Самолетная «шпаргалка» буквально обманывала пилотов, приводя ложные сигналы о параметрах полета. В итоге следование рекомендациям фирмы-изготовителя привело к сваливанию и дальнейшему крушению авиалайнера. В тот день в США погибли 273 человека.
Каждое авиационное происшествие – это особенная, не похожая ни на одну другую ситуация. Способность вовремя разобраться в том, что происходит, принять единственно правильное решение – это результат опыта и профессионализма пилотов и цена многих человеческих жизней.
Я уверена, что наши Герои России знают о каждом подобном неблаговидном жесте своих коллег. Мне сложно судить, какие эмоции должен испытывать мужественный человек, когда его за спиной обвиняют в непрофессионализме. Если смотреть на эту проблему более широко, то построение предположений на догадках и неподтвержденных фактах – обыкновенная клевета, и будь в наших пилотах хоть капля мелочности и склочности, то пришлось бы отвечать каждому из этих «летчиков» в суде. Но в том и заключается глубокая пропасть между неизвестными никому людьми, случайно попавшими в эфир новостей, и Героями России. Герой – он не только на работе, он и в обычной жизни – героическая личность.
Сегодня, когда известны подробности происшествия, установлены все обстоятельства и причины, повлекшие аварийную посадку, и они нашли отражение в официальных документах, можно опровергнуть все глупые теории недовольных коллег из гражданской авиации. Ни одна из высказанных журналистам версий вышеупомянутых «летчиков» в ходе расследования не нашла подтверждения.
Что же по версии государственных органов произошло в небе над Жуковским 15 августа 2019 года? Об этом следующая глава.
Глава 29
Расследование
Если у читателя вдруг сложилось впечатление, что на волне всеобщей эйфории от чудесного спасения нас избавили от всевозможных проверок, сопровождающих любое самое незначительное происшествие, то это не так. Несмотря на присвоенные звания Героев и награды орденами экипажа, все процедуры были соблюдены. Так или иначе после нашего короткого полета авиакомпания не досчиталась самолета стоимостью больше ста миллионов долларов, не считая цену двигателей. Конечно же, это не могло пройти незамеченным.
На момент написания этой книги Межгосударственный авиационный комитет не разместил в открытом доступе информацию о результатах расследования случая от 15 августа 2019 года. Это породило у сторонников «теории заговора» домыслы, что от них что-то скрывают. Конспирологи немедленно начали сочинять мифы и догадки о преждевременном награждении экипажа. Как это обычно бывает, чужая слава не дает покоя тем, кому не повезло в этой жизни. При этом едва ли кто-то из критиков представляет процесс работы следственной комиссии. Если вкратце изложить обстоятельства, которые необходимо было установить в случае нашего авиационного происшествия, то они включают:
– исследование работы каждой детали до мельчайшего винтика в сложнейших механизмах двигателей и их влияния на поведение самолета в воздухе;
– опрос и обследование каждого пассажира и члена экипажа;
– установление нахождения свалок и других мест обитания птиц в границах аэропорта, а также видовой принадлежности пернатых, с которыми столкнулся наш Airbus;
– изучение работы аэродромных служб аэропорта Жуковский и анализ достаточности принятых ими мер по обеспечению орнитологической безопасности полетов.
Это лишь общий список задач, входивших в круг обязанностей членов комиссии. На практике все выглядит гораздо сложнее. Детали самолета и двигателей могли быть исследованы только на предприятиях изготовителей во Франции, куда их доставляли прямо с летного поля. При этом не стоит забывать, что 2019–2021 годы ознаменовались всемирной пандемией, которая ограничила работу ряда отечественных и зарубежных экспертных, коммерческих и государственных учреждений. Потому не стоит удивляться, что первые результаты проверки авиационного происшествия стали доступны лишь спустя три года с момента инцидента.
О том, насколько оперативно работают сотрудники государственных служб, свидетельствует хотя бы тот факт, что первые вопросы нам начали задавать сразу после того, как мы покинули кукурузное поле. Дмитрию Ивлицкому позвонили из авиакомпании и попросили подробно все рассказать. Как я поняла со слов старшего бортпроводника, все уже видели фотографии самолета, лежащего в поле. Но подробности происшествия еще не просочились во Всемирную сеть, и никто не знал, что с нами дальше делать.
Из телефона Дмитрия донесся строгий начальственный голос, так что рядом сидящие могли слышать вопросы: «Почему эвакуационные трапы не выпущены? Не надулись?» Действительно, спустя какое-то время трапы спустили воздух, о чем старший бортпроводник и сообщил. Поначалу это успокоило наше руководство. Спустя пару часов вопросы появились уже у Росавиации. Нас попросили срочно прислать фотографии паспортов, книжек бортпроводников и еще каких-то документов. Это мы выполнили незамедлительно. После этого, как я уже писала ранее, нас допрашивали сотрудники Следственного комитета Российской Федерации.
На следующий день, когда мы находились в Екатеринбурге, в стенах родной авиакомпании, нам сразу дали задание – написать подробные объяснительные. Хотя времени было в обрез, мне пришлось исписать не один лист бумаги, рассказывая обо всех событиях предыдущего дня. Это была, наверное, самая объемная записка в моей жизни. Насколько я поняла, письмо предназначалось для Межгосударственного авиационного комитета. Я никогда не любила писать длинные служебные письма. В них нет места творчеству, и я рада, что больше нам не пришлось этим заниматься.
Спустя несколько дней нас пригласил к себе начальник службы бортпроводников. Принимал он в своем рабочем кабинете. Основной вопрос, который его интересовал: есть ли какой-то личный опыт, которым мы могли бы поделиться, чтобы предупредить в дальнейшем происшествия, травмы, ускорить эвакуацию. В очередной раз мы пересказали все, что помнили о нашем коротком полете. Не знаю, принесли ли практическую пользу наши рассказы.
Также мы общались с нашими бортпроводниками-инструкторами и инструкторами-методистами. Всех интересовало, как мы действовали в критической ситуации, какие непредвиденные моменты, о которых не рассказывают на уроках АСП, возникали. И вновь мы пересказали то, что уже говорили неоднократно. Наверное, поэтому события того дня так хорошо сохранились в моей памяти.
Расследованием событий 15 августа 2019 года занимается Межгосударственный авиационный комитет. В своем отчете он должен дать оценку нашим действиям. На момент написания этой книги о результатах расследования ничего неизвестно. По крайней мере, сведения на общедоступном официальном сайте отсутствуют.
Однако спустя ровно три года с момента авиационного происшествия Федеральным агентством воздушного транспорта (Росавиация) выпущен официальный документ – Приказ № 577-П от 15.08.2022 «О реализации мероприятий по результатам расследования авиационного происшествия (аварии) с самолетом A-321-211 VQ-BOZ». В указанном ведомственном документе основное внимание уделяется мерам по предотвращению инцидентов, подобных тому, участниками которого стали наш экипаж и пассажиры. Но обращают на себя внимание приложения к приказу, в которых описаны факты, установленные в результате расследования. Указанное может говорить о том, что, хотя итоговые документы следствия не опубликованы, проверка по данному факту завершена. Об этом недвусмысленно свидетельствует формулировка из текста: «<…> комиссией по расследованию авиационного происшествия сделан вывод». На пяти листах Приложения № 2 подробно описаны все параметры полета и действия
