class="p1">Мы пришли вовремя, оказались первыми. Вскоре подошли три женщины с детьми. Аниматор в костюме Шрека отвёл детей в комнату.
Мамочки оседлали любимые темы: прививки и детские кружки. Я же про себя подмечал, как же вкусно она готовит, как ловко подбирает одежду и аксессуары. Зелёное с белым простенькое платьице тонко сочеталось с бирюзовыми колье и браслетом. Умеренный вырез подчёркивал её соблазняющие формы и оставлял простор для фантазии. Жесты словно отрепетированы. Ненавязчивый сладкий аромат духов гулял по комнате, заставляя дышать чуть глубже. Где бы она ни появлялась, всегда выделялась среди других женщин.
Она переводила каждую тему на более общую и включала меня в разговор. Хорошо зная мою нелюбовь к площадочным диалогам, делала всё, чтобы мне было комфортно. Несколько раз она смотрела на меня дольше, чем обычно.
Нас позвал аниматор в детскую комнату сделать общие фотографии. Я рядом с ней, и, похоже, она совсем неслучайно провела ладонью по моей руке.
Взгляд упал на полку, я чуть не подскочил от удивления. Фото в рамке. Тот самый приятель, с которым вместе поступали и так по-разному ответили на вопрос о предназначении. Все было написано на моём лице.
– Бывший муж.
– Мы с ним знакомы. Двадцать лет не виделись.
– Вот как. Он скоро заедет. Поздравить.
В двух словах описал обстоятельства нашего знакомства.
– Он специально завалил физику.
– Зачем?
– Не хотел быть инженером, а отец требовал продолжения династии. Высказать в лицо не получилось.
– Эдакая диверсия.
– Да, но они всё равно разругались. Отцовское разочарование от провала на экзамене не проще перенести, чем конфликт из-за выбора профессии.
– Кем он стал?
– Один из лучших шеф-поваров страны.
– Неплохо.
Шеф-повар приехал через час. Нисколечко не изменился. Ни внешне, ни внутренне. Даже профессиональные достижения не стёрли с лица интеллигентную стеснительность.
Обнялись. Было интересно на него посмотреть, но раздражение не покидало – я был на стороне его бывшей жены. К тому же больше хотелось общаться с ней, а не с ним. Да и волновал меня только один вопрос, который я всё-таки ввернул после его долгого рассказа о карьерном пути.
– Ну ты доволен, что всё-таки нашёл своё предназначение?
– О чём ты?
– Ты ведь, как бы это помягче сказать… Расставил приоритеты. Понял, что семья – не твоё. Ушёл с головой в поварское дело. Добился успеха.
– При чём здесь предназначение?
– Разве это не оно самое?
– Да нет никакого предназначения. И высшего смысла в нашей жизни нет. Мы живём, потому что так сложилось. Родились – умрём. А между этими моментами занимаемся своими делами в меру способностей. Но это не значит, что всю эту суету надо называть такими громкими словами.
– Стоило ли тогда уходить из семьи?
– Не хочу это обсуждать, но если коротко, то люди разводятся не только потому, что брак мешает их предназначению. Странно, что это надо объяснять.
Больше говорить было не о чем. Я обрадовался, когда шеф поцеловал сына в щёку и уже через час после своего неожиданного появления испарился.
– Восхищаюсь твоим терпением. Ещё и его фотография в доме стоит.
– У мальчика должен быть отец.
Когда мы прощались, она меня обняла, поцеловала в щёку и пристально серьёзно посмотрела. Такой обжигающий взгляд сложно забыть. Я шёл по улице оглушённый, не в состоянии распутать мысли и разобраться в происходящем.
Уложил спать счастливого внука, сварганил простенький ужин из попавшихся под руку продуктов. Супруга проигнорировала еду, долго не вылезала из телефона и уже перед сном лениво проворковала:
– Как прошло?
– Нам понравилось. Аниматор хорошо поработал, похоже, я знаю, кого мелкий потребует на свой день рождения.
– Много пришло детей?
– Пятеро вместе с именинником.
– Зажигал с молодыми мамочками?
– Угу. Обзажигался.
* * *
Я ходил по краю не без удовольствия, но не собирался ступать в бездну. Мне никогда не забыть мнимую недосягаемость будущей супруги, от которой я страдал в молодости. Даже после женитьбы мой поход за любовью продолжался. Переживания свежи в памяти, я не мог принести всё в жертву этой нежданной страсти.
Но она завладела всеми моими мыслями. Я просыпался и сразу вспоминал её ободряющую, счастливую улыбку. Ложился спать с удовольствием, ничто не мешало представлять, как обнимаю её. А между этими моментами я воскрешал в памяти её пристальный взгляд и отдельные фразы.
– Здорово, что дети так ладят.
– Да, для меня это большое счастье. Так приятно смотреть на внука, у которого есть друзья.
– Сын постоянно говорит, что ждёт вас в гости, так что добро пожаловать.
– Спасибо, мы готовы.
– Тогда давай завтра после прогулки? Вы же окончательно и бесповоротно отказались от дневного сна?
– Да. Почему бы и нет.
– Вот и отлично. Только предлагаю обменяться телефонами, нам надо показаться стоматологу, я тебе позвоню или напишу в «Вотсапе», когда мы освободимся.
Я согласился, не думая. Не видел повода отказаться. В конце концов, мне приятно с ней общаться, ничего плохого в этом нет. Но себя не обманешь. Ещё один шаг в неизвестность. Других взрослых не будет. Мне интересно посмотреть ещё раз на неё в её же квартире. Без необходимости время от времени поворачивать голову к другим собеседницам, без учтивого отвода глаз от хозяйки. Только я и она. И дети, которые будут играть в другой комнате.
Тем утром жена намного дольше обычного просидела у зеркала с тушью, румянами, карандашом, пудрой и прочими инструментами создания красоты. Я уже привык к тому, что её образ кажется абсолютно естественным, так думают и окружающие, по крайней мере, мужчины точно. Но за всей этой естественностью стоят часы у маленького столика с педантично расставленными флакончиками, тюбиками. Когда она заканчивала ритуал, казалось, что можно было обойтись десятью минутами. Но как после хорошего ремонта в квартире не найдёшь ни единого следа работы мастера, так же она преображалась еле заметными, отточенными штрихами. Много лет назад я в шутку спросил, для кого она так старается. Недовольный взгляд, неловкая пауза… «Для себя. А для кого же ещё?» Она оделась торжественно и зачем-то сказала, что будет поздно, никого не удивив предупреждением.
Мы пришли в назначенное время. Пацаны выпили по маленькой коробке сока, заев заранее приготовленным печеньем, и убежали играть в машинки. На столе ждали бутылка красного, порезанный сыр, мясо, фрукты.
– Захотелось нарушить привычный режим. Хватит быть в плену придуманного расписания.
– Это правильно. Встряхнуться полезно.
– Вот и я так решила. Не хочу сегодня быть логопедом. Сделаем упражнения завтра.
– Здорово, что ты так много с ним занимаешься.
– Ну а как по-другому? Чем больше в него сил вложишь,
