С отличным настроением встретили российские солдаты в Грозном 23 февраля 2000 года — День защитника Отечества.
В 10 часов самолет из Москвы коснулся бетонки. Из него вышли маршал Российской Федерации Игорь Сергеев и директор ФСБ Николай Патрушев. Их встречали командующий ОГВ(с) генерал-полковник Виктор Казанцев и Полномочный представитель Правительства России в Чечне Николай Кошман.
С особым вниманием слушали военнослужащие слова командующего, который находился рядом с ними с первого дня проведения контртеррористической операции:
«Товарищи солдаты и офицеры, братья по оружию! Поздравляю вас с Днем защитника Отечества! Желаю всего того, что так необходимо в бою и в жизни: солдату — храбрости, офицеру — отваги, генералу — мужества! Россия равняется на вас! Россия гордится вами».
Затем наступил волнующий момент для российских генералов Виктора Казанцева, Геннадия Трошева, Владимира Шаманова. Маршал Сергеев под гром аплодисментов вручил Героям России погоны генерала армии, генерал-полковника и генерал-лейтенанта соответственно. Большой группе офицеров министр вручил медаль «За воинскую доблесть», учрежденную накануне Дня защитника Отечества.
Митинг завершился залпами артиллерийского салюта.
Торжественное прохождение открыла колона управления ОГВ(с). Ее возглавлял генерал-майор Вадим Тимченко. Впервые на параде в одном строю шли представители всех силовых ведомств России. После офицеров управления — гвардейцы полка, которым командовал подполковник Олег Сувалов. Они освобождали от бандитов консервный и молочный заводы в Грозном. К званию Героя России были представлены наводчик орудия танка рядовой Евгений Капустин, командир танкового взвода лейтенант Эдуард Мусейкин, прикрывший огнем эвакуацию раненых с поля боя. Чеканили шаг 28 военнослужащих, представленных к ордену «Мужества». Среди них — командир мотострелкового батальона подполковник Андрей Кастрицкий, командир танкового батальона подполковник Олег Рубцов, командир минометной батареи старший лейтенант Валерий Козлов.
В то время в боевых частях был известен подвиг сержанта Дворцовского, который под шквальным огнем противника вынес на своих плечах через Сунженский мост пятерых раненых товарищей и после этого принял на себя командование вместо выбывших после ранения офицеров.
Шли гвардейцы Севастопольского Краснознаменного ордена Александра Невского полка и Познанского полка.
Победный шаг чеканили краса и гордость Российской армии — десантники. Подчиненные полковника Юрия Эма наводили ужас на противника. Звания Героя России были удостоены командир разведвзвода старший лейтенант Михаил Миненков и огнеметчик рядовой Михаил Ланцев.
«Там, где мы, там — победа». Этот девиз морских пехотинцев Северного, Черноморского флотов, Каспийской флотилии. Под Харачоем, Ведено, Сержень-Юртом враги окрестили подчиненных генерал-майора Александра Отраковского за точные и разящие удары «черной смертью». Плечом к плечу шагали старшина Сергей Коростылев, награжденный медалью «За отвагу», кавалер ордена «Мужества» старший лейтенант Ленар Гарифуллин, майор Игорь Борисевич, награжденный медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.
Следующими на марше были воины-железнодорожники. К этому времени на территории Чечни они восстановили более 300 километров железнодорожного пути, разминировали свыше одной тысячи пассажирских и грузовых вагонов, восстановили шесть крупных искусственных сооружений, в том числе два моста через реку Аксай. Именно подчиненные генерал-лейтенанта Евгения Калинкина открыли движение на участках Моздок— Кизляр, Моздок—Червленная—Гудермес, обеспечили движение грузовых поездов на участке Гудермес—Ханкала, сопроводили более 70 воинских эшелонов.
За плечами бригады Внутренних войск, которой командовал полковник Павел Дашков, был солидный опыт службы на Кавказе. В Чечне пятерых военнослужащих этих войск представили к званию Героя России, около 400 — к различным государственным наградам.
После пограничников, прикрывавших российско-грузинскую границу, на исходную позицию вышла колонна сотрудников уголовно-исправительной системы (УИС) Минюста. Ее возглавлял полковник внутренней службы Анатолий Файков. Бойцы отрядов спецназа УИС принимали участие в «зачистках» селений, несли службу на блокпостах, конвоировали боевиков. Снайпер старший лейтенант юстиции Сергей Багаев, погибший в бою, был представлен к званию Героя России посмертно.
Движение продолжил сводный ОМОН при ГУВД Москвы. Им руководил полковник милиции Иван Столяров. В отряде были пять Героев России, более 600 сотрудников, награжденных орденами и медалями.
Завершала торжественное прохождение рота патрульно-постовой службы Гудермесского ГОВД, возглавляемая подполковником милиции Магомедом Эльдаровым. Сотрудники вновь созданного отдела активно участвовали в операциях по изъятию у населения оружия и боеприпасов. Заметных успехов в работе в то время достигли старший оперуполномоченный Имран Термалаев, милиционер Руслан Усмаев.
Затем внимание зрителей переключилось на небо. На низкой высоте свое мастерство демонстрировали летчики фронтовой авиации. Воздушный парад продолжили вертолетчики на МИ-8, МИ-24, МИ-26.
Среди летчиков за подвиги в чеченской кампании к званию Героя России были представлены пятеро воздушных ассов. Двое из них — капитаны Андрей Завитухин и Алексей Кириллов — посмертно…
Рассказ о руководстве Виктора Германовича Казанцева проведением контртеррористической операции на территории Чечни был бы не полным, если не упомянуть вот о каком эпизоде. В канун 8 марта 2000 года на полевом узле связи в Ханкале царило оживление. Связисток пришла поздравить жена командующего ОГВ(с) — Тамара Валентиновна. Она привезла с собой с «Большой Земли» красные гвоздики и косметические наборы.
«Конечно, — сказала она, — это случайность, что попасть в Чечню мне удалось именно в канун женского праздника. Главной целью моего приезда, честно говоря, было свидание с мужем. Ведь за семь месяцев боев с бандитами в Дагестане и Чечне я его почти не видела. Он все время на фронте.
И просто закон подлости какой-то! Я с таким трудом пробилась, а он, оказывается, улетел в Дагестан. А оттуда, говорят, уедет в Ростов-на-Дону. Если бы я сидела дома, то мы, может быть, наконец встретились бы!
Думаете, просто было мне сюда приехать?! Я знаю, что многие считают так: раз супруга командующего, то у нее нет проблем — когда захотела, тогда и прилетела к мужу. Ничего подобного! Я почти ничем не отличаюсь от любой другой жены офицера. Так же жду мужа со службы. Так же волнуюсь, когда он на войне, так же переношу на себе все его стрессы… Вы представляете, какое колоссальное нервное напряжение испытывает командующий Объединенной группировкой федеральных сил на Северном Кавказе в условиях жестоких боев с бандитами, когда, с одной стороны, гибнут наши ребята, с другой — не дает покоя руководство различных уровней из Москвы, с третьей — одолевает пресса (своя и иностранная), с четвертой — бесконечное вмешательство политиков и комиссий из ОБСЕ и других организаций в ход операции!.. Как только его сердце выдерживает это?! Вот посмотрите: умер на днях генерал-майор Александр Отраковский, руководивший действиями морской пехоты в Чечне, умер не в бою, а от сердечной недостаточности. Это как же измотался на войне человек — еще не старый, казалось бы, полный сил!.. Господи, скорей бы все это кончилось!
Я убеждена, что успехи наших войск в Чечне в немалой степени зависят от того, в какой нравственной атмосфере пребывает армия. Вспомните первую чеченскую войну. Ребята наши воевали не хуже, чем сейчас. Но что о них писали, как показывали по телевидению и о чем говорили по радио?! Откровенная антиармейская кампания в СМИ повлияла на родных и близких наших солдат и офицеров. В Чечню толпами бросились солдатские матери и представители общественных организаций, депутаты и политики… Все они вместе взятые создали атмосферу какого-то ужаса и пораженчества! Это настроение до сих пор сохраняется, когда говорят о войне 1994–1996 годов. Слава Богу, сейчас по-другому!
Если в первую войну многие жены военных говорили мужьям: лучше увольняйтесь из армии, но в Чечню не езжайте, то теперь женщины (даже солдатские матери), стиснув зубы и сдерживая слезы, благословляют своих родных на бой за святое дело. Пришло, наконец, понимание: если не мы сами, то никто за нас не заступится перед бандитами и террористами. Нужно добить врага, как бы трудно это ни было, иначе снова будут взрываться жилые дома, снова будут детей наших воровать и продавать в рабство… Это непросто: знать, что твой муж или сын воюет где-то, что его могут убить. Вдвойне сложно и самому воевать, и знать, что твое дитя — под пулями. Мало кто знает, что у Виктора Германовича Казанцева сын воевал в первую чеченскую кампанию и получил тяжелейшее ранение, от которого до сих пор не оправился. Представляете, какой шрам на сердце у отца остался после этой истории! Думаете, командующий не переживает за тех, кого сам посылает в бой? Еще как! Но иначе нельзя: нужно закончить войну полной победой, не дать слабину, иначе весь народ, вся страна потеряет значительно больше, чем это кажется на первый взгляд. И женщина, в том числе жена офицера, должна помочь мужчине быть сильным. Добро без силы ныне немыслимо.
