Так быстро он еще не бегал. Если бы его результат стометровки, кто-нибудь зарегистрировал, то юноша точно бы установил если не мировой рекорд, то точно рекорд школьной олимпиады.
К остановке городского транспорта уже опускался клипер. Андропов скользнул в его закрывающиеся двери и тут же занял место в дальнем углу. В том углу был хороший обзор на тротуар, что позволило Платону разглядеть двух горе-налетчиков выбравшихся из переулка.
— Повезло, — выдохнул юноша. Он вынул из-под футболки рысь и прижал ее к губам. Неимоверно холодная вещица. Холодная — значит работает. Платон задумался, а не будь у него этого кусочка металла смог ли он выстоять в схватке, против двух бойцов? От мыслей отвлекла кондуктор, просившая у всех деньги за проезд. Юноша сидел в дальнем углу и не очень торопился платить, хотя номерной жетон был при нем, а значит и весь капитал его тоже был с ним.
Женщина в синей униформе, казалось, не замечала Андропова специально. Так бывает, когда девушка обижается на своего молодого человека и специально делает вид, будто того не существует. В случае Платона все выглядело аналогично.
Лозунги типа «Неоплаченный проезд — ущерб для государства» не трогали его, поэтому он предпочел просто отсидеться до своей станции.
К разочарованию всех его ожиданий, черного внедорожника возле дома не оказалось. В своей квартире Андропов решил не задерживаться, и поэтому, как только зашел в нее, даже не стал полностью переодеваться, а просто вынул из-под кровати сумку и стал скидывать туда все нужные вещи, чтобы недельку другую пожить у родителей, к которым он часто ездил.
По телевизору целый день несли какую-то чушь о последствиях недавнего падения метеорита. Зараженная радиоактивными изотопами вода, в зоне падения, никоим образом не касалась Платона, поэтому он взглядом окинул квартиру, в поисках вещей, которые могут ему пригодиться.
— Вроде все, — произнес он, уверяя самого себя в том, что больше брать нечего, — оставляю на тебя квартиру, не безобразничай.
Ни кто не знал, да и никогда не узнает, на кого Андропов оставил квартиру. Юноша просто вышел из квартиры наглухо закрыл дверь и пошел к лифту.
Внизу, во дворе, слежки не было. Автомобиль так и не появлялся. Платон надежно закрепил сумку на сиденье мотоцикла, с помощью фиксаторов, затем сел сам и, легко оттолкнувшись одной ногой от асфальта, поехал вперед. Езда на мотоцикле ему нравилась не меньше чем девушки. Когда ветер бьет в лицо и теребит волосы, появляется необъяснимое чувство свободы и детского восторга, переполняющее изнутри. На груди явственно чувствовался обжигающий холод фигурки. Теперь они были повязаны невидимыми нитями, если не на всю жизнь, то точно на то время, пока происходят все эти непонятные случайности.
Пока тело наслаждалось движением и силой сопротивления воздуха, в голове говорил разум.
Сопоставим все факты. Где-то далеко в уральской тайге группа археологов находит древнее захоронение. В захоронении восемь мертвецов упакованных почти тысячу лет назад. На груди одного из них магическая фигурка. По сообщению археологов, на раскопки прибывает некая организация «Восход», которая нагло все опечатывает, всех левых отправляет в Москву и сама начинает, что-то копать. Сурянов, знавший о предметах куда больше каждого из археологов, с сознанием дела напрашивался на Урал. Он тоже что-то там искал. И, по-видимому, целью поисков и была фигурка рыси, висевшая в данный момент на шее Андропова.
Эти двое отморозков в переулке тоже были из «Восхода» и походу следили именно за Платоном. Значит, они как-то пронюхали, что именно математик нашел в склепе фигурку. Или так следят за каждым? Следует позвонить Верховцеву и Че Геваре, чтобы уточнить. А пока? А пока к родителям. В квартире оставаться больше нельзя. В особняке Андроповых в здании и на территории почти через каждый метр стоит охранник вооруженный табельным пистолетом. Там боятся не чего. Нет, это не трусость. Это разумный вывод подкрепленный инстинктом самосохранения.
Платон прибавил газу, чтобы обогнать замешкавшийся на дороге автомобиль. Мотоцикл пронесся по трассе и скрылся за поворотом.
До родительского особняка Андропов добрался в миг. Главные ворота привычно отъехали в сторону, потому что исин охранник, просканировавший лицо и номерной жетон Платона, признал в юноше своего. Андропов проехал по асфальтированной дорожке на территорию особняка. Мотоцикл он оставил на личной охраняемой стоянке возле дома. Охранник, которого звали Дядя Саша, приветливо улыбнулся Платону и помахал табельным пистолетом. Юноша ответил ему коротким кивком. Задерживаться во дворе не имело смысла, поэтому он снял с мотоцикла сумку и направился в дом. Задняя часть дома была видовой. Ну, по крайней мере, первый этаж был видовым. Огромные прозрачные стены выходили прямо в сад. Кухня и гостиная внизу были слабо дифференцированы и разделены лишь неширокой барной стойкой, за которой маленький Платон часто любил сидеть в детстве. В тот момент, когда юноша вошел внутрь через разъехавшиеся в разные стороны прозрачные стены, в гостиной никого не было. Только телевизор одиноко говорил в пустоту.
Андропов прошел через гостиную до лестницы, разделся и поднялся наверх. Как он и ожидал, мама была в своем личном кабинете. Она вечно возилась с бумагами и прочими расчетами.
— Привет, — произнес Платон, прислонившись к дверному косяку в проходе. Мама подняла глаза и посмотрела на сына.
— Привет Платоша, — в ответ произнесла она и вернулась к бумагам, — Папа еще на работе… А ты чего это так поздновато приехал?
— Да не знаю, — начал отнекиваться юноша, — я вот что подумал. Поживу пока здесь. Все-таки здесь мой дом.
Мама отодвинула бумаги и встала из-за стола. Она нежно обняла сына, который был почти на голову выше ее.
— И правильно сделал, что подумал. А то там у тебя в квартире бог знает, что уже наверно. Свинарник или что похуже? А тут чисто и уютно.
Платон широко улыбнулся и задумался.
— Ладно, иди пока в свою комнату, а я закончу тут с бумагами. Вернется отец, будем ужинать, — произнесла мама и, отпустив сына, вернулась к работе. Платон захватил из гостиной сумку и зашел в свою комнату.
Личная спальня, кабинет и еще много какая по функциональности комната была сделана скромно без шика. Невысокий потолок, стены клееные обоями с зеленоватым отблеском, большие окна, пианино, которое перенесли из маминого кабинета, у дальней стены. В общем, ничего лишнего, только самое нужное. Андропов бросил сумку на пол и сразу же сел за музыкальный инструмент. Раньше он безумно любил это пианино, и каждый вечер не по часу просиживал за ним, наигрывая разные мелодии, поэтому этот «шкаф с клавишами», как называл его папа, был одним из самых ярких детских воспоминаний.
