Потом девиц, которые смылись, так и не размотав шарфов, сменила стриптизерша.
– А теперь несравненная Марианна, – объявил диджей, прижав губы к микрофону.
Она танцевала на площадке без шеста, и, должна признать, мне понравилось. У девушки оказалось красивое тело – крепкое и спортивное. Выскочила она в каком-то подобии полицейской формы и некоторое время крутила РП – резиновую палку, которой вооружают стражей правопорядка, – так и этак, делая из нее недвусмысленный фаллический символ.
Потом этой же палкой были потыканы некоторые из посетителей, что вызвало у присутствующих бурный восторг. По ходу дела девушка раздевалась. Рывком – так, что полетели в разные стороны пуговицы, – распахнула коротенькую белую кофточку, потом с бедер упала юбка, и она осталась в красивых трусиках, бюстгальтере и с полицейской фуражкой на голове. Опять телодвижения с палкой. И восторженные крики зрителей.
Честно сказать, я на время позабыла про Дима и про то, что цель нашего со Светкой визита в данное заведение – слежка за моим женихом. До сего дня я видела только один действительно художественный стриптиз – в исполнении Ким Бейсингер в фильме «9 с половиной недель». Пару раз на глаза попадала какая-то порнушка, но там раздевание всегда было лишь предисловием и как-то совершенно не впечатляло. Пожалуй, я впервые поняла, что именно заводит в зрелище, которое мы привыкли презрительно называть низкопробным. Танцовщица двигалась совсем близко от зрителей, двигалась хорошо, кожа ее почти светилась в полумраке бара, и, выгибаясь под музыку, она позволяла желающим следить за игрой теней на всех изгибах своего красивого тела. Вот она подходит совсем близко к зрителям, и резиновая дубинка скользит по ногам какого-то парня, поднимаясь от лодыжки к колену, от колена выше и наконец упирается в критическую точку. Парень стоит с полуоткрытым ртом и остекленевшими глазами и с глупым, но, несомненно, счастливым выражением лица. Публика вокруг свистит и завистливо вздыхает. Еще несколько па, и танцовщица останавливается напротив девушки. Теперь дубинка начинает путешествие сверху вниз: скользит по груди, и даже мне видно (а может, это всего лишь игра воображения), что соски у девчонки напрягаются, палка спускается к животу, ниже и вдруг быстрым движением приподнимает юбку, так что мелькают белые трусики. Народ вопит, кто-то тянет к стриптизерше руки, но она ускользает на середину площадки, а рядом с расшалившимся посетителем мгновенно материализуется из воздуха официант.
Потом, кокетливо поглядывая на публику и скрестив руки на груди, девушка избавляется от бюстгальтера, еще несколько па, обход помещения по периметру – и она молниеносно срывает трусики, одновременно прикрывая низ живота фуражкой. Пятится к эстраде и быстро скрывается за дверью под восторженные крики зала.
Я вопросительно смотрю на Светку. Она пожимает плечами. Мы допиваем шампанское, подзываем одного из зайчиков и выясняем, что у Марианны три выхода за вечер. Последний в 12.00.
– Это поздно, – говорит Светка, склонившись к моему уху. – Ромиль меня убьет.
Я заколебалась. Не знаю, можно ли назвать увиденное искусством, но ничего криминального я здесь не усмотрела. Ну выпьют, ну посмотрят на красивую женщину, пусть и неодетую. Руками-то им трогать ее никто не даст.
– Ладно, пошли.
Мы уже проталкивались к выходу, когда ожил динамик и чей-то хриплый голос объявил:
– Сегодня, помимо обычной программы, у нас заказаны частные танцы. Встречайте Марианну и ее сегодняшнего гостя...
Я приросла к полу, потом развернулась и, работая локтями, пробралась в первый ряд. Кто-то из стоявших там людей попытался вякнуть, но я мрачно зыркнула из-под своих рыжих лохм, и жертва слиняла в полумрак.
– Итак, – надрывался диджей, – приветствуем нашу королеву и ее гостя! Игорь, с днем рождения!
Дальше последовали звуки, отдаленно напоминающие мелодию «Happy birthday to you». Народ подтягивал нестройным хором. Я отчаянно крутила головой, пытаясь понять, в чем дело. Ага, вот она, Марианна, и направляется она не к столику, где гужуются наши бойцы, а совсем в другой угол. Там тоже сидела компания, и теперь они решительно вытолкнули навстречу девушке высокого худощавого блондина. Возраст его в дымном полумраке определить было трудновато, но я решила, что мужику лет тридцать пять. Он показался мне довольно симпатичным: светловолосый, с большими глазами и чувственным ртом. Вот только рот этот не улыбался, а глаза хлопали как-то по-совиному, и выглядел мужик испуганным. Марианна шла к нему, одетая в ковбойские штаны с бахромой, сапожки и жилет. На голове сидела ковбойская же шляпа. В руках девушка держала кнут. Я взглянула на Дима. Он таращился на происходящее, и на лице его застыло почти такое же испуганное выражение, как у блондина. Платон, сидящий рядом, что-то нашептывал приятелю на ухо. Остальные ухмылялись, кто-то хлопал его по плечу. Ну, к доктору не ходи – мой следующий.
Меня несколько утешало только то, что Дим явно чувствовал себя не в своей тарелке. Это я могла точно сказать – у него на лице все написано. Так тебе и надо, злорадно подумала я.
Меж тем события в центре зала развивались ни шатко ни валко. Марианна выволокла блондина на серединку и теперь кружила вокруг него, щелкая кнутом. Она уже успела снять жилетку, но блондин не проявлял буквально никаких признаков жизни. Стоял, что называется, столбом. Тогда девушка быстренько расстегнула на нем рубашку – он лишь по-прежнему хлопал глазами. Марианна сбросила ковбойские штаны и осталась в сапогах, шляпе и трусиках. Покружив вокруг парня под восторженный гул зрителей, она опять приблизилась к своему гостю и взялась за пояс его брюк. Мужик вдруг ухватился за ремень, и несколько секунд они перетягивали его туда-сюда, но победила грубая мужская сила, помноженная на очевидный страх. Тогда девушка отвязалась от брюк и попыталась снять с блондина рубашку. Однако он вдруг очнулся, вырвался и убежал.
Народ проводил именинника свистом и улюлюканьем. Мне было парня жалко. Но и Марианну тоже. Она на мгновение замерла, опустив руки и даже плечи поникли, но потом очнулась, подхватила кнут и убежала. Одна из заек подобрала ковбойский костюм. Диджей меж тем гудел в микрофон:
– М-да, не случилось... Ну, с кем не бывает. Отдохните пока.
Зазвучала бодрая музыка, и народ двинулся на площадку разминаться. Я оглядела зал. Наш столик был уже занят. Димову компанию за спинами танцующих людей видно было плохо, поэтому я осталась стоять на месте, ожидая следующего танца. Светка, которая, оказывается, успела смотаться к бару, сунула мне в руку бокал с шампанским. Я почти залпом выпила холодный, дико шипучий брют и моментально начала икать. Следующие несколько минут я то не дышала, то дышала глубоко, то маленькими глотками пила Светкино шампанское. Ничего не помогало – я продолжала икать. Однако стоило мне услышать:
