— Да, — я оборвала ее, — настолько опасное, что наши воины запретили мне такое делать.
— Так это ж на них. Тебе оно не навредит, значит делать можно. Помоги мне, а?
Я вздохнула. Покосилась на новую волну потенциальных пациентов, ввалившуюся в зал. Один из селян покрывался красивыми зелеными пятнами.
— Если ты придумаешь, как выдернуть меня из лап профессора Краубока, то я вся в твоих руках.
Вышеупомянутый преподавал основы первой помощи. Именно закрытие ран, когда нас интересует, чтобы пациент не умер прямо в этот момент. И этот же профессор вел у нас практики с помощью обычным людям — Боголан от такого открестился, при всей его дутой любви к больным.
Через считанные минуты вернулась Циввара. Довольная, как кот в сметане.
— Что ты сказала ему? — поинтересовалась я и не получила ответа. Неразговорчивость Циввары обычно мне даже нравилась, но в таких ситуациях доводила до белого каления.
И, тем не менее, мы шли в мастерские элементалистов. Их там насчитывалось от силы пара комнатушек, потому что самих элеменатлистов у нас можно пересчитать на пальцах. Впускали туда только магов с допуском. У меня, очевидно, такого не было.
То, как Циввара уговаривала дежурного меня пропустить, навевало подозрения. Не на дежурного, нет — к нему она подлизывалась, как та кошка, и ему это очевидно нравилось. На меня навевало. Чтобы Циввара включала очарование, а не приходила к помощи грубой силы, я видела впервые в жизни. Холодок пробрал от догадок, с чем же ей все-таки понадобилась помощь.
Внутри лабораторий передо мной открылся хаос.
Целителей заставляли держать помещения в чистоте, вещи на своих местах, а все эксперименты с бирочками и под контролем. В обители элементалистов царил бардак. Чертежи валялись друг на друге, а стопка бумаг, перекашиваясь, на другой стопке. Смятые черновики покрывали пол. Вещества в баночках, куски непонятно чего, еще куски, похоже, чего-то живого — и всё это стояло где попало.
Хотя, смотря на то, как Циввара уверено проплыла через мусор на полу, подбирая с разных столов бумаги и элементы, заставило меня передумать. Это можно назвать не хаосом, а творческим беспорядком. Ей даже задумываться не приходилось, чтобы найти в этих кучах нужную маленькую бумажку. Мое восхищение.
Но когда чертежи оказались передо мной на столе, энтузиазм поджал хвост и спрятался. Циввара всегда казалась мне крайне талантливой личностью — и такой она и была, но в этих наработках она намешала что-то страшное. Посмотрев, а потом еще немного посмотрев, на эти схемы, я не скоро нашлась с комментарием.
— Знаешь, — крайне аккуратно начала я, тыкая в случайное место на чертеже — там любое бы подошло для примера, — тут везде она проблема. Ты пытаешься взять плетения и элементы для целительства и ими атаковать. Но суть-то не в этом.
— А в чем? — Циввара покосилась на меня, как на сумасшедшую. Возможно, с заявлением, что она оставила грубую силу, я погорячилась.
— Ты берешь плетение для, скажем, прыща. Или маленькой царапины — что-то, что есть почти у каждого, — сказала я, и начала создавать заклинания для примера. Циввара скептически хмурилась. — Потом аккуратно, по чуть-чуть добавляешь, не знаю там, маленькие искорки. А потом, сверху, слоями, что-то посерьезнее, но без хитроумных плетений. И когда оно летит в кого-то, такую смесь и блокировать быстро не получится, форма-то у нее другая, и организм сильнее ранения получит, он-то думает, что мы его лечим, — сказала я и попыталась сбросить заклинание в стену.
Дверь в лабораторию в этот момент отворилась.
— Ложись! — заорали мы с Цивварой в один голос.
Элементалист с четвертого года, которого отправила к нам Академия впитывать наш опыт, не раздумывая прыгнул на землю.
Академия так впечатлилась нашим с Джеком отчетом и мной, почему-то, лично, что отправила парочку-другую своих воспитанников к нам на полгода поучиться. Я склонялась к мысли, что настоящей целью было пошпионить.
— Раз уж ты меня чуть не убила, — сказал он, поднимаясь, — то, может, поможешь с одной штукой? Нужен взгляд целителя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Еще немного, и я почувствовала бы себя очень важной персоной. Конечно же, я не могла не согласиться.
Через несколько часов у нас у всех дергались глаза. Я создавала схемы, Циввара адаптировала и накладывала их на чертежи физической части, а ученик из Академии говорил, что мы сумасшедшие. С интересом наблюдая за процессом.
Мы уже и почти закончили, оставалось только испробовать нашу дремучую смесь в деле — бомба выглядела устрашающе, периодически самовольно вспыхивая ярким фиолетовым цветом и дымясь, — когда в мастерские ворвался Руб.
— Ты что тут делаешь? — снова завопили мы одновременно с Цивварой. Подозрительных пиратов точно в такие места не пускали.
— Шел к вам, — сказал он, многозначительно покосившись на Циввару, пока пытался отдышаться. Бедняга аж согнулся пополам. — Они меня пустили, потому что у вас там что-то происходит.
Объяснение ничего не прояснило. Что-то происходит? Кто сунется к Школе, где на каждом повороте по десятку тренированных магов? И почему, собственно, пирата пропустили?
Не сговариваясь, мы выдвинулись вперед. Каждый, кроме Руба, захватив по свеженькой бомбе в руки.
Пират не соврал.
Двор наполнился магами. Нашими — то и дело мелькали знакомые лица. Выловив какую-то девчушку с первого года, я спросила, что происходит.
— А ты не чувствуешь? На территории кто-то чужой, его не могут найти, — ответила она и поспешила дальше.
Мы с Цивварой мрачно переглянулись. Ученик Академии времени не терял и попытался прощупать, откуда могла исходить чужая энергия. Руб побледнел и начал отходить в сторону леса, но Циввара поймала его за шкирку.
— Ну уж нет, ты никуда не сбегаешь, — рявкнула она. — Там — точно опаснее, чем с нами. Какого демона ты вообще сюда приперся?
Пират попытался промямлить ответ, одновременно восхищенно и с опаской косясь на разгневанную Циввару. Пришлось на ребят шикнуть.
— Давайте вы свои отношения как-нибудь потом выясните, — попросила я.
И ринулась догонять остальных магов — они как-то подозрительно одновременно все начали сдвигаться к задним дворам Школы.
Нотки неестественного для наших техник заклинания витали в воздухе. Мы крутились в попытках найти чужака, но там, где оставались следы заклинаний, уже не оставалось самого мага. Воины безрезультатно прорыскали все уголки двора, и никого не обнаружили. Концентрация сил магов — и ни один не мог найти одного несчастного человека — это выводило из себя. Коллективно скрипя зубами, мы придумывали всё более и более изощренные способы выудить нарушителя спокойствия.
Да только осуществить нам их не судилось. А жаль, кто-то из воинов сговорился с элементалистом и они такую схему придумали… Было бы и эффектно и красиво.
Но маг вышел сам.
Появился он среди деревьев, со стороны леса. В форме, но не в нашей. Наши опознавательные знаки сводились к рубашкам с нашивками и цветовым гаммам. Этот же экземпляр облачился в кожаные доспехи. И, что самое важное, стоял он неподвижно.
Толпа воинов следила за каждым его движением, не сдвигаясь с места. Кто-то из профессоров отдал приказ первыми не лезть. Раньше бы я такое осудила, но, после столкновения с магом, который научился пролазить в чужие умы, я вполне могла понять профессора. Чужаки и изгои не придерживались правил коалиции. Мы не могли знать, чего от них ожидать.
Воины следили за пальцами — ими формируют связки. За губами — чтобы и словесные заклинание не проскочили. За клубками энергии они тоже следили, но даже я могла перечислить скрытые связки, которые нельзя заметить, пока они в кого-то не полетят на бешеной скорости.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я же разглядывала лицо мага. Не с практической целью, просто хотелось понять, откуда такие маги в последнее время лезут и чего они хотят. И именно поэтому я заметила странность в нашем незваном госте. Сам он неестественно замер, да только зрачки его бегали из стороны в сторону. Похоже на какой-нибудь приступ. Или на плетение заклинания.
