два рубля. Зеленая — один рубль. Есть еще красные и белые, но мы рискнули предположить, что вашему сиятельству будет неинтересно играть фишками столь малого номинала…
— Верно предположили, — отозвался я и по очереди взглянув по очереди на каждую из своих спутниц. — Ну что, дамы, покер или баккара? В какой игре вы готовы принести мне удачу?
Девушки переглянулись и уставились на меня.
— Рулетка! — хором выдохнули они.
— А вы у меня азартные, — хохотнул я и обнял их обеих, вживаясь в образ барина на отдыхе. — Что ж, значит, рулетка!
— Тогда прошу вас в зал Фортуны.
— Надеюсь, у вас есть зал Диониса, — осклабился я. — Потому что мне очень хочется выпить.
— Наши официанты принесут вам все, что пожелаете, — заверила хостес.
Она любезно вызвалась нас проводить. Следуя по анфиладе залов, я убедился, что владелец заведения, кем бы они ни был, вложился по полной программе. Каждый зал был посвящен греческому богу или богине и выполнен в античном стиле. На стенах красовались настоящие фрески, горели стилизованные факелы, а служащие были наряжены в античные костюмы. Разве что у официанток юбки были совсем уж короткие — едва прикрывали «нижние девяносто».
Мы прошли мимо залов, где играли в блэк-джек, покер, баккару — вот уж не ожидал, что эта старинная карточная игра до сих пор была популярна. Хотя, если прикинуть, наша аристократия довольно крепко держалась за некоторые традиции. А баккара была модной еще во времена Екатерины Великой. Возможно, сохранилась как дань традиции.
Мы оказались в зале, где возле нескольких столов толпились люди.
— Зал Фортуны, ваше сиятельство, — объявила хостес. — Первый стол принимает ставки от белой фишки и выше. Второй — от красной. Третий и четвертый — от зеленой. Рекомендую вам их. И должна напомнить, хотя, уверена, вам прекрасно это известно… Применение способностей одаренных запрещено на территории всего казино.
— Благодарю, — улыбнулся я и направился к четвертому. Ну вот захотелось мне именно туда.
Да и компания здесь собралась явно посолиднее: лица поинтеллигентнее, наряды подороже, количество персон поменьше. На первых двух столах развлекалась молодежь да нувориши — шумно, дешево, бесполезно. А мне, раз уж решил бросать деньги на ветер, хотелось хотя бы компенсировать это мероприятие парой знакомств.
Я приоткрыл свою шкатулку. Одна золотая фишка, пять серебряных, десять черных, стек в двадцать синих и столько же зеленых. Начнем, пожалуй, с меньшего номинала, а там посмотрим. В конце концов, надо еще добраться и до подземного уровня, где, по рассказам Вука, была самая мякотка.
— Добрый вечер, господа, — я подошел к четвертому столу, а мои роскошные спутницы держались за моей спиной. — Князь Николай Бринский. Разрешите присоединиться к игре?
Крупье как раз раздавал выигрыш после очередного раунда, так что, насколько я понимал правила, проблем с участием не должно было возникнуть.
Немолодая женщина в коротких перчатках устремила на меня оценивающий взгляд. Она не закрашивала седину, но старалась скрывать увядающее тело под закрытым платьем. Но даже бриллиантовое ожерелье-ошейник не могло отвлечь внимания от дряблости шеи.
— Что скажете, господа? — спросила она у остальных. — Я не против.
Она была единственным игроком в мужской компании. Остальные женщины были лишь спутницами, декорациями, и безмолвно наблюдали за игрой, потягивая коктейли в изящных хрустальных бокалах. Впрочем, мои Таня и Дина мгновенно украли внимание всей этой сосисочной вечеринки, вызвав ревность остальных дам. Да, девчонки были божественно хороши. На такой эффект я и рассчитывал.
— Конечно, ваше сиятельство, — отозвался самый старший за столом. Судя по акценту, австриец. Импозантный старик в смокинге и с родовым перстнем-печаткой на левом мизинце жестом пригласил меня занять место. — Всегда рады новым лицам. Барон Альберт фон Ниельшталль. Разрешите представить вам баронессу Диану фон Шуггер, князя Митара Тодоровича, князя Петара Балшича и его протеже господина Иво Мартиновича.
У меня голова пухла от перечисления имен, но я постарался всех запомнить. Значит, дама в бриллиантах — тоже австрийка, баронесса Шуггер. Вон тот молодой человек в скромном сером костюме — целый князь Тодорович. Кстати, спутница у него ничего такая… Князь Балшич — представитель старой сербской аристократии, еще до восстания. Вот с ним бы надо познакомиться поближе, хотя выглядел он угрюмо и даже нелюдимо. Судя по тому, что у него и его молодого протеже почти не осталось фишек, господам сегодня не везло.
— Делайте ваши ставки, господа! — объявил крупье.
Игроки начали испытывать судьбу. Баронесса поставила две синие фишки на шестнадцатый сектор, старик Ниельшталль — одну черную на красное, Тодорович — четыре зеленые на сплит…
— Поставьте на черное, ваше сиятельство.
Я резко обернулся, услышав знакомый голос у самого уха. Неужели показалось? Не может быть…
Но нет, рядом со мной стояла именно она. Стройная красотка с копной непослушных смоляных волос. В алом вечернем платье, белых перчатках… На длинной цепочке висела настоящая золотая монета… А в руках у нее была какая-то небольшая картонка. Карта?
Она улыбнулась.
— На черное, ваше сиятельство.
— Лала? — прошептал я.
Глава 17
— Что ты здесь делаешь? — отойдя от удивления, тихо прошипел я.
Лала обворожительно улыбнулась и, кажется, даже стрельнула глазками Иво Мартиновичу.
— Делай ставку, болван, — процедила она, продолжая улыбаться. — Ждут только тебя.
Крупье действительно уставился прямиком на меня.
— Вы определились, господин?
— Конечно. Пожалуйста, две зеленые на черное.
Я подвинул в его сторону две фишки, и распорядитель игры переместил их на соответствующее поле.
— Две зеленые на черное от господина Бринского, — повторил крупье, подтверждая мое решение. — Ставки сделаны, господа. Ставок больше нет.
Все, с этого момента вмешиваться запрещалось. Крупье запустил механизм рулетки, белый шарик запрыгал по секторам… И остановился на черном поле с цифрой «восемь».
— Поздравляю, князь, — улыбнулся старик Ниельшталль.
