бог знает как его звали, специально привёл отряд за Геннадием Мастэном и не забыл прихватить специальный радар.
О! Приятный сюрприз – ни одна из видеокамер не пострадала. Устойчивые видеокартинки можно наблюдать со всех из них без исключения. Да и микрофоны работают. Чёрный дым частично развеялся, частично вышел наружу через входную дверь. Над полом в мастерской будто приподнялся театральный занавес.
– Твою дивизию, – Верблюд расслабленно улыбнулся.
С души с шелестом и скрипом свалился камень: все восемь полицейских словно поломанные манекены покоятся на полу. Под каждым уже скопилась лужа крови. Только капитан, кажись, ещё шевелится. Верблюд едва ли не ткнулся носом в монитор. Ан нет, уже не шевелится.
Это даже хорошо, что цивилизация в Гаочане окончательно накрылась медным тазом. То, что эти восемь человек до самого последнего конца защищали закон и порядок, больше не верится. Отряд полицейских превратился в банду мародёров.
Восемь хорошо обученных и вооружённых человек – это сила. У этого полицейского отряда были реальные шансы пережить апокалипсис. Единственное, чего им не хватало, так это убежища и запасов еды. Они серьёзно рассчитывали поживиться заначкой выживальщика как минимум, а то и засесть в его убежище и переждать кризис как максимум. Но им не повезло.
Когда Верблюд окончательно понял, что его самый большой секрет на проверку не такой уж и секрет, то вместе с полом как следует отремонтировал потолок. Навесные квадратные плитки отлично замаскировал самодельные осколочные бомбы. Когда знаешь как, то не так уж и сложно соорудить из подручных материалов пластиковую взрывчатку. Пусть не такую надёжную и мощную, как заводская, но достаточно качественную, чтобы положить на месте отряд бывших полицейских в полной экипировке для подавления уличных беспорядков.
И снова, как и с видеокамерами, никаких радиоканалов, только провода. По идее, управление самопальными бомбами можно было бы завести в компьютер. Однако Верблюд предпочёл собрать самодельный пульт управления. И вновь голая электротехника, электроники как таковой нет совсем. Грубо и неэтично, зато дешёво, надёжно и практично. Как его там может получиться – бог его знает. Электромагнитный импульс ядерного взрыва не сможет уничтожить единственную линию обороны его убежища.
Большая зелёная жаба будто выползла из-под кровати и почти ласково обняла за шею. Верблюд недовольно заскрипел ногтями по столешнице. Над головой, на полу в мастерской, валяются очень даже аппетитные трофеи. Одних только электромагнитных автоматов двенадцать штук. А к ним накопители энергии, пули. У полицейских была как минимум одна крак-граната, а также противогазы, шлемы, пистолеты и восемь комплектов отличной брони. Но, Верблюд шмыгнул носом, ничего не получится. О том, чтобы выбраться на поверхность за всем этим богатством, не может быть и речи. Слишком опасно.
Пока его убежищу никто и ничто не угрожает. Если не найдутся новые желающие поживиться его запасами, то очень скоро мертвецы в «Антикварной мастерской» начнут разлагаться. Невыносимый трупный запах с гарантией отпугнёт как потенциальных мародёров, так и потенциальных жильцов. Вдруг кому из горожан придёт в голову поселиться в полуподвале, где очень даже удобно держать оборону.
Кушать не хочется, спать тоже. Можно послушать, что в мире делается. Верблюд аккуратно отсоединил прямоугольный пульт управления от разъёмов в стене и спрятал его обратно под кровать. Не дай бог ещё пригодится. На свободный край столешницы Верблюд поставил радиоприёмник. Под землёй связь никакая, проблематично поймать даже ФМ-волну местной радиостанции. Но это не вопрос. Ещё в мирное время, как раз для подобного случая, Верблюд вывел на поверхность антенну. Нужно только подсоединить разъём.
Из динамика полился треск и свист помех. Электроника радиоприёмника принялась прощупывать эфир.
– …ит радио Гаочана. Если вы меня слышите, значит, вы ещё живы, – голос радиоведущего слегка коверкает звуки и слова, как будто он весьма изрядно принял на грудь, но, всё же, сел за микрофон. – Коротко о главном – нам хана. Нашему любимому правительству… Тому самому правительству в Вейтине, которому мы много-много лет исправно платили налоги, на нас, уважаемые радиослушатели, насрать. Корабли нашего доблестного ВМС вовсю бороздят моря и океаны Ксинэи. Говорят, они рыбу ловят, но мне в этот бред почему-то не верится.
Радиоведущий мелко-мелко захихикал. Да он точно пьян.
– На улицах нашего некогда горячо любимого города творится чёрт знает что и с боку бантик. Как мне сообщили, полиция целиком и полностью перешла на сторону толпы. Полицейские, закон и порядок, ети мать, грабят то, что ещё сегодня утром пытались защитить. Мы сидим в правительственном комплексе на Площади величия и с величайшим величием взираем на вас свысока. Что творится в других районах города, то ведает лишь Великий Создатель. Хотя нет, не только он.
Радиоведущий громогласно икнул. Из динамика долетел шум наливаемой воды (воды ли?).
– Наше любимое правительство, – радиоведущий с треском опустил стакан, – объявило всеобщую мобилизацию. Так что если вам повезло удрать из Гаочана, то у вас есть шанс записаться в армию. Как долго вы проживёте, я сказать не могу, но разок-другой вас обязательно покормят. К другим новостям.
Снова стук стакана и хруст яблока или колбасы. Чем там радиоведущий закусывает.
– К Сегарской военно-морской базе настоятельно не рекомендую приближаться на пушечный выстрел. Наши бравые моряки пуляют без разбора и без предупреждения. А если вы взгляните на ночное небо, то вас ждёт незабываемое зрелище. Наша орбитальная группировка развернулась на все сто и один процент. Говорят, там очень скоро будет очень жарко, а потом придётся долго, долго падать.
Не знаю, утешит ли вас эта новость или нет, – радиоведущий шумно рыгнул, – но и в других странах нашей незабвенной Лиги очень свободных наций творится чёрт-те что и с боку бантик. Может быть, даже два бантика.
Это я-то пьяный? Да вы сами тут все пьяные!
Шум борьбы. Потом что-то щёлкнуло. Из динамика вновь полился треск и свист помех. Эфир закончен. Верблюд грустно улыбнулся. Интересно, а диджей Чумовой всё ещё вещает? Пальцы крутанули ручку настройки, электроника радиоприёмника вновь принялась прощупывать эфир.
– Вы не поверите! – судя по голосу, это и есть диджей Чумовой. – На Аните, на поверхности нашей луны, началась натуральная война! Войска Лиги свободных наций и Федерации социалистических республик вцепились друг другу в глотки. Если у вас уже ночь, то гляньте на Аниту. Даже невооружённым взглядом можно заметить на её лике яркие вспышки. Это ухают ядерные бомбы. Другое дело, что на естественном спутнике нет атмосферы, а потому не самый мирный атом не так эффективен.
Диджей Чумовой шумно выдохнул.
