Читаем без скачивания Ты обратилась в лунный свет - Мэри Кларк

«За все спасибо Одиль, о чем она постоянно ему напоминает», — с досадой подумал он.

Он знал, что вчерашний срыв был результатом напряжения. Указания требовали, чтобы квартиры продавались, нельзя, чтобы они пустовали больше месяца. Над ним висела постоянная угроза увольнения за неумение справиться с этой задачей. «Увольнение, — думал он. — Но куда потом?»

В последний раз Одиль его предупредила, но, как ни заманчива была перспектива, он не мог этого допустить. Правда была в том, что Одиль ему необходима.

Почему она не осталась вчера вечером в Бостоне? Потому что заподозрила его панику, решил он.

Конечно, она права. Он был напуган с того момента, когда узнал, что Мэги Холлоувей ищет рисунок Нуалы Моор с изображением сестры Маркей.

Ему давно следовало избавиться от этой женщины, но ее прислал «Престиж», и по всем требованиям она была хорошей медсестрой. Многие жители пансионата ее ценили. Он даже думал порой, не слишком ли она хорошая медсестра. Казалось, что о некоторых вещах она знает больше его.

Но что бы ни происходило между ним и Одиль, доктор Лейн знал, что ему надо отправляться в пансионат и совершить утренний обход.

Он нашел жену пьющей кофе на кухне. Почему-то в это утро она совсем не накрасилась, выглядела осунувшейся и усталой.

— Только что звонила Зельда Маркей, — сказала она, сердито на него посмотрев. — Полиция просила ее о невыезде на случай допроса. Она не знает почему.

Допроса? Лейн почувствовал, как каждая мышца его тела напряглась. «Все кончено», — подумал он.

— Она еще сказала, что Сара Кушинг строго приказала не подпускать к своей матери ни ее, ни тебя. Похоже, что миссис Бейнбридж нездоровится, и миссис Кушинг готовит ее к немедленной госпитализации.

Одиль с упреком взглянула на него.

— Ты должен был со всех ног бежать к миссис Бейнбридж вчера вечером. Не потому, что тебе запретили приближаться к ней, но я слышала, что тебя вообще не было в здании почти до одиннадцати часов. Что ты де-лал все это время?

77

Нейл н Роберт Стефенс приехали на окраину, где все еще стоял пикап Мэги. Теперь его окружили полицейской лентой, и, выходя из автомашины, они услышали лай собак в соседних рощах.

Всю дорогу из полицейского участка они молчали. Нейл использовал это время, чтобы обдумать все, что узнал. Получалось очень немного. Чем дольше длилось его неведение, тем больше у него портилось настроение.

Его очень поддерживало присутствие отца. «То, чего я не смог дать Мэги», — с горечью сказал он себе.

Сквозь густой лес он различил не менее дюжины людей. Полицейские или добровольцы? Он знал, что они ничего не нашли, поэтому поиск развернулся более широко. В отчаянии он понял, что они искали тело Мэги.

Сунув руки в карманы, Нейл опустил голову. Наконец он прервал молчание:

— Она не может умереть, — произнес он. — Если бы она была мертва, я бы почувствовал это.

— Нейл, пойдем отсюда, — тихо сказал отец. — Не знаю, зачем мы вообще сюда приехали. Стоя тут, мы не поможем Мэги.

— Что, по-твоему, я делаю? — раздраженно и зло сказал Нейл.

— Судя но тому, что сказал шеф Брауэр, полиция еще не разговаривала с этим парнем, с Хансеном, но они узнали, что он будет у себя в конторе в Провиденсе к полудню. Похоже, они смотрят на него как на мелкую добычу. Они собираются передать сведения Нортона о его мошенничестве окружному прокурору. Но с нас не убудет, если мы съездим к Хансену в контору.

— Папа, я не могу теперь заниматься акциями, — сердито огрызнулся Нейл.

— Нет, я тоже теперь о них не думаю. Но ты заверил покупку пятидесяти тысяч акций, которые не принадлежат Коре Гебхарт. У тебя есть полное право потребовать у Хансена объяснений, — не унимался Роберт Стефенс.

Он посмотрел в лицо сына.

— Ты не понимаешь, о чем я? Мэги почему-то сильно беспокоил Хансен. Я не думаю, что это простое совпадение, что он перехватил предложение продать дом. Ты можешь прижать его за махинации с акциями, но я хочу встретиться с ним, чтобы выяснить, знает ли он что-нибудь об исчезновении Мэги.

Пока Нейл качал головой, Роберт Стефенс указал на лес.

— Если ты веришь, что тело Мэги лежит где-то там, то иди к ним, ищи. А я надеюсь... верю... что она жива, и если так, то знаю, похитители не могли спрятать ее рядом с машиной. — Он повернулся, чтобы уйти. — Доберешься как-нибудь сам, а я еду в Провиденс повидаться с Хансеном.

Он сел в машину, хлопнул дверью и уже начал включать мотор, когда Нейл сел рядом.

— Ты прав, — согласился он. — Не знаю, где мы ее найдем, но только не здесь.

78

Эрл Бейтман ждал шефа полиции Брауэра и детектива Хаггерти на крыльце своего музея в 11.30.

— Вчера гроб был на месте, — расстроенно сказал Эрл. — Я знаю точно, потому что вчера осматривал музей и хорошо это помню. Не верю, что у кого-то хватило наглости осквернить такую уникальную коллекцию просто ради шутки. Каждый предмет в музее был куплен после тщательного исследования.

— Приближается праздник Хэллоуин, — продолжал он, нервно хлопнув правой рукой по левой ладони. — Уверен, это сделала какая-нибудь банда детей. Я говорю вам прямо, что, если это так, я подам в суд. Не принимаю никаких оправданий «детских шалостей», вы понимаете?

— Профессор Бейтман, почему бы нам не войти и не поговорить об этом? — сказал Брауэр.

— Конечно, у меня в конторе есть даже фотография гроба. Это предмет исключительно интересный. Я планировал сделать его центральным экспонатом выставки после расширения музея. Сюда, пожалуйста.

Полицейские проследовали за ним через фойе. Мимо манекена в черном, туда, где, вероятно, прежде находилась кухня. У дальней стены все еще оставались раковина, холодильник и плита, под окошком до сих пор был кафель. Посередине комнаты стоял огромный старомодный стол, заваленный эскизами и чертежами.

— Я создаю выставку под открытым небом, — пояснил Бейтман. — Неподалеку у меня есть участок земли, где я собираюсь создать прелестный уголок. Проходите, садитесь. Постараюсь найти эту карточку.

«Он очень напряжен, — размышлял Джим Хаггерти. — Интересно, был ли он возбужден точно так же, когда его выкинули из „Латам Мейнор“? Может, он вовсе не безобидный чудак, как я думал?»

— Позвольте только задать вам несколько вопросов, пока вы ищете, — предложил Брауэр.

— О, конечно! — Бейтман выдвинул стул и сел.

— Пропало ли еще что-нибудь, профессор Бейтман? — спросил Брауэр.

— Нет. Кажется, больше ничего не пропало. Слава Богу, здесь ничего не испорчено. Вы должны заметить, что здесь работал одиночка, потому что пропал еще и катафалк, а вывезти гроб было несложно.

— Где находился гроб?

— На втором этаже, но у меня есть лифт для перемещения тяжелых предметов. — Зазвонил телефон. — О, извините. Это, наверное, мой кузен Лайам. Его не было, когда я сообщил ему о том, что случилось. Мне казалось, что ему будет интересно.

Бейтмаи поднял трубку.

— Алло, — сказал он, послушал и кивнул, давая понять, что ждал этого звонка.

Брауэр и Хаггерти слушали односторонний разговор, в котором Бейтман сообщал кузену о краже.

— Очень ценная антикварная вещь, — говорил он возбужденно. — Викторианский гроб. Я заплатил за него десять тысяч долларов и нисколько не жалею, у него настоящая трубка для дыхания, и он...

Вдруг он остановился, словно его прервали. И вдруг истошно закричал:

— Что значит Мэги Холлоувей пропала! Это невозможно!

Повесив трубку он, казалось, вот-вот потеряет сознание.

— Это ужасно! Не может быть, чтобы с Мэги что-то случилось. О, я знал, что ей грозит опасность. У меня было предчувствие. Лайам очень расстроен. У них довольно близкие отношения, вы понимаете. Он звонил из автомашины. Говорит, что узнал только что из новостей. Едет сейчас из Бостона. — Бейтман нахмурился. — Вы знали, что Мэги пропала? — с упреком спросил он Бpayэра.

— Да, — коротко ответил тот. — Мы также знаем, что вчера она была здесь у вас.

— О да. Я подарил ей фотографию Нуалы Моор, сделанную на семейном торжестве, она была очень благодарна. Поскольку она превосходный фотограф, я предложил ей помочь мне выбрать наглядный материал для телевизионных передач о похоронных ритуалах. Поэтому она приходила посмотреть, — честно объяснил он. — Мэги видела почти все, — продолжал Эрл. — Я был разочарован, что она не принесла камеру, поэтому, провожая ее, сказал, что она может прийти сюда в любое время, и показал, где хранится ключ.

— Это было вчера днем, — сказал Брауэр. — Она вернулась сюда вчера вечером?

— Не думаю. Что ей делать здесь ночью? Редкая женщина решится на такое. — Он выглядел очень расстроенным. — Надеюсь, с Мэги не случилось ничего плохого. Она очень милая женщина и прехорошенькая. Я к ней очень привязался. — Он покачал головой и добавил:

— Нет, совершенно уверен, что гроб украла не она. Зачем, ведь когда я показывал ей музей вчера, она даже не вошла в комнату с гробами.