Тихо постанывая, наблюдала за отблесками костра на стенах пещеры. Глаза ее при этом вспыхивали множеством золотистых огоньков, стоило лишь свету попасть на них. Не заметила, как согрелась и задремала.
Конечно же, она безмятежно спала, намаявшись от боли и, пережитых впечатлений в колодце, и не могла видеть, что в пещере снова появилась фигура в черном. В свете костра этот высокий человек казался еще выше и гораздо шире в плечах. Неожиданно он резко опустился рядом с ней на колени и сорвал с головы маску, скрывающую гордое и привлекательное лицо.
Варвара вздрогнула и открыла глаза. Роман! Она заметила бледность на его лице, проступившую под загаром, и протянула руку. Он принял ее маленькую ладошку в свою большую, загрубевшую от работы, ладонь.
Они просто смотрели друг другу в глаза.
– Так лучше, – взволнованно прошептала она.
Роман медленно наклонился и дотронулся губами до ее полуоткрытого рта. Из его груди вырвался хриплый стон. Рука уже ласкала ее золотистые волосы цвета спелой кукурузы, свободно падающие на плечи. Он пропускал их сквозь пальцы, а затем, притянув ее к себе, зарылся в них лицом. Губы его медленно скользили вниз, легко коснувшись ее губ, словно для того, чтобы лишь ощутить их вкус. У Варвары закружилась голова. Казалось, она никогда не испытывала ничего подобного и вдруг поняла, что ее тело после стольких лет молчания вновь возвращается к жизни, радости и любви.
Сильная рука привлекала ее ближе и ближе и, наконец, страстно прижала к себе. Варвара чувствовала всю силу мужского желания. Сухие горячие губы пробовали ее, искали, вызывая в ней дрожь, волнами прокатившуюся по всему телу от головы до пят. Она уже была во власти его желания и чувствовала непреодолимую потребность быть как можно ближе к нему, слиться с ним воедино, и всецело ему принадлежать…
– Мне, кажется, в меня вдохнули новую жизнь, – прошептала несколько позже и поцеловала пульсирующую жилку на его шее. – Знаешь, мне самой в это трудно поверить, но, похоже, я влюбилась, – она счастливо засмеялась.
Роман снисходительно улыбнулся и прижал ее к себе с такой нежностью, что сердце ее снова учащенно забилось, отчего на глазах выступили слезы. Она губами осторожно прикоснулась к следам пуль на его теле и вдруг подумала, что вопреки всему и здравому смыслу в первую очередь они так неожиданно оказались самыми близкими друг другу людьми в этом холодном и чужом мире. Наверное, это же почувствовал и Роман. Он склонился над ней и нежно поцеловал у самого уха. Губы его скользнули по пылающей щеке и прижались к ее губам долгим и чувственным поцелуем, который был особенно приятен сейчас, когда они только что принадлежали друг другу…
Роман сидел на корточках и задумчиво смотрел на огонь. Он уже переоделся. И теперь в потертых джинсах и футболке мало чем напоминал новоявленного Зорро, скрывающего лицо под черной маской.
Утром в горах слишком сыро и неуютно, поэтому он подбросил в костер несколько поленьев, отчего огонь запылал с новой яркой силой.
Взгляд его остановился на Варваре. Она безмятежно спала, разметав волосы вокруг головы. Длинные черные ресницы изредка вздрагивали, а полные, припухшие от поцелуев губы, улыбались во сне. Он усмехнулся, потер подбородок с колючей щетиной, не удержавшись, поцеловал ее. Глаза Варвары тут же открылись и радостно вспыхнули. Они светились любовью.
– Иди ко мне, – ее руки уже нежно обвивали его крепкую шею. – Господи, как мне хочется прижаться к тебе и не отпускать никогда, – шепнула, все еще не веря в то, что с ней происходило. – Я даже не подозревала, что бывают такие места силы, наполненные счастьем. Представляешь, как здорово было бы жить здесь вдвоем и умереть в один день. А, когда наши тела найдут, сплетенные в объятии о нас напишут в какой-нибудь романтической книге: «они жили в старой пещере, питались водой из ручья и скупыми трофеями – плодами диких деревьев, лесными ягодами и были безмерно счастливы. Потому что им открылась истина, по которой счастье, оказывается, не в деньгах, не в известности, и не в успехе. Оно мимолетно и капризно. Счастье трудно распознать и так легко упустить. А тот, кто его потерял, будет жалеть всю жизнь…» – она немного помолчала и тихо добавила: – А, может, и в самом деле не будем больше испытывать судьбу и навсегда останемся в этом благословенном храме любви? – глаза ее вдруг наполнились слезами, готовыми в любой момент сорваться и побежать по щекам.
Роман покачал головой и осторожно прикоснулся к ним губами, ощутив горький вкус непролитых слез. Он ладонями приподнял ее лицо и вопросительно посмотрел в глаза. Варвара попыталась улыбнуться и словно невзначай, отодвинув край рукава на футболке, провела пальцем по татуировке на плече. Гордая птица, широко раскинув крылья, сидела там слишком уверенно. Казалось, она вот-вот сорвется и улетит.
– Сокол? – спросила задумчиво и тихо, но тут же сама себе ответила, медленно растягивая слова: – Нет, ястреб. Сначала он зорко выслеживает свою добычу, а потом камнем падает вниз, настигая ее мгновенно, не давая даже опомниться.
Она почувствовала, как напряглась его спина, руки опустились, и в глазах вспыхнул странный огонь. Он слегка отстранился, поправил рукав и пристально посмотрел на нее уже совсем другим взглядом.
– Все же жаль, что мы не можем здесь остаться навсегда, – сказала, как ни в чем не бывало и вздохнула. – Пора. Не сегодня-завтра приедет Мария Трофимовна. Нужно к ее возвращению успеть привести дом в порядок. Книгу я закончила, а это значит, пришло время уезжать, – она помолчала и тихо добавила, вкладывая в свои слова только ей одной известный смысл: – Скоро осень – время, уходящего тепла. Грустно, конечно, но с природой не поспоришь…
Краем глаза заметила, как блеснули его глаза, и он крепче сжал ее пальцы.
Костер как-то быстро погас, и в пещере стало темно. Роман помог ей подняться на ноги. Она поморщилась от боли, хотя и не такой острой, чтобы не позволяла ходить.
Они вышли из пещеры. Варвара прихрамывала и всю дорогу молчала. Роман несколько раз порывался взять ее на руки, но она этому отчаянно сопротивлялась. Уже у деревни нога разболелась так, что невозможно было на нее наступать.
Роман свернул к реке. Он оставил ее под деревом, а сам, подвернув джинсы, уверенно вошел в воду. В небольшой сетке блеснула рыба. Он вытряхнул ее в сумку и привязал к поясу.
Варвара спокойно наблюдала за его ловкими движениями. Этот парень ей нравился все больше. С таким можно в огонь и в воду, да и по жизни идти с ним надежно.
В этот раз она не сопротивлялась, когда Роман взял ее на руки и бережно прижал к себе.
Скоро показались первые постройки. Варвара крепко держала за шею своего спасителя. При каждом движении, губы ее ласково дотрагивались до его щеки, скользили по мочке уха и счастливо улыбались. Она слышала, как бьется его сердце и прижималась к нему еще крепче. Однако предчувствие близкой разлуки не покидало, и было подобно острому ножу, который безжалостно кто-то поворачивал в груди, наслаждаясь ее муками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
