Читаем без скачивания Тост за Палача - Андрей Щупов

Так или иначе, но убойщикам, следователям и даже техничкам — всем теперь приходилось мириться с многоголосым бедламом. От гула и очередей спасались до поры до времени на втором этаже, но сегодня беда заявила о себе и здесь. Заявила в лице особой комиссии, самолетом прибывшей из Москвы. Именно таким образом столица отреагировала на ликвидацию группировки Маршала. И, разумеется, в воздухе вновь замаячила грозная тень Палача. Теперь даже Сема Эсес не решался заговорить о нем скептически. Как бы то ни было, москвичи подошли к делу с должной ответственностью. Безжалостно шерстя бумаги, они без конца связывались по телефону с собственным начальством, а попутно дергали на «беседы» всех тех, кто так или иначе соприкасался с деяниями Палача.

Нервов добавилось и после того, как на утреннем совещании сотрудники отдела узнали о свихнувшемся хозяине банка «Возвышения». Дежурный наряд приехал по вызову соседей, сообщивших о стрельбе и криках. Дверь в квартиру взломали, спятившего банкира обнаружили спряташимся за холодильник. При этом владелец несметных состояний дрожал от страха, а в руках сжимал израильский «Ерихон» с опустошенной обоймой. Самое же удивительное заключалось в том, что стрелок встретил появление милиции с нескрываемым ликованием, и хотя кроме незаконного хранения оружия предъявить ему было нечего, в этот же день, по требованию нувориша, опешившими следователями была оформлена явка с повинной. Шепотком даже называли суммы, которые свихнувшийся финансист вполне добровольно передавал органам правопорядка. И ничего удивительного, что многие из следователей крутили при этом пальцем у виска. Возле отдела уже вился рой журналистов, пытающихся разузнать обстоятельства столь внезапного возвращения народных вкладов. Впрочем, кое-кого привела сюда совсем иная сенсация. В эти же дни в детдоме, что располагался на улице Репина, произошло тройное убийство. Еще один раскаявшийся грешник пошел на чрезвычайный шаг, прирезав ножом гордумовского депутата, а заодно и двух своих приятелей. Удивительно, что этот сбрендивший человечек также не пытался сопротивляться властям, сходу объявив, что написал заявление еще загодя и что все убитые виновны в насилии над малолетними сиротами.

Москвичи арифметику знали прекрасно и, плюсуя к случившемуся ограбленный броневик и уничтоженную лабораторию Маршала, получали картину более чем мрачную. Так или иначе, но сюрпризов для одного района действительно набиралось сверх всякой нормы. Об этом и пошла речь, едва Шматов с Мироновым ступили за порог кабинета Семы Эсес.

В отличие от Андрюхи этих двоих встретили более сурово. Во всяком случае, незнакомый человек в штатском не ограничился допросом, устроив Сергею с Потапом форменный разнос. Доставалось, впрочем, и майору Закучаеву с Семой Эсес. Причем Миронов смутно догадывался, что чин важно расхаживающего по кабинету человечка явно пониже, чем у присутствующего здесь начальства, но спецотдел — это спецотдел, и оттого голос визитера из столицы звучал абсолютно по-мефистофельски:

— Пинкертоны бабаевы, профессионалы, мать вашу! Да вы уже полтора года как должны были создать особую группу, занимающуюся фокусами Палача. И не закрывать глаза на очевидные вещи!

— Но мы полагали…

— Что вам кажется и мерещится? А креститься не пробовали? — нос Дениса Трофимовича, дырчатый и рыхлый, словно кусок пемзы, энергично задвигался. Короткопалая рука гостя с силой рубанула воздух. — Кто не хочет знать правды, тот ее знать и не будет! Зарылись, понимаешь, в бумажки, бюрократы хреновы! Отчетность красивую рисуете, палочки приписываете!..

— Да, но все, что от нас зависело… — снова попытался вмешаться Сема Эсес, но тут же получил еще одну словесную оплеуху.

— Ни черта от вас не зависело! Не зависит и зависеть не будет. Потому что даже в тех делах, которые вы завели, вы не обратили внимание на существенные детали. Вы, например, капитан Шматов! — короткий палец ткнулся в Потапа. — Знаете ли вы, что у вашего агента, работавшего в группировке Маршала, произошли физиологические изменения?… Нет? Правильно! Потому что это выяснилось только сегодня, когда я стал задавать ему наводящие вопросы.

Виктор, скромно притулившийся в уголке, виновато улыбнулся.

— Да я и сам обратил внимание на это только сегодня.

— Что у тебя, Виктор? — Шматов встревоженно повернул в его сторону голову.

— Бородавки у вашего коллеги сошли! Бородавки, ясно? — вновь загромыхал голосом Денис Трофимович. — Плюс — исчез давний рубец от ранения. И нечего тут хаханьки строить! Факт столь же забавный, сколь и серьезный. Во всяком случае, просто так да еще в считанные дни подобные вещи у людей не проходят. Далее… Вы до сих пор не догадались увязать все аномальные происшествия в единую цепь. Кроме броневика, лаборатории и сегодняшнего учителя педофила, у вас было еще как минимум восемь аналогичных дел — не столь громких, но тоже безусловно связанных с Палачом. Вы умудрились проигнорировать и их!

— Вы позволите сказать? — побагровевший Шматов решительно поднялся, оказавшись на добрую голову выше столичного визитера.

Денис Трофимович неспешно сложил руки за спину, пористый свой носик язвительно поднял вверх.

— А вам есть, что сказать?

— Думаю, есть.

— Что ж, я вас слушаю.

— Так вот, мы тоже не сидели сложа руки и успели выяснить, что тот же броневик не имеет к Палачу никакого отношения.

— То есть?

— Это подделка. Некто решил поработать под Палача, и в определенном смысле обман удался. Мы чуть было не пошли по ложному следу. Тем не менее, нашлись умные головы, подсказали что к чему, да и химическая экспертиза пятен дала абсолютно разные результаты. Если в случае инкассаторского броневика мы имеем дело с обыкновенной низкотемпературной копотью, то в случае с лабораторией наблюдается совсем иное…

— Один момент! — Денис Трофимович нетерпеливо вскинул руку, но Шматов не послушался.

— Кроме того, мы выяснили и канал, по которому Палач получает заказы. Судя по всему, перед нами мститель-бессеребренник, к которому люди обращаются с жалобами, а он в свою очередь…

— Стоп! — ладонь столичного чиновника вновь поднялась вверх, и на этот раз капитан замолчал. — Этот разговор мы обязательно продолжим, но без посторонних. Прошу понять меня правильно, но тема закрытая, и я имею все полномочия вести это дело так, как посчитаю нужным. — Денис Трофимович сурово оглядел помещение. — Если нетрудно, Семен Сергеевич, найдите нам уютную комнатку. Временно с этими господами мы переместимся туда.

— Конечно, конечно! — вскочивший с места Сема Эсес засуетился, как проштрафифшийся школьник. — Пожалуй, можно использовать кабинет следователя Еремина, он все равно на больничном.

— Или пройти к Миронову, — мстительно добавил майор Закучаев. Он явно был обижен, что его отнесли к разряду посторонних.

— Можно и ко мне. — Сергей пожал плечами, — Только я на первом этаже, а там сейчас дурдом.

— Какая еще дурдом? — брови Дениса Трофимовича тревожно вскинулись. — Ах, да, у вас же сейчас смена паспортов, будь они неладны. Что ж, толчея, конечно, не помеха, но будет лучше, если мы проедем в другое место.

— Куда?

— Тут недалече. — Денис Трофимович подмигнул искрящимся глазом. Стоило ему сменить гневливую гримасу на улыбку, и он враз переменился. Теперь перед ними стоял коротышка самого добродушного вида, способный шутить и смеяться. — Насколько я понимаю, вы и до этого работали вместе, верно? Вот и перейдете пока под мое ведение. Временно, разумеется.

— А Семен Сергеевич?…

— Семен Сергеевич возражать не будет. — Столичный гость даже не оглянулся на полковника. — Как, Семен Сергеевич? Не возражаете?

Сема Эсес растерянно кивнул. Запоздало сообразив, что стоящий к нему спиной чиновник движения головы наблюдать не может, торопливо отрапортовал:

— Никак нет, не возражаю.

— Вот и ладушки. — Денис Трофимович взял Шматова за локоток. — Давайте, ребятки, забирайте свои бумажки и отправляемся. Пора наконец заняться работкой. А то засиделись вы тут, как я погляжу, мохом болотным покрылись…

Глава 25

— Итак, налицо серия не поддающихся здравому объяснению событий. То есть, каждое по отдельности еще можно как-то объяснить, но в совокупности они стыкуются уже в статистику — и статистику, надо сказать, довольно зловещую. — Коротышка Денис Трофимович расхаживал по ковру губернаторской резиденции и в такт собственным шагам покачивал круглой головой. Тут же в роскошных ампировских креслах, стайкой окруживших огромный стол, расположилась столичная команда. Во всяком случае, кроме Сергея с Потапом здесь сидела троица крепкошеих ребят с безукоризненными проборами на головах и волевыми подбородками, тонкокостный верзила с крохотными очечками на интеллигентном лице и личность неопределенного возраста — не то старик, не то спившийся бомж — с куцей бороденкой, парой изюмчатых бородавок на носу и желтовато скисшими глазками. Насколько поняли милиционеры, все правое крыло резиденции на время визита загадочной комиссии было любезно отдано в распоряжение Дениса Трофимовича. Соответственно, пропадало и желание интересоваться чином коротышки. Если уж сам губернатор соизволил оказать такую услугу Денису Трофимовичу, стало быть, статус гостя того стоил.