ещё много ударов. Сколько не знаю. Но брызги крови разлетаются по стенам. И если бы я не услышал, как Наташа упала на пол, я бы бил его до смерти.
Вскакиваю и бегу к ней. Кажется, она потеряла сознания.
Боже, моя девочка, что он хотел с тобой сделать?!
А если б я не пошёл следом за ней?! Если бы не решил перестраховаться, зная, какие слухи ходят об этом ублюдке. А если бы я не успел…
Поднимаю и беру на руки мою хрупкую вишенку. Когда подхожу мимо парт, замечаю снимки на одной из них. Оставить их не могу, потому что никто не имеет права на них смотреть.
Никто не должен знать, что Наташа была тут. Никто не узнает, что с ней произошло.
Хватаю фото, прежде чем покинуть аудиторию.
В универе осталось мало людей, но всё-таки они есть. И выйти совсем незамеченными, у нас не получиться. Приходиться зайти в туалет. Поправить одежду Наташи, вытереть потёкшую тушь, и лишь после этого двинуться на стоянку.
Сейчас в универе пара, поэтому я встречаю всего несколько студентов. Но и они особого внимания на нас не обращают. Подумаешь, парень несёт девушку на руках. Голову Наташи я положил себе на грудь, и прикрыл волосами. Не уверен, что её хоть кто-то узнает.
Усаживаю её на пассажирское сидение, пристёгиваю ремень безопасности и занимаю водительское место. Стартую, даже не дав себе времени подумать.
Сначала хочу отвести её в больницу, но потом изменяю свой план. Везу к себе домой. Ей нужно время, чтоб прийти в себя.
По дороге звоню Максу и вкратце рассказываю ситуацию.
— Макс, ты в универе?
— Да. А что?
— Короче, рассказывать подробно, нет времени. Сделай то, что я сейчас скажу. А потом решим, что делать. В 313 кабинете, лежит побитый Багров. Тебе надо срочно вытащить его с универа, и отвести ко мне на дачу. В кабинете навести шмон. Чтоб не было нигде и пятнышка крови. А ещё, надо чтоб никто вас не видел. Ты всё понял?
— Горский, во что ты вляпался?
— Макс, сука, я же сказал, всё потом. Шмон срочно наводи. И смотри, чтоб эта тварь никуда не делась.
Макс ещё немного возмущается, но всё-таки соглашается. Мы с ним и не в такое дерьмо влазили, когда подростками были. А точнее, не только мы. А и вся наша пятерка.
Отец Макса работает в прокуратуре. И не раз нас отмазывал. Но бывало и такое, что мы в обезьяннике пару суток сидели. Чисто в мерах воспитательных работ.
Сейчас это всё вызывает улыбку. Но тогда, это вводило в жуткий страх. Отец у него строгий. А когда он ещё и обзванивал наших папаш, то пару суток в ментовке, казались раем.
Но как, ни странно, всё равно нас это не останавливало. В основном мы махали кулаки, напивались и гоняли на машинах. И так, раз за разом, пока не набрались ума разума.
Я иногда понимаю, что мы и сейчас его не особо набрались. Но скажем так, теперь сами мы просто так не влазим в драку. Только самооборона или же, реально кто-то достал.
Но все мои драки, не что. По сравнению с тем, как я сегодня бил этого урода. Во мне кипела такая злость, что я не мог остановиться. И лишь падение Наташи вернуло меня в реальность. А так, кто его знает, может я его убил бы.
У меня какое-то чёртово дежавю. Потому что пред глазами снова всплывает картина в ванной. Матвей и Наташа. Он хотел её трахнуть. Теперь Багров и Наташа. И этот тоже хотел приставать свой член к ней.
Может она не такая, какой я её вижу? Почему все её хотят трахать?! Может она сама спровоцировала Багрова?
Нет! Нет!
Во-первых, я реально в ней не ошибся. История с Матвеем была подстава. Я больше не буду в ней сомневаться. Во-вторых, я видел её поведение на лекции, и то как, смотрел Стёпа на неё. В-третьих, эти проклятые фото. Где он их взял? Следил?!
Уложил Наташу на кровать, и вышел с комнаты. На балконе подкурил сигарету. Надо, что-то делать с Багровым. Но как не убить его после того, что видел?!
Макс звонил пять минут назад. Сказал, что нашли Стёпу без сознания. Всё убрали, а его везут на дачу. Он пришёл в дороге в себя, но парни помогли ему снова отключиться.
Я не могу описать своё состояние. Я не знаю, что говорить Наташе, когда она очнётся. Как её поддержать? Как помочь?! Она же до сих пор не помнит меня.
Вернулся в спальню, и сел в кресле.
Она снова в моей постели. Снова.
Я так мечтал об этом. Я так этого хотел. Но, сука, не при таких, же обстоятельствах. Не так это должно было произойти.
Одежду Наташи, я решил не трогать. Во-первых, чтобы её не напугать, после пробуждения. Во-вторых, чтобы самому не сойти с ума. А это обязательно произойдёт, если я коснусь её тела.
Но вот, в удовольствии посидеть рядом с ней, я отказать себе не смог.
Протянул руку и дотронулся до её щеки. Кожа нежная, но в тоже время до ужаса холодная. Достал плед и укрыл её. А ещё, наклонился и вдохнул аромат. Как же вкусно она пахнет. Провел рукой по её голой шее.
Боже, как же мне хочется дотронуться губами. Как же хочется укусить её сладости. Как же хочется снова видеть её оргазмы. И трахать её, и трахать.
Но я не должен об этом думать. Совсем. Нельзя. Я должен быть сосредоточен на Багрове. И то, что я с ним сделаю.
Моя маленькая и хрупкая девочка, зашевелилась, и я резко убрал руку. Не хочу её пугать. Но малышка, не очнулась. Она лишь покрутилась, но в чувства не пришла.
Может зря я её привёз домой? Может нужно вести в больницу? Уже прошло больше часа, а она так и не приходит в себя!
Паника, которая абсолютно не свойственна мне, накрывает. Она поглощает все нервные окончания и запускает сигналы в мою голову.
Выхожу с комнаты. Мне хреново, только потому, что не знаю, что делать. Как помочь Наташе?!
Странная идея приходит в голову. Когда, она ночевала в этой квартире, то очень любила, когда я ей готовил. Может ли такое произойти, что она вспомнит, как я ей готовлю?! Или может просто это поможет ей прийти в себя.
Достаю мясо и готовлю её любимый стейк со свинины.
