Читаем без скачивания Время невиноватых - Данил Корецкий

Первый барьер — экономический. О нем мало кто знает. А я о нем узнал, когда один мой знакомый бизнесмен нанял милицейскую охрану. Машина с мигалкой, автоматчики в бронежилетах, даже когда он с собакой гуляет по подмосковному поселку, милиционеры и спереди, и сзади.

Я спрашиваю: «Зачем все эти понты? От снайпера никакие автоматчики и телохранители не спасут». А он мне отвечает, что «крутая» охрана автоматически поднимает цену «заказа» до 130–150 тысяч долларов. У угрожающего ему лица таких денег нет.

Вывод: заказчик должен иметь материальные возможности не меньшие, чем потенциальная жертва тратит на свою охрану. В противном случае дальнейшее развитие событий отпадает само собой.

Из-за дороговизны заказа «снайперки» применяются только в 3,5 % случаев заказных убийств.

Но допустим, что экономический барьер все-таки преодолен, и дело доходит до заказа. Какое оружие выберет убийца? Самое дешевое и доступное — нож. Удивительно, но по эффективности он занимает третье место: в 87 случаях из 100, если убийца добирается до жертвы с ножом, нападение заканчивается летальным исходом. Другое дело, что подойти к охраняемому человеку вплотную, нанести смертельный удар и после этого скрыться — тоже очень сложно. Поэтому ножи применялись только в 7,6 % случаев. На втором месте обычные охотничьи ружья. На небольшом расстоянии при стрельбе картечью это страшное оружие: в 89,5 % случаев покушение заканчивается смертью жертвы. Поэтому ружья используются в каждом четвертом-пятом заказном убийстве.

На первом же месте по эффективности стоит снайперская винтовка — 92 % убитых. Точность высокая, а находиться можно за несколько сотен метров: и охрана особенно не помешает, и время уйти с места преступления будет. Винтовки используются самые разные — и наши, и иностранные. Например, вор в законе по кличке Глобус был убит из карабина СКС с оптическим прицелом.

Сейчас вообще много конверсионного оружия, которое вроде боевое, но немного переделывается и выставляется на продажу. Винтовка «Тигр», например, это конверсионный вариант боевой снайперской винтовки СВД. Хотя, по сути, они мало чем отличаются. Есть еще карабин «Сайга», который является конверсионным вариантом автомата Калашникова. Правда, у «Сайги» магазин только на пять или десять патронов, он не может стрелять очередями, и прицел у него не на тысячу метров, а на сто. Но если на «Сайгу» поставить оптический прицел, то из нее можно прицельно бить и с пятисот метров. Тем более, если «Сайга» будет в руках профессионала.

Иногда используются и иностранные винтовки. Например. Отари Квантишвили был убит из немецкой спортивной винтовки калибра 5,6 мм. что говорит о высокой подготовке стрелка. Потому что малокалиберное оружие требует точного попадания в жизненно важные органы. Что интересно, убийство Квантитттвили очень напоминает убийство американского президента Джона Кеннеди, алгоритм практически один и тот же. В обоих случаях использовались неавтоматические малокалиберные винтовки (5,6 и 6,5 мм), стреляли с верхних этажей зданий, с дистанции 70–80 метров, производилось по три выстрела в считанные секунды с попаданиями в шею. в верхнюю часть груди и голову.

Иногда задействуют и другие виды оружия. Например, взрывчатку. Но по моим данным, при использовании взрывного устройства заказ выполняется успешно только в 30 случаях из 100. Еще реже, хотя и более эффективней, применяют яд. Оригинально убили одного банкира в Москве. На телефонную трубку в его кабинете нанесли боевое отравляющее вещество VX. Капелька была всего 3 мм в диаметре, абсолютно не заметна. В итоге погибли сам банкир, его секретарша, а также следователь и два оперативника, которые делали осмотр места происшествия. Вот такая капелька.

Однако главное для киллера — не столько иметь хорошее оружие, сколько быть циником, не проявлять обычных человеческих чувств, иметь крепкие нервы. У нас зачастую образ киллера романтизирован, а на самом деле, как правило, это обычный «бык» из «бригады», который и сам долго не проживет. Но зато он не подвержен рефлексиям, сделает все без суеты, и совесть его после этого мучить не будет.

…И антикиллеры

Недавно я встретил бывшего начальника райотдела милиции, ныне пенсионера. Он все возмущался: «Что творится: развелись оборотни, особняки покупают, часы за 20 тысяч долларов. Раньше такое было просто немыслимо. Мы когда-то раскусили одного помощника дежурного, который отбирал у пьяных деньги. Нашли у него три рубля по рублю, свернутые в десять раз. Так он трясся, когда его с позором уволили. А этим все нипочем»!

С другой стороны, сегодня молодой лейтенант милиции получает около двух тысяч рублей. Предположим, он задерживает человека, у которого на руках 5 тысяч долларов. И тот ему говорит:

«Возьми их, и ты меня не видел». Кто-то устоит, а кто-то нет…

Раньше вообще была другая обстановка. Один старый сотрудник НКВД рассказывал мне такой случай. Они брали преступников, оцепили дом. И один из бандитов, чтобы избавиться от улики, выкинул в окно золотой перстень. Один солдатик, участвовавший в задержании, увидел перстень и соблазнился, спрятал у себя. Так вот. очень быстро обнаружили, кто бросал перстень, куда он упал, и кто его подобрал. Солдатику дали 20 лет тюрьмы. Какой вывод сделали другие? Я думаю, никакие перстни, даже если б они дождем сыпались, их бы уже не соблазнили.

Еще один важный аспект — это отсутствие у нашей милиции прав на уничтожение преступников при задержании. Милицейские инструкции предписывают стрелять только по конечностям.

Создавались эти инструкции лет 20–25 назад еще в застойные времена. То, что она до сих пор не отменена, — абсурд. Мир уже давно изменился, изменилась обстановка. Во-первых, ситуация тогда в стране была совсем другой: бандиты были хуже вооружены, и было их на порядок меньше. Во-вторых, в конечность попробуй попади. Чтобы из пистолета попасть метров с восьми в ногу бегущего бандита, нужно быть снайпером. Причем бандит-то в ответ будет стрелять тебе не по конечностям, а в живот. А если он при этом закрывается заложником? А если он террорист и может привести в действие взрывное устройство?

Вообще у нас сейчас ситуация с оружием и его применением парадоксальная. Я. например, предлагаю узаконить приобретение оружия частными лицами. Мне на это возражают, что тогда начнут вооружаться бандиты, наркоманы, сумасшедшие и другие асоциальные элементы. Но поверьте мне. эти асоциальные элементы уже давно вооружены. Я предлагаю вооружить законопослушных граждан, которые у нас сейчас практически беззащитны.

Мои книги не для уюта

Человек с ружьем

— Данил Аркадьевич, это правда, что Лувру вы предпочтете любой музей оружия?

— Абсолютная правда. Тем более что в Лувре был несколько раз. Но в живописи я профан, поэтому води меня по Лувру еще хоть 25 раз. я там мало что для себя открою. А про оружие знаю много чего, я его понимаю и чувствую, поэтому каждый раз открываю для себя что-то новое. В советские времена любил посещать оружейный зал Эрмитажа, московский военный музей. Сейчас появилась возможность изучать оружейные музеи Вены. Парижа, богатейшие экспозиции в английских и шотландских замках.

— Знаю, что вы специалист по оружию, но что же в нем такого притягательного?

— У оружия особая энергетика, особая философия. Я пришел к выводу, что форма оружия отражает менталитет народа. Вы видели когда-нибудь ятаган? Вогнуто-выпуклый клинок полон двусмысленности и недомолвок, как и традиции Востока. А кривой кинжал хищный и коварный? Его и носят под полой халата или в рукаве, чтобы в удобный момент вонзить в сердце жертвы. Это оружие заговоров и дворцовых переворотов. Другое дело — французская шпага: прямая и откровенная, как дуэльный поединок. А прямолинейная мощь меча? В нем нет недосказанности, это песнь силы: ударил — и рассек пополам. Разная форма диктует и способы применения. Существует легенда, что Ричард Львиное Сердце разрубил мечом окованное железом копье, а его оппонент султан Саладин бросил газовый платок на острие своей сабли, и платок распался на две части.

— Да, вы поэт, Данил Аркадьевич! Это правда, что у вас дома два ружья и карабин?

— Неправда. У меня гораздо больше оружия. Практически все виды стрелкового оружия, которые на сегодняшний день существуют, — от гладкоствольного охотничьего до боевого.

— Огласите весь список, пожалуйста.

— У меня… раз, два, три… Четыре ружья и карабин, боевой наградной пистолет, арбалет, электрошокер, газовый пистолет, травматический пистолет «Оса», несколько пневматических пистолетов.

— Зачем вам столько? Может, вы охотник?

— Скорее охотник-теоретик, хотя охотничий билет у меня есть, но последний раз я охотился примерно в 18–19 лет.