гостинице – головы посетителям морочить. Ты ж способен заговорить до состояния полного отрыва от реальности! – хмыкнул Соколовский, поднимаясь из-за стола.
– Ты про квартиру помнишь? – пискнула Шушана.
– Разумеется. Сколько там до вашего, Танечка, развода, осталось? Вот прямо как разведётесь, так и оформим – я уже созвонился с квартирной владелицей.
После такого содержательного вечера ночь оказалась на редкость приятной и спокойной – видимо, как предчувствовала, что её сменит весьма бурный день.
Стоило только Тане прийти на работу, как к ней в кабинет заявилась Валентина, с непривычно-увесистым макияжем и решительным настроем.
Макияж скрывал царапину на щеке, а настрой был приготовлен специально для Татьяны.
– Так! Я хочу, чтобы ты знала – я и твой муж теперь вместе! Поняла? Я никому не позволю нас разлучить! И только попробуй затянуть развод – я тебя просто уничтожу! – решительно заявила Валентина ошарашенной Татьяне. – Ты меня слышишь?
– Слышу-слышу! Валечка, ну, что ты, в самом деле, так переживаешь? Я же понимаю, что супротив тебя не котируюсь, – Татьяна и не знала, что в ней скрыты такие запасы язвительности. – Только вот…
– Только вот что?
– Ээээ, а ты Антонину Сергеевну уже видела? Ну, Димомаму?
Глава 22.
Разведка миром
Валентина презрительно осмотрела Таню.
– Да мне нaчхaть на его мать! Я – не ты!
Таня про себя усмехнулась – по всему выходило, что этим двум особам – Антонине Сергеевне и Валентине, предстоит много-много дивных откровений.
– Ну как скажешь, – покладисто кивнула Таня, не обращая ни малейшего внимания на воинственную коллегу.
Та ещё что-то повысказывала бы, но тут пришли пациенты с истошно скандалящим крохотным той-терьером, которому требовалось провести очень сложную операцию по стрижке когтей, так что продолжать разговор было физически невозможно. Двухкилограммовое создание орало так, что уши закладывало…
– Он боится! Ему будет больно! – в моменты, когда крошечный пёс по имени Цезарь затихал, чтобы восполнить запас воздуха, стенала хозяйка. – Цезик мой, ну потерпи, бубусечка.
Татьяна филигранно убедила хозяйку в том, что бубусечка будет волноваться ещё больше от переживаний своей владелицы, и изящно отправила её за новыми игрушками для Цезика в небольшой, но весьма богатый зоомагазин, устроенный недавно в подвальном помещении клиники, а сама строго посмотрела на него.
– И чего ты такие концерты закатываешь? В прошлый раз постригли всё за пару минут, а ты перед этим полчаса истерил. Не стыдно?
Шушана, которая от любопытства уже извелась – ну интересно же, чего этот чудик так гомонит, выбежала из-за шкафа и поинтересовалась у Цезаря.
– Слушай, а правда, ты чего такой громкий? Только не ори! Спокойно скажи.
Она выслушала повизгивания, от которых закладывало уши не только у неё, но и у пары голубей за окном, а потом объяснила Тане:
– Говорит, что иначе, его всерьёз не воспринимают – он мелкий, так хоть что-то солидное должно же быть! Вот он так и солидничает.
– Ай, как жаль! – коварная Таня прицокнула языком. – Я-то думала, что он, наоборот, хочет показаться меньше, ну, как этакий маленький щеночек.
Пёс возмутился так, что Тане показалось – сейчас стёкла повылетают, вон даже голуби с окна попадали, хорошо, если не в обморок!
– Хочешь понять, почему я так думаю? – понимающе уточнила Таня. – Потому что я не видела ни одного крупного взрослого пса, который бы истерил и орал, чтобы показаться ещё крупнее! Так только щенки себя ведут! А они, сам понимаешь, существа милые донельзя, но солидности никакой!
Глубокая задумчивость тоя собрала складочками тонкую шкурку на его лбу, а Таня, воспользовавшись этим, ловко избавилась от излишне отросших когтей на правой передней лапе.
Когда она перешла к левой, той обнаружил это, но…
– Ну вот, до чего ты стал серьёзнее и внушительнее! – уверенно выдала Таня. – Прямо удивительно солидный пёс, когда молчишь! Правда, Шушана?
Тишина встревожила любящую хозяйку Цезаря, и она, оставив под ответственность продавщицы выбранную в магазине горку игрушек, рванула в кабинет ветврача, охваченная ужасом:
– Ему плохо! Сердце прихватило!
Ворвавшись в кабинет, она застыла в полнейшем изумлении – её сокровище, истерящее при малейшем подозрении на то, что сейчас будет когтеманикюр, сидело спокойно, с достоинством разглядывая горку остриженных когтей.
– Невероятно! Просто удивительно! Мой муж и то отказывается Цезика даже подержать – говорит, что опасается сломать что-нибудь – или собаку, или свою психику. Понимаете, Цезарь сразу так кричит, так визжит, а сейчас – ну просто как… как…
– Как большой, крупный и внушительный пёс! – подсказала Таня, заслужив благосклонный взгляд тоя.
«Сдаётся мне, что вопли Цезика были шепотом на фоне того, как будут общаться Валентина и Антонина Сергеевна», – подумалось Тане мимолётно. Впрочем, она не сильно-то и вспоминала об этих людях – хватало чем заняться.
Зато им самим было очень… просто замечательно нескучно.
Антонина Сергеевна быстро просекла, что сын встретил какую-то опасно привлекательную девушку.
«Так… признаки налицо, да, в принципе, и на лице – вон взгляд какой стал… аж косеет, когда с какой-то девицей по телефону беседует. И с работы срывается, словно минута опоздания его кусать будет в чувствительные места! А это уже серьёзный показатель!»
Показателем был и звонок Надежды, которая рыдала о том, что Дима её бросил и променял на какую-то… Характеристика была настолько непечатная, что Антонина Сергеевна даже кое-что новое узнала о ёмкости формулировок.
Антонина Сергеевна проверила – позвонила сыну и попросила заехать вечерком – якобы ей надо шкаф передвинуть.
– Мам, извини, я занят! – скупо отозвался сын в ответном сообщении.
«Тааааак… И что же это у нас за новая змеечка приползла? Или ящерка типа крокодилицы, а может, комодской вараницы?» – Антонине Сергеевне не была чужда ирония, так что она ещё попримеряла на новое увлечение сына всякие пресмыкающиеся образы, которые, впрочем, быстро закончились, стоило только «вараницу» узреть вживую. Это было сделать несложно – просто подъехать к дому сына и узреть собственными глазами его эффектную «занятость».
Комодский варан – милая ящерка. 4 м, до 130 кг…
«Ого… какая. Сыночек, ты у нас сейчас как Хьюстон… Мало тебе не покажется, мой милый, – пробормотала Антонина, припомнив сакраментальное: "Хьюстон, у нас проблемы". – Ну ладно. Есть проблема – будем решать!»
Сначала Антонина решила попробовать разведку не боем, а миром – ну почему ж нет? Она ж не чудовище какое-то… Сын – взрослый, вполне себе активный мужчина. Кто-то ему нужен, так, может, и эта сгодится, пока мама лучшую не подберёт.
– Димочка, я так понимаю, у тебя девушка новая появилась? – Антонина Сергеевна подстерегла сыночка на работе.
– А? Да… появилась, – признался Дима, осознав, что бежать некуда – мать вокруг.
– Так что же ты, мой родной, её в гости ко мне не привёл? – Антонина как лампочка, производила в пространство свет, и как кондитерская фабрика – сладость.
– Ээээ… а можно? – засомневался сыночек.
«Хороший мальчик, – умилилась про себя мама. – Наивный такой, но хороший!»
А вслух сказала:
– Нужно милый, нужно!
Дима послушно уточнил у Валечки, от которой таял, млел и натурально влюблялся чем дальше, тем больше, о том, когда
