Императорская семья, которой они поклялись служить верой и правдой и благодаря которой они оказались здесь, находилась в руках жестокого врага. Что касается их самих, то куда они могли пойти? Что могли сделать? Как удастся им выжить в нынешнем враждебном окружении?
Гиббс и Пьер Жильяр регулярно посещали Томаса Престона в Британском консульстве, пытаясь выяснить, что они могут предпринять относительно положения арестованной Семьи и каковы успехи белых войск в разгорающейся гражданской войне. Престон ничего не знал о каких бы то ни было планах спасти Царскую семью и был убежден, что любая такая попытка обречена на провал вследствие большого количества в Екатеринбурге красных частей, не говоря об их находящихся повсюду шпионах. Похоже, вся надежда была на приход белых войск, которые действительно быстро наступали и, похоже, преодолевали всяческое сопротивление. Однако, как мы убедились, именно этот успех явился решающим фактором в решении красных ликвидировать Царя и его семью. Очевидно, он же побудил освободить английского и швейцарского наставников, а также баронессу Буксгевден. Большевики не горели желанием, чтобы за ними наблюдали представители иностранных держав, когда их власть была столь непрочна. Что же касается остальных слуг, то
