Скажу честно, услышать такое — охренеть как приятно! Это одна из историй про Избранного, которые я читал взахлеб. Вспоминается, что мне уже говорили нечто подобное, когда я впитал в себя красный кристалл. Так что слова ученой только подтвердили факт. И я действительно был Избранным. (Да, да, звучит избито).
— Я пока не до конца понимаю, о чем вы говорите, — обратился я к комиссии, которая так и продолжала изучать данные на мониторах.
— У вас потенциал к любому виду магии! — С этими словами Мясежников повернул монитор в мою сторону. — Видите?
— Я не понимаю, что тут написано, — честно признался я.
— Ох, Леша, не засоряй парню голову! — отмахнулась Ермакова. — Молодой человек, просто поверьте, у вас потенциал к любому виду магии!
— Ну, как тебе, доволен? — прошептала Лора.
— А то…
— Вопросы? — поинтересовался пухлый Бережной.
— Мне бы хотелось узнать про уровни магии, энергию, ее запасы и пополнение. И еще про браслеты!
Члены комиссии переглянулись и улыбнулись.
— Все будет на завтрашних лекциях! — хором ответили они.
— Понятно, тогда вопросов нет, — кивнул я и встал со своего места.
Ермакова протянула мне бумаги с документами и добавила:
— Я буду следить за вами, студент Кузнецов!
Мне это польстило.
— Следите, не стесняйтесь! — отшутился я, что вызвало на ее лице широкую и искреннюю улыбку. — До свидания.
Когда я вышел из кабинета, на меня тут же накинулись с расспросами.
— Ну⁈ — с нетерпением в голосе спросил Дима. — Чего так долго?
— Не так уж и долго. Не то, что этот парень, — кивнул я на Антона, пытаясь тянуть интригу.
— Миша, не заставляй даму ждать! — Сложив руки на груди, Света театрально надула губки. — Какой у тебя потенциал?
Я положил документы рядом с их папками и удивился толщине моей. Она была в три раза больше.
— Что за хрень… — выдохнул Антон при виде такого собрания макулатуры. — Могу взглянуть?
— Ну-ка! — Дима попробовал схватить мою папку первым, но Антон молниеносным движением перехватил ее и погрузился в чтение. Мне было любопытно, как он изменится в лице, дойдя до самого главного.
— Ну! — Дима со Светой уже изнемогали от нетерпения. — Говори, ты…
К моему разочарованию, наградой нам стала одна приподнята бровь. Больше ничего не выдало его эмоций. Совсем как в момент нашего знакомства.
— Может, ты просто расскажешь нам? — попросила Сета.
— В общем, — не стал я больше мучить своих друзей. — У меня предрасположенность ко всем видам магии.
Дима и Света недоуменно переглянулись и рассмеялись, да так громко, что к нам подошла Ольга.
— Простите, — извинился Дмитрий, вытирая слезы. — Наш друг еще не отошел от травмы. Мелет всякую чушь, мол, у него предрасположенность ко всем видам магии.
Ольга собралась было сделать замечание этим двум весельчакам, как обратила внимание на мою папку с отчетом комиссии, в которую вчитывался Антон. Подчиняясь ее безмолвному приказу, он с немигающим взглядом протянул ей документы.
А вот ее реакция мне понравилась.
По мере того, как она читала и бросала на меня недоверчивые взгляды, улыбки сползали с лиц моих друзей до тех пор, пока на них не застыло взволнованное выражение. Закончив читать, Ольга передала мне папку с крайне озабоченным видом.
Вся аудитория смотрела только на меня.
— Так, вы меня смущаете! — воскликнул я. — Хватит пялиться!
Ольга молча вернулась на свое место, не спуская с меня глаз. Я чувствовал себя крайне неуютно.
— Миша, ты понимаешь, что такого просто не может быть? — прошептала Света.
Дима ничего не сказал. Уж он-то догадывался, что как раз такое вполне возможно.
— Ну, значит нечему так удивляться, — отмахнулся я и попытался перевести тему, обратившись к Антону: — Лучше расскажи, почему ты так долго там сидел?
Парень призадумался и выдал:
— У меня просто распространенная фамилия. Долго искали род Ивановых.
— Врун! — воскликнула Лора. — Врет и не краснеет!
— Да ладно, — мягко ответил я. — Оба мы с ним вруны.
Через два часа комиссия проверила последнего студента, и куратор повела нас на обед. Самое время — я был готов сожрать целого кабана.
Нашу делегацию провели через бесконечные коридоры института, походу объясняя, что находится за той или иной дверью. Увы, мне приходилось слушать вместе со всеми — Лоре так и не удалось подготовить план института. Из-за кучи артефактов в стенах на него потребуется слишком много энергии, которой и так было в обрез.
Оказавшись в столовой, у меня чуть челюсть не отпала от ее размеров. Огромный просторный зал с бесконечными рядами столов. Широкие панорамные окна выходили на поле и лес вдалеке. И ни поваров, ни официантов. Островки с едой ждали нас между столами. Подходи и бери.
— Вот это да! — удивлялись студенты. Я не мог с ними не согласиться. Настоящий шведский стол.
Ольга прочистила горло, обращая на себя внимание.
— Так как у вас будет индивидуальный график учебы, — объясняла она, — питаться будете в удобное для вас время. Столовая работает с шести утра до двенадцати ночи.
— Ого! — воскликнул худощавый парень, который покупал у меня пирожок на станции. — Ешь сколько влезет!
— Попридержите коней, — поморщилась Ольга. — Мы не переводим продукты впустую. Хочешь есть — ешь. Но чтобы я не видела тут гор объедков и недоеденных блюд. Все тарелки должны быть чистыми как стеклышко. За сохранность продуктов не переживайте. Скажите спасибо магическому холодильнику, который держит температуру и не дает воли скоропортящимся продуктам. — Она зашагала между столами, и мы последовали за ней, как утята за гусыней. — Подносы и приборы забираете отсюда. Убирать за собой строго обязательно. Любители оставлять после себя объедки и грязную посуду будут строго наказаны. И самое главное правило — есть можно только в столовой. Никаких тарелок в постелях и аудиториях. Исключение — чай с конфетами. Я понятно объяснила?
Мы закивали.
— Отлично! — Она сверилась с часами. — У вас есть час, чтобы пообедать. Потом я покажу вам спальни.
Нам встретились и студенты старших курсов, которые обедали между занятиями. Мне страсть как захотелось поспрашивать у них об учебе, перспективах и прочих моментах.
Я приметил одну привлекательную девушку, которая сидела одна и тыкала вилкой в салат.
Пока троица моих друзей озадаченно выбирала десерты, я быстро подхватил
