Очевидно, мое признание сбило его с толку.
– Ты девственница?
Смех здесь был неуместен, однако мысль о том, что предыдущая версия меня была девственницей, казалась безумно забавной, учитывая то, что я о ней знала.
Господи, возможно, я переспала с половиной города.
– Не думаю, – прошептала я.
Но мое прошлое, то, кем я была раньше, больше не имело значения.
– Мне прекратить? – осторожно спросил Стоун.
Головка его члена толкалась в меня, желая оказаться внутри.
– Нет. – Разведя ноги шире, я провела рукой по его щеке. – Я хочу создать новые воспоминания.
С ним.
– Я люблю тебя, – выдохнул он, медленно входя в меня.
Первый толчок был такой необычный и странный, что у меня перехватило дыхание.
– Ты в порядке? – прошептал Стоун, и крошечные капли пота проступили у него на лбу.
– Даже лучше. – Я вцепилась пальцами в спину Стоуна, притягивая его ближе. – Продолжай.
И он послушался, начав двигаться медленно и четко, заставляя нас обоих жадно втягивать воздух.
– Так хорошо, – прохрипел он. – Так чертовски хорошо.
Губы Стоуна нашли мои. Его поцелуй был требовательным и жадным, словно он никак не мог насытиться.
– Скажи, что любишь меня.
– Я люблю тебя, – выдохнула я, впиваясь ногтями в его спину.
Он снова толкнулся в меня, на этот раз жестче. Его глаза стали практически черными от желания.
– Скажи, что хочешь меня.
Наши взгляды соединились в одно целое.
– Я хочу тебя.
После этих слов он приглушенно зарычал и стал набирать скорость. Я почувствовала, как напряжено его тело, мышцы плавно двигались под моими пальцами, а дыхание с каждым толчком становилось все более сбивчивым.
– О, черт.
Я сжала колени вокруг него. Я была так близка к оргазму, что практически могла почувствовать его на вкус. Просунув руку между нашими телами, я начала нетерпеливо играть со своим клитором. У меня вырвался стон, ноги задрожали, а напряжение растворилось в волнах удовольствия, курсировавших по всему телу.
Секунду спустя, Стоун пробормотал мое имя, а затем кончил.
– Это было потрясающе.
Я выдавила из себя какой-то звук, соглашаясь, в то время как пыталась отдышаться. Он поднялся с кровати. Я смотрела на его голое тело, пока он выбрасывал презерватив в мусорку.
– У тебя милая задница, – проговорила я, когда он вернулся ко мне в постель.
Стоун рассмеялся, и этот звук был музыкой для моих ушей.
– Спасибо. – Он заключил меня в объятия, прижав к своей груди. – Все еще не могу поверить, что поступил.
Я решила, что сейчас идеальный момент, чтобы поделиться своими хорошими новостями.
– Я не говорила, но меня приняли на факультет психологии в Дьюк.
Улыбнувшись, Стоун опустил на меня глаза.
– Это правда лучший день в моей жизни.
– Знаю. – Я задумчиво водила пальцами по его животу. – Я слышала, что у них есть смешанные общежития, мы могли бы…
– Я не могу жить в общежитии. – Он вдруг зазвучал расстроенно. – Моя материальная помощь оплачивает только занятия.
Или…
– Давай я спрошу у папы, дает ли их компания гранты…
– Нет, – резко сказал Стоун, садясь в кровати. – Мне не нужно, чтобы твой папочка снова приходил мне на выручку.
Ничего себе. Неприятно. Очень.
Я плотнее закуталась в простыню.
– Успокойся, Стоун. Я просто пыталась придумать, как нам в следующем году жить поближе, учитывая то, что у нас будет очень забитое расписание, и едва ли останется время на встречи.
В голову пришла ужасная мысль. Может быть, он как раз хотел быть на расстоянии. Я мысленно ударила себя по лицу, поскольку это звучало как бред. Стоун никак не показывал мне, что хочет закончить наши отношения.
Скорее наоборот.
– Знаю. – Поднявшись на ноги, Стоун запрыгнул в свои спортивные штаны. – Именно поэтому я хочу, чтобы ты переехала сюда.
Я изумленно уставилась на него, гадая – неужто секс лишил его рассудка?
– Ты хочешь, чтобы я переехала сюда?– повторила я, дабы убедиться, что все правильно поняла.
– Да. – Положив руку на сердце, он притворно хмыкнул. – Ох, простите, принцесса. Эта квартира недостаточно хороша для вас?
С квартирой все было в порядке… Проблема состояла в женщине, которая родила его и жила здесь.
– Я даже не нравлюсь твоей маме, – прошептала я. – Думаю, ей не понравится эта идея.
Стоун выглядел обиженным.
– Ты ей нравишься.
Чушь.
– Знаешь, я бы, может, и поверила, если бы эта женщина сказала мне больше, чем пару слов.
Черт, да я с его соседями разговаривала чаще, чем с ней.
– Она всегда была тихая. – Сощурив глаза, Стоун ткнул в меня пальцем. – Хватит думать, будто ты такая особенная, и люди должны раскатывать перед тобой ковровую дорожку, как только ты оказываешься рядом.
Во мне вдруг начала зарождаться чистейшая ярость. Я выбралась из его постели и стала искать свою одежду, поскольку ругаться полностью голыми было бы немного странно.
– Хватит относиться ко мне, словно я какой-то зазнавшийся ребенок, когда ты знаешь, что это не так. – Я надела джинсы. – Тем более, даже если бы я нравилась твоей маме, что не правда, я все равно хочу жить в общежитии, чтобы по полной прочувствовать время в колледже. – Я широко развела руками. – Но, черт, какая я плохая, раз хочу, чтобы мой парень был рядом.
У него заходили желваки.
– Бьянка…
– Просто позволь моему отцу дать тебе этот грант, Стоун. – Я натянула на себя рубашку. – Так мы сможем…
– Мне не нужна твоя благотворительность! – прорычал он так громко, что я даже подпрыгнула. – В отличие от тебя и остальной твоей богатой, высокомерной, испорченной семейки, мне не нужен папочка, который будет подавать мне все на блюде.
Мне было бы не так больно, если бы он дал мне пощечину.
Мои братья и я, может, и живем хорошо благодаря нашему отцу, но мы трудимся, чтобы получить то, что хотим.
Черт, я задницу рвала ради хороших оценок, чтобы попасть на этот факультет психологии. Джейс работает, не покладая рук, создавая видеоигры, и ни цента не берет у отца с четырнадцати лет. А Коул из сил выбивается на футбольном поле, выкладываясь по полной во время игр и каждый день тренируясь так, словно пытается проверить, сколько нагрузки может выдержать его тело.
Тот факт, что Стоун только что назвал нас пафосными, высокомерными мажорами и засранцами, показывал, что он думал о нас на самом деле.
А еще это показывало, что он лицемер.
– Тебе нужен был мой папочка, чтобы поступить на эту медицинскую программу, – выплюнула я, прежде чем успела себя остановить.
Я сразу же пожалела о своих словах, но было уже слишком поздно.
– Ничего себе. – Стоун вскочил, челюсть напряглась. – Не так много времени тебе
