Читаем без скачивания Третье правило стрелка - Сергей Мусаниф

— Я тоже так думаю, — сказал мастер Лю. — Но возникает дилемма. Я дал слово убить тебя, но не могу этого сделать, пока ты находишься в человеческом облике. Ты не мог бы морфировать обратно в дракона? Или хотя бы в того крокодила…

— Нет, — твердо сказал Бозел. — Не могу. Мои трансформации от меня не зависят.

— Жаль.

— Мне тоже, — сказал Бозел. Но не сейчас, добавил он про себя.

— Значит, мне остается только одно, — сказал мастер Лю, наконец-то убирая руку от груди Бозела. — Я буду рядом с тобой до тех пор, пока ты не превратишься обратно в дракона. А потом я тебя убью.

— Я очень долго могу находиться в теле человека, — предупредил его Бозел.

— Успех сопутствует терпеливым, — сказал мастер Лю.

Гарри с Джеком успех пока не сопутствовал. Они обогнули кучи старых молотков,[47] груды сломанных ключей, тонны забытой в карманах мелочи, чуть не задохнулись от вони, испускаемой горой потерянных носков, но пути в обитель стрелков так и не отыскали.

— Тут можно бродить годами, — сказал Гарри. — Они могли хотя бы нарисовать карту местности и обозначить на ней все достопримечательности.

— Кто «они»?

— Те, кто устроил здесь эту свалку. Наверняка тут кто-то живет, следит за порядком, отыскивает потерявшихся детей и всякое такое, — сказал Гарри. — А сейчас он сидит где-нибудь поблизости, наблюдает за нами и смеется. Я даже отчетливо слышу его смех.

— Это не смех, — сказал Джек, вытаскивая револьвер. — Это лай.

Чудовищное создание, пятьдесят процентов которого составляли челюсти, выскочило из-за штабеля новеньких водопроводных труб[48] и бросилось на них. Пуля Джека настигла его на середине прыжка, и на землю монстр свалился уже мертвым.

— Интересная порода, — констатировал Гарри. — Крокодила пополам перекусит и не поморщится.

— Будь внимателен, — сказал Джек. — Представь, что эти твари смогут сделать с тобой.

— Ты хочешь сказать, что данный экземпляр существовал не в единственном числе? — уточнил Гарри.

— Их много. — Джек повесил саквояж на пояс и вытащил из кобуры второй револьвер. — И они приближаются.

Гарри выхватил из кармана волшебную палочку, прикидывая, какое заклинание сейчас лучше использовать. Три собаки бросились на них с разных сторон, трижды громыхнул револьвер Джека, одаривая их смертью.

Твари умирали молча, даже не взвизгивая.

В них было что-то неестественное. Даже в угарном сне природа не могла бы породить ничего подобного. Эти животные издавали звук, похожий на лай, на основании чего их можно было бы назвать адскими псами, но на этом сходство с собаками заканчивалось. Самый злобный питбуль по сравнению с ними выглядел не опаснее карликового пуделя.

У тварей было только одно предназначение — убивать, но они нарвались не на того парня. Пока Гарри возился с волшебной палочкой, Джек положил еще пяток кошмарных созданий, перезарядил револьверы и приготовился к отражению новой атаки.

Ее не последовало, хотя издалека до сих пор доносились отголоски адского лая.

— Может быть, они кончились? — с надеждой спросил Гарри.

— Нет, они просто затаились, — сказал Джек. — Ты уже готов сотворить какое-нибудь волшебство?

— Да, — смущенно сказал Гарри. — Просто у меня новая волшебная палочка, и я еще не привык к ее балансу.[49]

— Волшебники, — вздохнул Джек.

— Что мне наколдовать? — спросил Гарри.

— Кошек, — сказал Джек. — Очень много кошек. Надеюсь, они смогут отвлечь чертовых псин.

— Не слишком ли это жестоко? — спросил Гарри. — Кошек же сожрут.

— Ты предпочитаешь, чтобы сожрали нас?

— Может быть, мне поступить наоборот? Создать каких-нибудь животных, которые могли бы закусить нашими собачками?

— А тебе известны такие животные? — спросил Джек.

— Пусть будут кошки, — согласился Гарри и взмахнул волшебной палочкой.

Перед ними возник лев. Он лениво зевнул, продемонстрировав большое количество острых зубов и обдав путников ужасной вонью из пасти. Гарри поспешно дематериализовал животное.

— Это была кошка? — уточнил Джек.

— У волшебной палочки очень непривычный баланс, — виновато проговорил Гарри. — Попробуем еще раз.

Милый рыжий котенок облизнулся и жалобно мяукнул, требуя молока. Очевидно, он принял Гарри за одного из своих родителей.

— Это — кошка, — согласился Джек. — Но не совсем то, что я имел в виду.

— Материализация животных — одно из самых трудных заклинаний, — сказал Гарри. — Ему посвящен целый раздел магии, который изучают три года.

— А ты эти годы в школу явно не ходил, — сказал стрелок. — Ладно, забудь про кошек и приготовься драться.

— А с котенком что делать? — спросил Гарри.

— Что хочешь. Дай ему молока или разнеси на атомы, лишь бы он прекратил мяукать.

— Он что, демаскирует нашу позицию? — спросил Гарри.

— Нет, мне просто его жалко, — сказал Джек.

К вечеру заметно похолодало.

Мастер Лю натаскал хвороста, а Бозел развел костер. Они поужинали скромными припасами из котомки мастера Лю, и присмиревший дракон даже не жаловался на отсутствие в его сегодняшнем рационе мяса.

Трапеза прошла очень цивилизованно.

Пока тело Бозела вкушало пищу, мозг дракона лихорадочно метался внутри черепной коробки в поисках выхода. Бозел не сомневался, что, как только он перестанет выглядеть человеком, мастер Лю его убьет. Он только не знал, когда с ним произойдет метаморфоза, которая положит конец его жизни.

Зато он вспомнил, кто такой мастер Лю.

Мастер Лю был одним из семи Непобедимых Бойцов.

Согласно одной из множества существовавших в созданной Филом вселенной легенд, это произошло во времена столь далекие, что в официальных исторических хрониках о них не осталось даже упоминаний.

Семеро бойцов, которые тогда еще не были непобедимыми, обретались в чудесной и ныне несуществующей стране под названием Голливуд. Жизнь в Голливуде была поистине чудесной, и многие старались попасть в эту страну всеми правдами и неправдами, пытаясь обойти существующие иммиграционные ограничения. Каждый житель Голливуда обитал в собственном доме с обязательным бассейном, был необычайно красив и пользовался большим успехом у противоположного (а когда и у своего) пола.

В качестве компенсации этой райской жизни на страну постоянно сыпались всевозможные катаклизмы. Метеориты валились с неба один за другим, то и дело в страну вторгались злобные пришельцы со звезд или не менее злобные монстры из ада, а наводнениям, землетрясениям, извержениям вулкана, ураганам и цунами просто не было числа, но жители Голливуда достойно и без потерь справлялись со всеми напастями, сохраняя хорошее настроение и белозубые улыбки.[50]

Но мало кто знал, что на самом деле правили Голливудом не люди, а могущественные демоны — продюсермансеры, и самым могущественным из них был Бжерри Друкхаймер по прозвищу Мистер Блокбастер.[51]

Семеро воинов пришли к нему и заключили сделку. Для нас остается загадкой, чем именно они расплатились с демонами, зато доподлинно известно, что они получили взамен. С тех пор ни один из этих воинов не знал поражений, и одержали они множество побед, увеличивая славу Голливуда и свою собственную. Говорят, что в эту великолепную семерку входил сам великий воин и мыслитель Жао-Клод Ван-Дао, но это просто слухи.

Все шло неплохо, и враги неизменно повергались в прах, пока воины не задались извечным философским вопросом: можно ли натравить невозможное на невозможное и что будет, если один Непобедимый Воин захочет навалять другому Непобедимому Воину? Как водится в таких случаях, выяснение философских вопросов закончилось грандиозной дракой, в ходе которой из числа непобедимых был выявлен чемпион, доказавший свое абсолютное превосходство путем умерщвления соперников. Как все уже догадались, этим непобедимым воином был сам мастер Лю.

Голливуд давно сгинул из этой вселенной, но магия его оказалась столь сильна, что мастер Лю и по сей день оставался непобежденным.

Шансы Бозела выйти живым из схватки с таким противником стремились к нулю. Он был старым, могучим и довольно коварным драконом, но законы вселенной сейчас работали против него.

Закончив с едой, Лю выудил из котомки небольшой котелок, накипятил в нем воды и заварил травяной чай. Будучи поклонником алкогольных напитков, Бозел к чаю относился прохладно, но согласился выпить чашечку, чтобы не обидеть мастера.

— Я не мог не заметить, что за последние сутки вы побывали в трех разных обличьях, — сказал Лю. — Не соблаговолите ли объяснить мне причину столь странных и неожиданных пертурбаций?

— Я оборотень, — сказал Бозел.