Солнце, изумрудная листва, дуновение ветра – всего лишь полгода назад, когда в фешенебельных отелях Хорватии и Турции, в ночных клубах и игорных домах она изображала перед Рушди вдову полковника бельгийской армии, озлобленную на весь европейский мир и жаждущую мести, Диана и предположить не могла, что будет предаваться этим пенсионерским радостям.
Но сейчас ей было приятно неспешно прогуливаться, не контролируя ежесекундно всю окружающую реальность в пределах прямого видения, не играя роль, не просчитывая пути отхода в случае внезапной опасности… На свежем воздухе ей всегда хорошо думалось. Хотя думать особенно было и не о чем: старые дела закончены, новые не начаты…
В памяти само собой всплыло тиходонское дело – гораздо менее значительное, чем разоблачение и поимка Рушди, сущая мелочевка. Но почему-то оно вспоминалось снова и снова. Кира Быстрова – молодая женщина, которую она втёмную вводила в «алмазную» операцию… Тихая, вся какая-то образцово-показательная, словно вывалившаяся из бабушкиных книжек… Рядовой бухгалтер, тянувшая трудовую лямку за жалкие гроши, не избалованная мужским вниманием… Кира Быстрова, впоследствии Бойер…
Она быстро адаптировалась в новой жизни и оказалась очень шустрой и предприимчивой, даже вышла замуж за лихого и симпатичного капитана DRM. Хотя во многом это не ее заслуга, а тех, кто дергал за ниточки. И основным оператором была, конечно, Диана Сорель – именно она сыграла роль доброй феи, с её лёгкой руки началось преображение, в результате которого серая тиходонская мышка стала зажиточной парижанкой.
Диана прокрутила в голове их первую встречу, ещё раз перебрала все диалоги, вспомнила, какие оценки давала взятой в разработку девушке. Кира не вызвала хлопот. Хороший, податливый материал. Манипулировать ею было даже скучновато – настолько это было легко.
Наклонившись, она аккуратно сорвала распустившийся пушистый одуванчик.
Да, разработка Киры Быстровой-Бойер была из тех, которые со студентами разведшколы обычно не разбирают: слишком просто, учиться тут нечему. А всё-таки почему-то она возвращается к этому делу снова и снова. Что-то её держит. Симпатия? Пожалуй, девушка действительно располагала к себе, вызывала светлые эмоции. Но Диана никогда не страдала природной сентиментальностью, тем более что объекты нейтральны: они не могут вызывать ни симпатию, ни антипатию. Как гигиенические прокладки или фуа-гра в «Максиме»…
Здесь что-то другое. Скорей, причина в том, что маленькая серая мышка, вильнув хвостиком, утащила в норку не кусочек сыра со стола, а алмаз. Даже не один алмаз, а целую алмазную трубку: месторождение, похожее на гигантскую морковку, растущую с глубины нескольких сот метров, а то и больше… Вот почему провинциальная российская бухгалтерша вызывает такой интерес у спецслужб нескольких стран, которые не верят в случайности, совпадения и прочую лабуду…
Сконцентрировавшись, Диана принялась перебирать одну за другой детали, реплики, мысли, мелькавшие в процессе работы с объектом. Как добрая хозяйка спускает с поводка истомившегося взаперти пса, она отпустила свой мозг, уставший без аналитической работы, и принялась методично исследовать со всех сторон каждый элемент дела Киры Быстровой, ныне Бойер, черт бы ее побрал!
В ее истории всё было гладко. Края сходились, никаких белых пятен. Прозябала в своей дыре. Мечтала о сладкой жизни. Заглотила наживку в виде выигрышной лотереи. Дальше – многоходовка, в результате которой она прославилась, получила французское гражданство и обеспеченную жизнь, стала законной супругой офицера разведки Жака Бойера. Правда, законность тут относительная – если брак состоялся в оперативных целях, то она получила только видимость замужества, которое в любой момент может развеяться, как пустынный мираж. Во многом исход бракосочетания зависит от желания капитана Бойера его продолжать, однако, кто знает, что у него на уме? Даже молодая жена этого не знает… Но, как бы то ни было, пока только она огребла мешок бонусов, а должно быть наоборот: ведь никому не интересную Золушку разрабатывали, чтобы через нее Франция откусила половину алмазного месторождения!
Диана поднесла одуванчик ко рту, дунула, и десятки белых парашютиков разлетелись, покачиваясь и сверкая на солнце. Где-то далеко и высоко болтались примерно так, только на настоящих парашютах, курсанты учебно-тренировочной базы. И среди них блондин и брюнет, на которых она положила глаз. Частицы одуванчика исчезли – или упали на траву, или их отнесло ветром. Похожим образом перед ней промелькнули когда-то десятки фактов того несложного, как по нотам разыгранного дела. Но был среди всех этих фактов один, который чем-то неосознанно её цеплял. Его нужно было вычленить из общего ряда и внимательно рассмотреть.
Почему всё сложилось настолько гладко? Обычно русские не так легко переходят к сотрудничеству с разведками других стран. А Кира пошла на этот шаг, как будто не задумавшись, без малейших признаков сомнений. Это выглядело странно. Мать – ортодоксальная коммунистка, так и не принявшая политических перемен, распада страны, капиталистической экономики. Дочь должна шарахаться от западных спецслужб как черт от ладана! А она поступила ровно наоборот. Разве это не странно?
Дойдя до вертолетной площадки, Диана развернулась и пошла в обратную сторону, не обращая внимания на силуэт коменданта, замаячивший перед ближней казармой.
Для Киры, как и для любого нормального российского гражданина советского разлива, было бы логичней обратиться в свою контрразведку, туда принести найденную карту отца. Такое поведение гораздо больше подходило к образу неплохо образованной, но ничем не примечательной девушки, ни разу в жизни не совершавшей ничего запретного, не считая утраты девственности вне брака. Если бы карта, перед тем как попасть к французам, побывала у русских, было бы понятно, почему она не вывела к месторождению. Тщательно переделать карту, не оставив видимых следов, под силу могущественному государству, располагающему всеми современными технологиями.
Но тщательная и всесторонняя проверка не выявила подтверждающих обман фактов, а без них вся цепь приведенных аргументов не представляла практической ценности. Размышления, логика, доводы – все это хорошо для детективных романов. Шерлок Холмс блестяще раскрывал преступления, но то были книжные преступления. На самом деле, кроме логики и умозаключений, у великого сыщика не было ничего – никакой доказательной базы, без которой невозможно разоблачение преступника. Ни один из судов присяжных не осудил бы ни профессора Мориарти, ни Джека Стэплтона, племянника сэра Баскервиля, который с помощью намазанной фосфором собаки лишил дядюшку жизни. Нужны доказательства. И не только для суда. Они нужны и для оперативной работы. На основании одних лишь логических построений нельзя поднимать волну и добиваться проверки многократно проверенного лица!
Она дошла до коттеджа и села на ступеньку крыльца. Свадьба… Все Золушки мечтают о свадьбе с прекрасным принцем…
«И они не думают о том, что могут перейти кому-нибудь дорогу…» – мстительно подумала она, но тут же одернула себя – это к делу не относится. А вот свадьба – относится!
Диана, наконец, поняла, что именно не дает ей покоя. Все действия Киры с начала разработки были тщательно проверены, рассмотрены под микроскопом и разложены по полочкам. Она не имела никаких связей с властями, ее жизнь протекала в двух сферах: работа-дом, дом-работа. И у неё не было времени и возможности войти в контакт с русской контрразведкой. Ведь сотрудники Фуке проверили каждый день, каждый час ее жизни!
Кроме… Кроме одного периода! С момента, когда Кира нашла карту, и до дня, когда Жак увез ее в Париж играть свадьбу. Сколько длился этот период? Если верить ей самой, она сразу позвонила Жаку, и тот немедленно прилетел на крыльях любви… Значит, несколько дней, неделя? За это время ни с контрразведкой не снюхаешься, ни карту не подделаешь. Но сказала ли она правду? DRM, как и любая спецслужба мира не полагается на показания одного источника, Тем более если источник – заинтересованное лицо, фигурант оперативной разработки! И, тем не менее, этот важный период остался в тени и его надо «осветить»…
