было. Крис усадил Славку на табуретку в кухне, принялся хлопать дверцами. Никак не мог найти тёмный пузырёк и вату. За это лето он не раз поливал свои боевые ранения бриллиантовым спиртом. Даже пришлось идти в аптеку за новым пузырьком, но Славка казалась неуязвимой, странно было видеть её ладони исколотыми до крови.
— Зачем ты полезла туда? Все руки наколола.
Славка вздохнула и обиженно оттопырила нижнюю губу.
— Она не хочет со мной дружить, да?
— Дура она. Не нужна тебе такая подруга.
— А ты Машку хотел поцеловать, — обиженно напомнила она.
Крис не ответил. Не знал, как объяснить. Он надеялся, что Славка сама всё поймёт. Пока она напряженно молчала, он обильно помазал её коричневые ладони зелёнкой. Ткнул мокрой ваткой в поцарапанный лоб и пару раз в плечи, хотел помазать и щёку, но она увернулась, сильно толкнула Криса в грудь и выбежала из комнаты.
Он на секунду растерялся, а потом побежал следом. Увидел, как Славка привычным маршрутом покинула двор: забралась на крышу сарая, перелезла на черешню, перебралась на липу. А потом её проглотил чёрный лес. Она умудрялась перемещаться так тихо, что ветки едва колыхались, а через несколько секунд и вовсе ничто не напоминало о том, что там прошёл человек.
Вернувшись к крыльцу, Крис сел на верхнюю ступеньку и свесил руки между колен. Он чувствовал непривычную растерянность, словно упускал что-то важное и никак не мог нащупать что именно. Славка и раньше была импульсивной, но он всегда понимал причину её поступков, только реакция даже на мелочи у неё часто была слишком яркой. Порой её хотелось приглушить, притушить, разбавить предсказуемой посредственностью.
Скрипнула калитка, во двор вошёл Миха. Задумчивый и виноватый. Пряча взгляд, пробормотал:
— Ты это, кубики верни. Это дедовы.
Крис нащупал в кармане игральные кости, вытянул на ладони.
— В смысле, дедовы?
Миха переступил с ноги на ногу.
— Ему подарил друг, специально для него сделал, — он вздохнул и осуждающе добавил: — Нехорошо воровать.
— Твои кубики?
Крис вспыхнул, залился жгучей краской стыда. Хотел уже начать оправдываться, сказать, что не знал, ему подарили, а потом понял, что тогда он подставит Славку. Оказывается, она украла эти кубики. Вот так подарок.
Миха взял кости и спрятал в широкой ладони.
— Не мои, дедовы.
Крис снова опустил руки, выдавил из себя неуместное оправдание:
— Прости. Я не хотел.
Миха ушёл, у калитки обернулся и пожелал спокойной ночи. Он сам жутко смущался от того, что уличил друга в воровстве.
Крис плохо спал, злился на Славку, придумывал обвинительную речь. Как можно вот так украсть, а потом ещё и подарить? Она же его подставила перед друзьями. Хорошо ещё, если Миха не скажет Витьку или родителям. Хотя, скорее всего, скажет, а они решат, что он гадкий и мерзкий. Приходил к ним в гости, ел за одним столом, а потом украл кубики. Наверное, расскажут и бабе Любе, она его, конечно же, отлупит ивовой веткой.
Славка тоже не спала, злилась на Криса, «новорожденный ёжик» в её груди отрастил первые иголки и мешал дышать. Утром она побежала на поляну, где они сидели накануне вечером. Прошлась вдоль брёвен, поковыряла палкой сырые угли, подол её платья промок от обильной росы, но костёр явно заливали водой. В лесу ощущалась осень. Вроде всё сочное и зелёное, небо высокое, птицы говорливые, но пахло по-другому. Цветущие ароматы сменились на пряную насыщенность ягод и фруктов. Воздух напитался ежевичной кислинкой, терпким яблочным духом и сладковато-селёдочным запахом сыроежек.
Даже гледичка, на которую она вчера необдуманно забралась, обильно плодоносила плоскими стручками. Славка приблизилась к дереву и нервно передёрнула плечами. Вчерашний поступок при свете дня выглядел ещё более опасным. Она залезла на гледичку из упрямства, желания доказать, что ей всё по плечу, но больше в попытке заставить Криса переживать. Машук он, значит, готов поцеловать, а её готов? Хотя бы спасти от шипов и углей. Не сильно-то он её останавливал.
Славка зло топнула босой ногой, сжала кулаки и взвизгнула от боли. Исколотые руки до сих пор саднили, а некоторые ранки даже воспалились. Видимо, придётся сказать маме. Она пересекла поляну и по тропинке добрела до развалин. Тут встала как вкопанная. У оборванной лестницы стоял Крис. Обида схлынула в одну секунду, заменившись ликующей радостью. Славка подбежала к нему, но напоролась на сердитый взгляд. Крис не поздоровался, сразу же перешёл к обвинениям.
— Тебя мама не учила, что воровать плохо?
Славка растерялась. Попыталась припомнить что-то подобное и медленно покачала головой.
— Нет.
— Украла, ещё и мне подарила. Когда Миха пришёл за кубиками Иосифа Витальевича, я чуть со стыда под землю не провалился. Мельнику их друг подарил, сам сделал. Это не просто какие-то покупные кубики, а особенные для него.
— Это подарок на твой день рождения. Ты хотел кубики.
— Подарок? — воскликнул Крис. — Чужая украденная вещь?
Славка отвела взгляд, не стала оправдываться. Крис нахмурился, осознав ещё одну неприятную мысль. Он вчера при всех достал эти кубики, и Миха тоже их увидел. Наверное, удивился такой наглости. В его глазах он точно выглядел ещё и как идиот, вор и идиот, который хвастается тем, что спёр.
— Нормальный подарок. Ты вообще не соображаешь, что это плохо? Ты же на самом деле не в лесу выросла и не дурочка. Иногда мне кажется, что ты реально Маугли.
Славка отшатнулась.
— У тебя грозовые глаза.
Она чуть наклонилась вперёд, будто хотела что-то сказать, а потом развернулась и ринулась к оставленной лодке. Слышала за спиной голос Криса, даже шаги. Но он её не догнал. Когда она доплыла до противоположного берега, ладони снова кровоточили.
Увидев маму в саду, она резко остановилась и спрятала руки за спиной.
Зофья собирала малину, но, заметив непривычно притихшую дочку, отвлеклась.
— Почему на лбу зелёнка?
— Это Шинук намазал.
— И что он там замазывал?
Славка нехотя вытянула руки ладонями вверх, но сказала совсем другое.
— Воровать нехорошо, мам?
Зофья оглядела израненные руки Славки, от орехов и зелёнки кожа приобрела болотный цвет, ссадины и ранки потерялись в изумрудно-коричневых пятнах. Она не ругалась, молча повела Славку в дом, обработала ладони мазью. Только потом сказала:
— Нехорошо.
— А если из сна?
— Из сна? — Зофья забинтовала кисти, оставив свободными пальцы, и затянула узлы на запястьях. — Постарайся пару дней не лезть в реку. Как это из сна?
— Я взяла без спроса, но во сне.
Зофья задумчиво оглядела Славку.
— Вынесла из сна предмет?
— Но я не украла, мам. Я принесла точно такой же. Но тот, кто потерял
