на нем взглядом. Такой он… Дерганый, ужимистый, неприятный и показательно агрессивный. Тело расписано чёрными татуировками.
Даша делает звук тише.
– Потом на экзотику полюбуешься, – говорит строго. – Ты почему Илье о ребёнке не говоришь? Не уверена в чем-то? В нем? В семье? Лешку, может, не принимают?
– Нет, нет! – Вскрикиваю, пока подруга не разошлась фантазией в своих версиях. – Тетя и дядя Ильи прекрасные люди. Сестра классная. Я вас познакомлю. Лешка с ее сыном подружился. Они ровесники.
– Но… – давит интонацией Даша.
– Я, в общем, не хочу торопить события. – сознаюсь. – Хочу, чтобы мы притерлись, поняли, что нам хорошо…
– Это ты сейчас о нем или о себе? – дергается иронично ее бровь.
– О нем… В общем, я хочу, чтобы он решил на мне жениться потому что любит, потому что ему с нами хорошо, а не потому что я беременна.
– А у кого-то паранойка, – цокает языком Даша.
– Ну вот так! – Я виновато улыбаюсь. – Он и так сделал для нас невозможное. Ей Богу, ни один бы на его месте не выдержал!
– Тут согласна, – кивает подруга. – Мне он сразу понравился. Не то что…
– Даш…
– Ой, все, все! Смотри! Илью показывают!
Она увеличивает звук. Мы плюхаемся на диван и впиваемся глазами в экран.
Публика встречает «Русского Витязя» оглушающими овациями.
Мне очень приятно, что Илью так любят и уважают. Он этого достоин.
Камера снимает его с близких ракурсов, и я ловлю себя на мысли, что немного ревную. Этот мужчина слишком красивый, слишком идеально сложен, слишком величественен в своём праве стоять на ринге, чтобы им сейчас не любовались миллионы женщин всей страны.
– У меня будут синяки, – шепчет подруга.
Я оборачиваюсь и замечаю, что все это время стискиваю ее руку от волнения.
– Извини… – качаю головой.
Бой начинается.
Уже на третьей минуте я не выдерживаю и сбегаю на кухню, чтобы налить себе сока и подышать в открытое окно.
Пью из стакана мелкими глотками и, слыша, как градус боя все нарастает, понимаю, что «не смотреть» оказывается сильно сложнее, чем видеть происходящее в режиме онлайн.
Публика ревет. Звучит гонг.
Я срываюсь обратно в комнату.
– Ух как он его! – сверкает глазами Даша.
– Кто? Кого? – паникую я, но тут же соображаю, что если бы побили Илью, она бы так не восхищалась.
– Встаёт… вот черт! – она с досадой хлопает себя по коленке ладошкой.
Я смотрю на разбитые губы Ильи, которые показывают крупным планом. Рядом с ним Матвей. Как всегда что-то пытается сказать племяннику и вразумить.
Нет! Это просто не возможно выдержать!
– Мне кажется, что у этого американца сейчас из ушей дым повалит, – бурчу подруге.
Бой продолжается. Противник Ильи все время пытается держать дистанцию и бить ногами. Илья старается поймать момент, чтобы швырнуть американца и увести в партер. Они кружат по рингу, периодически жестко сцепляясь.
Я поднимаюсь с дивана, чтобы налить себе ещё сока, как вдруг на экране начинает происходить что-то очень быстрое.
Противник Ильи открывается при попытке сделать вертушку в воздухе, получает в нос первый удар, а вторым ударом в голову Илья добивает его, отправляя, в глубокий нокдаун.
Судья считает секунды до восьми. Один… Два… Три… Восемь! ВСЕ!
В следующую секунду трибуны просто взрываются криками и аплодисментами. Звук уводят с зала на комментатора.
Илью качает тренерский состав.
– Аааа! Тайка! – вопит Даша.
Мы, как дуры, рыдаем, пока Илью награждают поясом и осыпают разноцветным конфети.
Мой телефон начинает разрываться звонками от сёстры и тети Ильи. По их голосам слышу, что они также, как и мы разводят сырость, хотя клялись, что даже не включат телевизор. Я чувствую себя безумно счастливой. Частью большой и дружной семьи, частью большого спортивного события и носителем очень большого и важного чувства, которое может все. Теперь я в этом уверена!
Через час Сомов привозит Лешку, который уснул прямо в машине и не желает просыпаться, поэтому дед заносит внука в квартиру на руках.
– Надо было разбудить, – грозно шепчу ему.
– Да что ты, – отмахивается. – Он так переволновался. Да и скоро совсем вырастет, уже не поносишь…
Сомов уходит, а мы с Дашей укладываем Лешку спать и допиваем шаманское. Точнее, я – сок, она – шампанское. И вызываем ей такси.
Время на часах приближается к трём часам ночи, когда я слышу во входной двери квартиры долгожданный поворот ключа.
– Привет, мой Чемпион! – выхожу к Илье в прихожую и на мгновение замираю, не решаясь к нему прикоснуться. – Да ты один сплошной синяк… – шокировано качаю головой.
– Привет, маленькая моя, – Илья, словно не чувствуя своих травм, подхватывает меня за талию и вжимает в стену.
Целует. Ах… по телу разбегается тысяча мурашек удовольствия.
И я снова готова для него. Прямо здесь и сейчас! На все…
– Поздравляю! – шепчу Илье в губы. – Любимый.
– Ты смотрела? – он хитро улыбается. – Признавайся!
– Да, да… – киваю ему. – Ты у меня такой… – мой голос ломается на восхищённом придыханиии, – что даже страшно…
– Пойдём, – утягиваю его в квартиру. – Ты же устал. Я не знаю, что женщины должны делать для своих мужчин после такой «работы»…
Илья посмеивается мне в ответ.
– Я тебе расскажу… – игриво стреляет глазами себе в пах и хмурится от боли. – Да… – падает на диван и растекается по нему. – На самом деле я в какашку. Сделай мне просто водички с лимоном и приходи полежать рядышком.
– Хорошо, – киваю ему. Собираюсь бежать на кухню, но Илья ловит меня за руку и усаживает к себе на колени.
– Любимая моя…
Утыкается носом в мой висок и несколько раз касается губами.
– А я все время у тебя спросить хотел. Что ты тогда, когда мы с тобой первый раз в подъезде встретились, загадала?
– Ничего… – смущаясь, пытаюсь я съехать с ответа.
– Не ври… – с удовольствием Илья гладит губами мою скулу.
– А что ты загадал? – отстраняюсь и хитро прищуриваю глаза.
Разбитые и опухшие губы Ильи растягиваются в улыбку.
– Что хочу выиграть следующий бой, а дома, чтобы меня ждала любимая невеста… – делает многозначительную паузу и глубоко вдыхает воздух, – Ты выйдешь за меня, Таечка? – выдаёт просевшим от волнения голосом. – Я понимаю, что тороплюсь, – горячо добавляет он. – Но ты будешь свободна уже через пару дней, и я хочу, чтобы ты стала моей. Хочу иметь право тебя защищать и воспитывать Лешку…
Чувствуя, что сейчас разрыдаюсь, накрываю его губы пальчиками.
– Я согласна, Илья, – киваю.
Он притягивает меня и, постанывая от боли, несколько раз целует в губы.
– Так что ты загадала? Скажи мне, и я пойду закидываться своими обезболивающими витаминами.
