того, чем я владел до Ульяны. Все решится сейчас, прямо здесь и сегодня. В этом трудном, нездоровом месте наших отношений.
— Все кончено, Артур. Я должна уйти. Так будет лучше для всех. Я не хочу, чтобы ты пострадал. И не хочу, чтобы ранили его.
— Кого?! — закипала моя кровь. — О ком ты печешься сейчас?!
Я сократил расстояние и взял ее за плечи. Притянул к себе как последнюю попытку сохранить надежду.
— Прошу, не надо, Артур! Это опасно для нас всех! Ты не понимаешь…
— Так объясни, чтобы я смог тебя понять!
Я тряс ею и смотрел в глаза. В эти черные, такие непонятные мне тогда глаза. Как так вышло, что она уходит?
Не позволю. Просто не позволю.
Я прикажу здесь расстрелять всех до единого. Прикажу убить любую тварь, которая попробует забрать у меня Улю. И этот капитан — он будет первым в очереди.
ЖМУР!
— Я беременна, Артур! Беременна! Ты понимаешь это?!
Она билась в моих руках, трепыхалась. Но не говорила главного.
— Кто отец?
Мои пальцы пробежались по ее волосам, я судорожно убирал их с плеч — просто не знал, как добиться ответа. Хотел услышать лишь одно. И чтобы это было правдой, а не ложью. Как мне добиться правды и не умереть от ее знания?
КАК?
— Я не знаю, что мне делать, — текли у нее слезы. — Как мне быть, Артур? Мне страшно. Мне страшно говорить эту правду теперь. Здесь. При всех.
Они ее напугали. Все эти ублюдки с оружием, вся эта ментовская шваль на побегушках.
НЕНАВИЖУ!
Те секунды были единственным, что могло спасти наши жизни от краха.
Поэтому я просто взял ее бережно за голову, чтобы поцеловать как в последний раз.
И спросил простыми словами:
— Чей это ребенок, Ульяна? Просто скажи, кто отец.
Ульяна
Как только я сказала, что беременна, в клуб ворвались люди. Я не могла сперва понять, что происходит — были крики, давка, паника. Что-то надвигалось. Нечто такое, чего я не контролировала. И только через несколько минут я поняла, что это за мной.
Максим меня нашел. Он нагрянул в клуб Артура ударной группой. Сам с оружием в руках, в бронежилете. Он вел этот штурм в попытке отбить меня у похитителя. И ему даже в голову не могло прийти, что я хотела быть с этим человеком. Я была рада опять оказаться в его руках. И вырвать меня из них мог лишь кто-то сильный, вроде Добрынина. Который по силе был вполне сопоставим с Артуром.
Вот только я не хотела дуэли. Я боялась этого дня — когда они встретятся лицом к лицу и начнется битва за меня.
— Ульяна, иди ко мне! — кричал мне Макс в полнейшей решимости. Я знала, что он выстрелит. Достаточно Артуру лишь пошевелиться — и в него будет выпущена пуля. Даже не одна. Макс был на взводе, его скулы сжимались до скрипа зубов. Еще мгновение — и нажмет на спусковой крючок. — Просто пригнись и иди сюда! Я тебя прикрою!
Но я не могла вот так взять и уйти. Не могла его бросить.
Артур ведь не для этого пришел. Не для этого он похитил меня из-под венца. Чтобы теперь без боя вернуть обратно.
— Не слушай его, Уля! — кричал мне Аксенов с другой стороны. — Ты должна мне ответить! Я не отпущу тебя, пока ты не скажешь правду!
— Артур, прошу! Не делай резких движений! Нет!
Но он шел ко мне шаг за шагом. Хотел обнять любой ценой.
— Еще раз двинешься — ты труп! — орал Максим. — СТОЙ, УБЛЮДОК! Я СТРЕЛЯЮ!
Аксенов взял меня за плечи. Пристально взглянул в глаза. Он искал в них ответа.
— Кто отец, Ульяна? Кто? Ты должна мне сказать это сейчас. Все зависит от того, чье это дитя. Просто признайся, от кого ты беременна. Я должен это знать.
Все накалилось до такого градуса, что медлить невозможно. Люди Макса и Артура держали друг друга на мушке, были готовы открыть огонь в любой момент. Они просто ждали сигнала от командиров. Один из них — мой спаситель, сводный брат и просто лучший друг, которых больше не найти. Второй — мой похититель. Он украл мое сердце, не дав Максиму умереть. А теперь я должна была что-то сделать. Чтобы все мои старания не закончились крахом.
Их силы равны. Мотивы похожи. Они оба одинаково хотели вернуть меня назад, забрать с собой. И защитить. Вот только каждый ошибался. Был по-своему обманут. И виновна во всем я.
— Отпусти ее, тварь!
Макс прицелился в Артура, но уже через мгновенье опустил пистолет. Мы были слишком близко — со стороны походило на головоломку. То ли бандит меня использовал как щит, чтобы прикрыть свое тело от пуль. То ли между нами было нечто большее, чем связь преступника и жертвы.
Неужели Стокгольмский синдром? Сестру похитили на свадьбе, силой привезли в ночной клуб, чтобы овладеть ею до конца. Напоив алкоголем.
Наверное, так меня видел брат. Таким ему все тогда казалось. Я не понимаю, что творю — вот и все.
Но это не так. Ты ошибался, Макс. Все было гораздо сложнее.
Человек под прицелом — отец моего ребенка. И я должна это сделать. Должна ему это сказать, другого шанса может не быть.
— Умоляю, — держал он меня за голову. Артур обнял меня ладонями за скулы и смотрел в глаза. Ему было все равно, что творится вокруг. Он мог бы начать перестрелку, но не делал этого. Вместо стрельбы и агрессии он задал мне вопрос и безумно хотел услышать ответ. Услышать правду. — Ты беременна от меня? Это… мой… ребенок?
Все как будто застыло.
Я могла лишь кивнуть и сознаться. Все бы это закончилось. Неизвестно чем, но перешло бы на новый этап.
Что меня ждало? Что всех нас ждало после ответа "Да"? Как он мог отреагировать? Неужели у нас была надежда?
Тогда… тогда зачем все это? Почему за мной пришел Максим — зачем судьба опять нас разлучала? Почему я должна выбрать там, где выбрать просто невозможно?
Скажу, что ребенок его — он убьет моего брата. Он будет защищать меня до последнего. Пока не сотрет все вокруг в порошок. Я потеряю Макса. Я не буду счастлива. Уже никогда.
Совру и скажу, что отец не он… Я буду об этом жалеть. Всегда. Я испорчу все. Абсолютно все. Он меня возненавидит. Аксенов этого так не оставит.
— Артур, мне страшно… — Я стояла и плакала в его объятиях. Мы смотрели друг другу
