Раздражённо обернулась и увидела фигуру в плаще, стоящую на карнизе. Из-под тени плаща весело сверкали такие знакомые медово-янтарные глаза. Элис! Но что она тут делает?
Роскошные волосы она заплела в простую косу, на ней было не платье, а брючной костюм, к тому же не сверкало ни одного украшения.
Обуреваемая сомнениями, я всё-таки решилась и впустила её. Если что, то оглушить и выкинуть в кусты ещё успею.
Как только я закрыла за ней окно, сестра скинула капюшон и кинулась меня обнимать. Я несколько опешила, сначала решив, что она схватит меня и сама силком потащит к себе домой. Но нет! Химмель действительно обнимала меня, словно я ей очень дорога. Словно была как минимум родной сестрой, даже не кузиной.
Я неловко обняла её в ответ, слегка коснувшись бугорков крыльев под плащом.
Элис тихо сказала:
– Я думала, больше тебя не увижу.
– Я думала, ты бесконечно этому обрадуешься, – пробормотала я, всё ещё прибывая в шоке.
– Глупая, – горько усмехнулась она, отстраняясь. – Думаешь, мама бы так легко закрыла глаза на то, что я подружилась бы с тобой? Неужели ты не помнишь, чем всё обернулось?
Да, что-то вспоминаю. Маркиза ужасно злилась на Элис, если та дружески общалась и шалила со мной. Но это не оправдывает вечных насмешек сестры. Я непреклонно посмотрела на неё. Неожиданно химмель смутилась. Мда. Она наверняка осталась прежней, но видимо во мне что-то изменилось. Да. Теперь Элис на моей территории, а я уже не так слаба и пуглива.
Словно озвучив мои мысли, Элис призналась:
– Сразу видно, что ты расправила крылья. Уже не та затюканная затворница, живущая на милости дяди. Как успехи в магии? Судя по этой комнате во дворце короля, на жизнь ты не жалуешься.
– Потихоньку, – не стала я вдаваться в подробности. Моя сестра, как и все, опасалась Защитников. Пусть дальше с колотящимся сердцем гадает, насколько я стала сильнее.
Элис изучала меня взглядом, словно впервые увидела. Ну да, она-то меня не видела почти всю осень и может в полной мере оценить моё преображение. Похоже, увиденное ей понравилось.
– Если честно, я думала, что ты выбросишь моё перо. Или что ты не будешь носить его с собой. А ты носила. Это… трогательно.
Надеюсь, по моему лицу не видно, что я корю себя. Забыла выкинуть перо из сумки! Может, потому-то меня и нашёл маркиз.
Я едва подавила желание коснуться щеки, на которой только-только окончательно зажила ранка от кончика хлыста. Боюсь представить себе, что было бы с моим лицом, если бы я хоть чуть-чуть замешкалась в тот день.
– То есть, ты не привела с собой два десятка солдат, чтобы меня связали? – холодно спросила я, устав от её притворства. А если не притворство, то я всё равно не особо верю. Мне не удаётся так легко простить ей почти всю свою испоганенную жизнь.
Элис прищурилась.
– С чего бы мне так поступать? Я рада, что ты жива, но не хочу снова видеть тебя дома.
– Ну, тогда взаимно, – выдохнула я, внешне расслабляясь.
– Ой, а у меня для тебя подарок, – пробормотала Элис.
Вот теперь я снова в шоке. Неужели слова и том, что кого-то ценить начинаешь, когда его рядом нет, – правда?
Сестра без лишних слов вытащила коробочку с логотипом её любимой ювелирной фирмы. Серебряный Сокол. Там серебро со стеклом стоит дороже, чем золото с бриллиантами от других производителей. А всё дело в том, что в Соколе украшения зачаровывают на красоту. Элис обожала каждое своё колечко, каждую бусину из этой фирмы.
И вот сейчас дарит такое мне.
Если нет никакого скрытого намерения, то это действительно широкий жест с её стороны. Я осторожно приняла коробочку и открыла.
Милые ассиметричные серёжки робко блеснули серебром в свете закатного солнца. Одна серёжка-продевка была в форме звезды, покрытая чёрной эмалью, а дальше шла простая серебряная цепочка. Другая была в виде подобного чёрного полумесяца в окружении сверкающих как звёзды бриллиантов, и поднималась на мочку уха.
Даже страшно представить, в какую сумму это обошлось моей сестре. Но на её лице нет ни капли сожаления или нерешительности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Как только их увидела, подумала о тебе. Наденешь?
Я заторможено кивнула и подошла к зеркалу.
Зачарованные серьги идеально подошли ко мне. Растрёпанная девушка с чёрными волосами, смугловатой кожей и такими серёжками… эта девушка показалась настоящей красавицей.
– Ты прямо как королева ночи, – присвистнула Элис.
– Я… у меня нет слов, – пробормотала я, поворачиваясь к сестре. Сейчас она действительно напоминала сестру, которой мне не хватало все эти года.
Я вглядывалась в её прекрасное лицо, стараясь заметить каждую черточку – хоть что-то, что выдало бы её скрытые намерения. Но Элис просто улыбалась. Её как будто подменили.
– Может, хоть что-то объяснишь, – попросила я.
– Сколько недоверия, – беззлобно фыркнула химмель, немного становясь собой. Она села на мою кровать, лениво раскинув крылья в разные стороны. – Я ещё раз повторю: я хотела с тобой дружить, но тогда очень бы расстроила маму. А меня она не наказывает, так что под горячую руку попала бы ты. – Она отвела взгляд. – А мне было скучно. Ты была единственной, с кем я могла бы спокойно поиграть или поговорить по душам. Но твоя магия… в общем, мне запретили с тобой подолгу общаться. Знала бы ты, как это стало меня раздражать!
Это похоже на правду, но не оправдывает сестру. Я скрестила руки на груди.
– В общем, – опять запнулась Элис, теребя кончик золотой косы, – прости, пожалуйста. Я поняла, что была такой мерзкой тварью…
– Я постараюсь, – пообещала я. Сказать, что уже простила её или что точно прощу, не могла.
Странный день. Определённо очень странный.
***
Говорят, что когда засыпаешь под волшебным небом, снятся вещие сны. Это может быть прошлое, настоящее и будущее. В общем, колдовство само решает, что именно мне стоит увидеть.
Раньше я ни разу не видела вещих снов, потому что либо засыпала с помощью зелья, либо не спала вовсе, любуясь небом из окна своей пустой спальни. Теми ночами я сильнее сожалела о своих немощных крыльях, которые не могли поднять меня к звёздам. К таким далёким и безразличным звёздам.
А теперь я заснула самостоятельно и увидела свой первый необычный сон.
Я бегала в знакомом парке. Мои чёрные распущенные волосы красиво сверкали в солнечном свете. Мы с Элис и нянями играли в прятки. Помню, что было весело. Золотая химмель никак не могла нормально спрятать крылья, из-за чего найти девочку всегда было проще простого.
И вот я снова нашла её. Сестра недовольно топнула ножкой, но недовольство было таким фальшивым, что оно больше смешило.
Да, мы посмеялись. Даже не помню, зачем и почему так веселились, няни только умиленно за нами наблюдали.
Но вдруг мой смех оборвался, когда что-то шевельнулось внутри меня. Та самая магия. Такое произошло впервые. Разумеется, я не могла ничего сделать с вырвавшейся тьмой, я была слишком мала и напугана.
Мы с Элис держались за руки. Сила прошла сквозь неё, лишь напугав, а вот добродушных нянек сбило со скамьи. Им было очень больно, их крики всю жизнь преследовали меня. Все беды из-за меня.
Не выдержав горечи воспоминания, я подскочила на кровати, просыпаясь. Да. Наверное, Элис как призрак прошлого напомнила мне о том, что я старалась забыть. Но как же я устала.
Незаметно для себя, я снова попала в пучину грёз. В этот раз очутилась в какой-то тёмной комнате. Оглядевшись, поняла, что это никак не связано с моими воспоминаниями. Я впервые видела это богато обставленное помещение с деревянными панелями на стенах и багровому ковру на полу. Почему-то у меня возникли ассоциации с богатым гробом.
– …знаю, что ты задумал! – услышала я голос Генри. Резко обернулась и увидела своего учителя. Он сжимал посох, по которому угрожающе ползали щупальца некромантии.
– Вот как? – насмешливо спросил Таль. Он сидел в одном из кресел, практически сливаясь с тенями. Я бы его и не заметила, если бы лорд не подал голоса. – Вероятно, ты немного забыл о том, кто я такой.
