скоро он стал первым после Императрицы лицом в государстве.
Натура богато одаренная, но неуравновешенная, гениальная и мелочная в одно время, могучий ум и неровный характер, в котором творческое вдохновение чередовалось с периодами полной прострации. Достоинства Потемкина были достоинствами государственного человека, его недостатки – недостатками временщика. Идеи его внешней политики были грандиозны (и в то же время выполнимы) – он сообщил этой политике подлинно великодержавный размах, открыл России новые горизонты. Составленный Потемкиным в 1777–1778 годах «Греческий прожект»{138} предусматривал изгнание турок из Европы, освобождение балканских христиан, овладение Царьградом и учреждение Византийской империи под скипетром Романовых. Оба родившихся в эту пору внука Императрицы – великие князья Александр и Константин получили греческие имена. На царьградский престол предназначался Великий князь Константин Павлович, получивший специально греческое воспитание.
Влияние его на армию было благотворным. Здесь Потемкин явился продолжателем дела Румянцева, в школе которого многому научился. Это был блестящий организатор, большой гуманист, но не военный в душе. Полководческих дарований ему не было дано.
В 1770-х годах Потемкин как бы дополняет Румянцева, но его влияние все возрастает. Кагульский победитель по цельности своего характера, чистосердечию и философскому образу мыслей не был придворным. Его осыпали почестями и постепенно удалили от дел. В 1784 году Потемкин назначен президентом военной коллегии (с производством в фельдмаршалы) и стал полновластным хозяином в армии.
Все его мероприятия направлены прежде всего к облегчению условий службы солдата. Вместо неопределенного, пожизненного срока службы{139} – «доколе силы и здоровье позволят» введен определенный – 25 лет. В кавалерии положено служить 15 лет, после чего переводиться в пехоту либо в гарнизоны.
Строевая часть, уже упрощенная Румянцевым, упрощена еще более. Солдат учат лишь тому, что им может пригодиться в походе и в бою. При стойке обращается внимание на простоту и естественность. Движения должны быть свободны – «без окостенения, как прежде было в обычае». Телесные наказания, и так очень редко применявшиеся Румянцевым, были при Потемкине совершенно выведены из обихода армии. Этим отсутствием заплечных дел мастерства, отсутствием тем более знаменательным, что телесные наказания официально отменены не были, русская армия будет всегда гордиться. И в этом отношении – как решительно и во всех остальных – армия Екатерины II стоит неизмеримо выше армий Фридриха II, Иосифа II и Людовика XVI.
В 1786 году введена новая форма: зеленый камзол с погоном (жгутом) или эполетом на одном плече, просторные красные штаны, внизу обшитые кожей, и каска черной кожи с оранжевым гребнем и белой кокардой (романовские и георгиевские цвета) и наушники. Отменены парики и косы, солдатам стали стричь волосы, отчего они выигрывали в опрятности. Вычеты из жалованья за обмундировку отменены были еще Румянцевым.
Упразднены рогатки, требовавшие громадных обозов и утяжелявшие армию в походе. В пехоте упразднены ручные «гренады».
Егерские команды пехотных полков еще в 1777 году сведены в отдельные егерские батальоны числом шесть. В 1784–1785 годах батальоны эти развернуты в егерские корпуса четырехбатальонного состава. Число этих егерских корпусов к концу царствования Императрицы Екатерины доведено до 10. Кавказский, Таврический, Бугский, Белорусский, Финляндский, Лифляндский, Кубанский, Днепровский, Кабардинский, Горский.
Создан новый тип регулярной легкой кавалерии, легкоконные полки, числом 11 из гусар и полков малороссийских казачьих войск (1783 год). Образовано и четыре конно-егерских полка.
Обращено внимание и на драгун, почти что уничтоженных Румянцевым. К оставшимся шести полкам вновь прибавлено пять. Потемкин считал драгун самонужнейшими и полезнейшими («можно сугубое смотря по обстоятельствам из них сделать употребление, – писал он, – не заимствуя помощь и подкрепление ни пехоты, ни тяжелой конницы»).
Тяжелая кавалерия осталась почти без изменения, из 19 карабинерных полков оставлено 16, а все шесть кирасирских полков сведены в один полк 30-эскадронного состава, наименованный лейб-кирасирским (по смерти Потемкина восстановлены опять).
Артиллерия из пяти полков переформирована в 13 батальонов (один полк и три отдельных батальона бомбардирских, два батальона канонирских, два фузелерных) и пять конных рот.
Деятельность Потемкина сказалась особенно в устройстве казачьих войск. Императрица Екатерина еще в начале своего царствования обратила особое внимание на казачество. В 1770 году Волгское войско переведено на Кавказ, где вошло отдельным Волгским полком в состав Терского. В том же году на Кавказе основаны войска Кубанское, Моздокское, а в верховьях Дона – Хоперское (впоследствии переведенное подобно Волгскому на Кавказ, но в состав Кубанского войска).
После Пугачевского бунта Императрица стала недоверчиво относиться к казакам. В 1776 году решено ликвидировать Запорожскую Сечь{140}, давно ставшую гнездом всякого рода беспорядков и грозившую стать очагом пугачевщины при введении в Малороссии новых порядков. Ликвидация Сечи поручена генералу Текели с 25-тысячным войском. Экспедиция эта обошлась без кровопролития, однако в скором времени почти все запорожцы выселились на Дунай, в Турцию. Сечь была застигнута врасплох (по донесению Текели, запорожские часовые «заняты были упражнением сна»). Под предлогом рыбной ловли запорожцы стали затем целыми ватагами уходить по Днепру в море и больше не возвращались. Когда Текели хватился, из 13 тыс. казаков не осталось и тысячи. В Добрудже запорожцы уже застали некрасовцев – потомков бунтарей Булавина – староверов, враждебно относившихся к России и служивших в турецких войсках.
Впоследствии – во время Второй Турецкой войны – по ходатайству за них Потемкина, запорожцы вновь приняты в русское подданство под именем Черноморского войска, и им отведены земли по Кубани. Войско это было затем слито с Кубанским{141} (один из Кубанских полков и поныне носит название Запорожского).
К концу царствования Екатерины в русской армии считалось: три гвардейских, 12 гренадерских, 56 пехотных полков, 10 корпусов и 3 батальона егерей, 20 отдельных полевых пехотных батальонов и гренадерских корпусов. Кавалерия состояла из 1 гвардейского (Конного), 6 кирасирских, 16 карабинерных, 1 конно-гренадерского, 11 драгунских, 11 легкоконных, 4 конно-егерских. В общей сложности 103 пехотных и 50 регулярных конных полков. Общая численность всех действовавших войск составила 287 тыс. человек, необходимо, однако, учесть некомплект, никогда не бывший меньше пятой части. Гарнизонные войска составляли 107 батальонов (91 на пограничном, 16 на внутреннем положении). Казачьи войска могли дать до 50 полков.
* * *
Гвардия имела в екатерининские времена совершенно иной характер, нежели в Петровскую эпоху. Петровские гвардейские полки имеют троякое назначение: политическое (опора царской власти при проведении реформ), воспитательное (подготовка офицеров для армии, показания примера армейским полкам в боях и экзерцициях) и, наконец, собственно боевое, как тактические единицы. Уже при ближайших преемниках Петра это последнее назначение отходит на второй план – в походах Миниха участвует лишь половина Гвардии, по батальону на полк. Обстоятельства воцарения Елизаветы отнюдь не способствовали упрочению дисциплины в Гвардии.
