Хит считал, что Джулии лучше сначала привыкнуть к его ласкам, чем сразу, прямо сейчас, удовлетворить его жадную похоть. Его тело вожделело ее жгучей томящей страстью, которая не дает уснуть часами. Но он решил, что для первого раза и так далеко зашел. Дальнейший напор мог привести к риску ее потерять. Хит ведь не играл в игры обольщения. Он мечтал выиграть ее сердце, ее преданность.
Он отодвинулся от нее, бросил последний жалобный взгляд на влажный, припухший, зовущий рот… В конце концов она будет принадлежать ему, но прежде чем сыграть партию до конца, он должен убедиться, что расклад в его пользу. Ее желание близости не должно быть мимолетным, вызванным лишь его страстью.
Прежде чем Джулией овладели растерянность и тревога, он прочел в ее серых туманных глазах откровенное желание. Она села на постели и сделала запоздалую попытку укрыться, затем неохотно засмеялась.
Внизу громко хлопнула дверь, и они одновременно вздрогнули. Из холла до них донеслись возбужденные голоса. Джулия уже набросила халат и поправляла покрывало, а Хит оказался на ногах и в стороне от кровати, когда в дверь спальни постучали.
Джулия скорчила гримаску:
– Это, вероятно, Одем и Гермия продолжают очередную битву.
Хит покачал головой:
– Не думаю.
Он оказался прав.
На пороге появилась Гермия с лицом белым как мел. Она не поинтересовалась, что делает Хит в спальне Джулии. Хит даже не был уверен, что она вообще обратила на это внимание.
– Скорее идите вниз. Оба, – произнесла она, взволнованно махнув рукой. – На Дрейка напали на улице. Его ударили ножом. Одем уже поехал за врачом.
* * *
Джулия растерянно смотрела на Дрейка, полулежавшего па диване, с выражением снисходительного терпения на лице. Он был бледен и почти небрежно прижимал к левой руке пропитанную кровью тряпицу. Она вновь подумала, как легко его можно принять за Хита.
Тот же энергичный ястребиный профиль, упругие черные полосы. А в черном пальто… кстати, на нем было пальто Хита.
– Он очень похож на вас, – обратилась она к Хиту, который, не слушая, склонился над братом.
– Кто напал? – услышала она вопрос Хита. В его сдержи и ном голосе звучало волнение. – Где? И почему?
Дрейк, пожав плечами, принял из рук Одема стаканчик.
– Какой-то бродяга… по виду иностранец. Девон погнался за ним.
Хит с суровым лицом осматривал рану на запястье брата. Она не была смертельной, но кто знает, какие намерения были у нападавшего?
– Каким образом вы с Девоном оказались вместе?
Дрейк поколебался, но ответил:
– Получилось, что мы оба оказались на пути к жилищу одной и той же молодой дамы. По приглашению на тихий ужин.
Хит сухо усмехнулся:
– Она не слишком разборчива в приглашениях.
Дрейк выгнул бровь:
– Я не принимаю подобного упрека. И перестань суетиться вокруг меня. Это всего лишь порез. Сюда я приехал лишь потому, что чувствовал себя виноватым в том, что поспешно покинул тебя. Это было невежливо.
Хит выпрямился.
– Полагаю, что иначе ты не умеешь. Да, ты поступил грубо, но я тебя прощаю. Напавший забрал кошелек?
– Нет, не забрал. Думаю, что я его удивил. По крайней мере он удивился, когда я обернулся, чтобы дать ему кулаком в челюсть. – Дрейк осмотрел свою руку. – Ручаюсь, что он еще больше удивится, когда обнаружит, что лишился двух передних зубов.
Прибыл врач, шотландец с аккуратной бородкой, жизнерадостно объявивший, что собирался на званый обед в соседний дом. Пока врач осматривал рану, Джулии удалось услышать лишь обрывки тихого разговора Хита с Дрейком.
– Он следовал за тобой от театра? – спросил Хит.
– Не уверен, – ответил Дрейк. – Я не обращал особого внимания. Мы остановились на Гросвенор-сквер, чтобы Девон переоделся. За нами могли проследить оттуда.
– Это был француз?
– Нет. Наемник из сточной канавы. Полагаю, немец или голландец.
– Почему ты дал ему уйти? – вздохнул Хит. – Нет, не объясняй. Снова из-за женщины. Надеюсь, она того стоила.
– Не стоила, – выразительно произнес Дрейк, моршась, так как врач начал копаться в его ране. – Она не пустила нас в дом: у нее был другой мужчина. По ее словам, очень богатый.
Хит встал и отошел, давая врачу больше места для перевязки. Он повернулся к Джулии, и та сразу схватила его за руку.
– Посмотри на него, Хит.
– Я уже смотрел. Думаю, что он выживет, но, вероятно, ничему не научится.
– Я вовсе не это имела в виду. – Она понизила голос. – Посмотри на Дрейка внимательно!
– Ну и что?
Она с досадой встретила его взгляд. Лицо Хита оставалось непроницаемым и невозмутимым.
– В этом пальто он выглядит в точности как ты. Тебе не кажется, что напавший принял его по ошибке не за того?
Хит бегло улыбнулся и направился к двери.
– Возможно. Побудь с ним какое-то время, но не проявляй слишком много дружеского сочувствия. Он похож на меня не только внешне. Я ненадолго. Мне хочется немного осмотреть местность вокруг дома.
– Почему? – нахмурилась Джулия.
– На всякий случай.
Хит прошел через помещения слуг, обыскал винный погреб и кладовую и через дверь кухни вышел в сад. Дождь несколько поутих, но продолжал идти с той же настойчивостью, превращая садик в одну большую грязную лужу. Кот Джулии молнией проскочил в тепло дома. Хит направился к сараю.
Сворачивая в рододендроновую аллею, он услышал, как скрипнула задняя дверь дома, и понадеялся, что Гермия не последовала за ним снова. Не то чтобы он подозревал, будто в сарае прячется злодей, но осторожность никогда не помешает.
Медленно потянув на себя дверь сарая, он заглянул в его сырую темь. Цветочные горшки, тачки, запах навоза и влажного дерева. Никаких призраков прошлого. А чего, собственно, он ожидал? Ему следовало испытывать облегчение, а не эту неясную тревогу.
Он жаждал встретиться со всеми страхами лицом к лицу и развеять тени ужасов, до сих пор гнетущих его. Ему хотелось быть на месте Рассела, самому охотиться за Оклером. Вероятно, если б он сам схватил француза, своего бывшего тюремщика, это вернуло бы хоть какую-то частицу покоя его душе.
На усыпанной палыми листьями дорожке, ведущей к сараю, раздались нерешительные шаги. Он шагнул прочь от двери, смиряясь с присутствием Гермии и надеясь, что не получит цветочным горшком по голове. Но, повернув голову, увидел, как между деревьями крадется Пейтон, пожилой дворецкий Джулии. Вероятно, старый слуга захотел быть полезным. Хит, ухмыляясь, протянул руку, чтобы закрыть дверь сарая. Он не стал называть себя, чтобы криком не напугать Пейтона.
– Стой, где стоишь!
Хит резко обернулся, ожидая, что Пейтон его узнает и начнет, заикаясь, извиняться. Он ожидал чего угодно… только не сильного удара по голове и провала в темноту.
