если завтра у нас будет «солд аут», то доставляем ещё посадочных мест. Главное – соблюсти стандарты освещения и оставить площадку для телевизионщиков.
Отключает звонок и останавливается рядом со мной.
– Ну что! Попробуешь «колесики»?Отвечаю. Не обнаруживается, как допинг. Пока что… – поправляется.
– Давай только без наркоты, напрягается Глеб.
Нога снова дёргает так, что мутнеет перед глазами. Прикрываю веки и дышу.
Так, у меня есть выбор. Довериться Глебу или Артуру. Конечно, выбор очевиден.
– Коли! – сдаваясь, агрессивно рявкаю.
Пишу сообщение Тае. В принципе, время уже девять. Ничего же страшного, если я высплюсь…
– Вот этот телефон, – подаю мужикам и натыкаюсь на равнодушные взгляды родственников. Так, тут все ясно. – Артур, – прошу менеджера. – Ты же сегодня со мной остаёшься. Если телефон зазвонит, нужно обязательно ответить. Пожалуйста. Это очень важно.
– Да ладно, ладно, – забирает девайс из моих рук.
– Готов? – Глеб стягивает мои штаны.
– Да коли уже! – втыкаюсь головой в подушку.
Горячая жидкость растекается по мягким тканям. Больно, блин! Но вялость накрывает практически моментально. Веки наливаются свинцом и закрываются… Меня отключает.
Под утро немного потряхивает яркими картинками наших с Таей поцелуев. Я переворачиваюсь на живот, потому что пах начинает наливаться желанием.
Так к ним хочется…
Прислушиваюсь к ощущениям в ноге и пытаюсь подвигать. Вроде, не болит.
Встаю с кровати и чтобы окончательно проснуться, на десять минут зависаю под контрастным душем.
Растираю мышцы полотенцем, замешиваю на кухне коктейль и вздрагиваю, когда в дверях появляется заспанный Артур.
– На, – всовывает мне в руки телефон. – номер бьется к тебе третий раз уже…
По позвоночнику прокатывается волна беспокойства, но тут же отпускает, потому что на экране я вижу незнакомый номер телефона.
– Алло, – поднимаю трубку.
– Привет, Илья, – раздаётся отрывистое и властное. – Это Сомов.
– Да я узнал, доброе утро, – отвечаю ему и ставлю стакан на стол. Аппетит куда-то улетучивается.
– Задержание нашего клиента назначено на шесть вечера. Желательно, чтобы в этот момент рядом не было ребёнка, чтобы не напугать. Ребята не умеют работать нежно.
– Я все понял. – отвечаю ему. – Буду держать вас в курсе.
Это значит, что я могу забрать Таю примерно за пол часа. Раньше – нельзя.
Открываю сообщения и просматриваю нашу с ней переписку. Странно. Просмотрела мое сообщение и не ответила? Открываю вызовы. Несколько пропущенных от Таи. Почему-то от них мне становится тревожно.
– Артур! – окликаю его, вламываясь в ванну. – Ты почему не отвечал на вызовы?
– На какие? – Выглядывает из кабины.
– От Таисии, – зло смотрю на него.
– Не слышал, – жмёт плечами. – Уснул.
– К черту пошёл! – рявкаю на него и выхожу из ванны, грякнув дверью о косяк.
Открываю вызовы ещё раз, делаю ей один встречный дозвон и отправляю сообщение.
В дверь раздаётся длинный звонок. Сморю на часы. Восемь утра. По дядьке можно расписание поездов сверять.
Он увозит меня в зал и до десяти утра уматывает на тренажерах в потное бездыханное тело.
– Перерыв пол часа, – кидает мне полотенце. – И жду тебя на татами.
Я лежу, растекаясь плотной лужей, минут пять, и потом первым делом срываюсь не к воде, а к телефону.
Не понял… Наливаю себе стакан из кулера и гипнотизирую непрочитанное сообщение. Беспокойство, появившееся ещё утром, начинает нарастать. Я делаю новый дозвон. Мысленно даю ей ещё два часа, чтобы проявить себя, а потом… даже не знаю, что потом! Но для меня уже вряд ли есть что-то невозможное.
Дядька дрючит меня за то, что я снова не могу сконцентрироваться и грозится подставить меня на взвешивании. А оно уже завтра… вспоминаю я.
Слышу слабый звук вибрации на подоконнике, и вообще нафиг выключаюсь из боя, тут же получая от дядьки чувствительную двоечку из бокового в ухо и апперкота.
Челюсть сводит, на языке моментально ощущается вкус крови. Голова звенит.
Я срываюсь с места.
– Илья, твою мать! – психует дядька. – Когда это закончится! Ты – не борец. Ты – мальчишка…
Тая… смотрю на экран и, срывая зубами липучку перчатки, хватаю телефон освободившейся рукой.
– Привет родная! Чего так долго не отвечала? – выдаю, пытаясь выровнять дыхание.
– Илья… – она шепчет настороженно. – Мы уже в аэропорту. Вылет в два часа. Я… хочу попросить тебя. Дай ему улететь.
* * *
– Что?! Где ты?? – мне действительно кажется, что я ослышался.
– В аэропорту, – повторяет Тая. – Как только пройдём границу, я смою свой паспорт и сына в унитаз. Игорь ничего не сможет сделать. Ему придётся улететь без нас, – тараторю, пытаясь донести свой план.
– Тая, остановись! – Я повышаю голос. – Задержание назначено на шесть вечера. Как вы оказались в аэропорту? Почему ты не позвонила?
– Я звонила ещё ночью, написала сообщение, – растерянно отзывается Тая.
– Я убью его! – взрывает меня.
– Не надо! – Тая не понимает, что я имею ввиду Артура. – Илья, послушай, ведь если заведено дело, то он не сможет вернуться много лет, а за это время можно развестись и лишить прав.
– Тая, Господи! – Я начинаю в панике метаться по залу. – Во-первых стой, где стоишь.
– Да ты что? – она нервно хихикает. – Меня женщины сейчас уже порвут за очередь.
– Черт! Так! В каком ты аэропорту?
– Шереметьево… Терминал F.
– Ничего не бойся, ты слышишь! Я звоню Сомову! Главное – не иди на посадку. Прилюдно он не сможет тебя прессовать!
– Да, я понимаю, но…
– Вышли мне номер рейса!
– Хорошо…
Я сбрасываю ее звонок и тут же набираю Сомова. В кратце, стараясь минимально эмоционировать описываю ситуацию.
– Они не мальчики по-вызову, Илья! – психует мужик. – Что я ему теперь? Наркоту должен подбросить? Нет. Топить я его буду только за реальные дела. Пусть улетает. Тая права. Так даже лучше, если успеет. Жди звонка.
– Я понял, – отключаю вызов.
Черт, черт, черт! Психуя, рублю грушу, пока с потолка не начинает сыпаться на голову побелка.
Мне надо туда ехать. Я не понимаю зачем сейчас, но чувствую, что должен быть как можно ближе.
Когда эта гнида улетит… Хотя бы просто смогу увезти свою семью домой.
Конечно, с формулировкой о прощении всех грехов я не согласен категорически! С хера ли он должен получить шанс на вторую жизнь, если просрал первую? Но сам нагнуть я его не могу!
В раздевалке быстро переодеваюсь и вылетаю из спортивного центра.
Телефон разрывается от звонков Матвея. Не отвечаю. Я все знаю!
Набираю Артура. Тот скидывает. Аааа, блть! Это к лучшему! Такое лучше выяснять лицом к лицу!
Дорога до аэропорта занимает практически полтора часа. Пробки сводят с ума. Поймав зыбкое состояние спокойствия, достаю из бардачка воду и пью ее мелкими глотками. Паркуюсь на
