Читаем без скачивания Дом, который построил Джек - Роберт Асприн

— Расскажите-ка, дорогая, о тех людях, которые пытались убить вас.

Она попыталась объяснить ему все о Храмах Владычицы Небесной в Верхнем Мире, о террористах из «Ансар-Медж-лиса», поклявшихся уничтожить всех храмовников и ее семью, об отце Джины и людях, которых он послал убить его собственную дочь.

— Значит, вы важная персона, — задумчиво пробормотал Лахли. — Куда важнее, чем та безмозглая сучка, которую я оставил в Нижнем Тиборе. Женщина-журналист, надо же! — Йанира зажмурилась, пытаясь отгородиться от ужаса. Он не только повстречался с членами группы наблюдателей, он похитил их. — Да, — продолжал он. — Я верю, что вы гораздо важнее, чем мисс Нозетт. Отлично, теперь я знаю, что мне делать. Пожалуй, я все-таки прочитаю эту чертову лекцию завтра, будь она неладна, как будто ничего не случилось. Я не могу рисковать, допускать, чтобы меня заподозрили в этих проклятых убийствах, когда я стою на пороге будущего! — Он снова встряхнул ее. — Расскажите мне про врата. Во сколько они открываются? Эта женщина, Нозетт, говорила что-то про Сполдергейт-Хаус в Бэттерси.

— Я не знаю, на что он похож, — всхлипнула Йанира, отстраняясь от него. — Они вывезли меня со станции в сундуке. Я знаю, что Врата отворяются в сад за домом, но я не знаю, во сколько. Это всегда происходит по вечерам, каждые восемь дней.

— Ага. Мисс Нозетт скажет мне, когда именно, прежде чем я избавлюсь от нее. Отлично, дорогая моя. — Он нежно поцеловал ее в лоб. — Мне кажется, — негромко добавил он, — что вас лучше переместить в целях безопасности. Видите ли, детка, я не могу рисковать потерять вас. Эдди, оказывается, абсолютно бесполезен, зато вы, дорогая, приведете меня к власти, о которой я даже не мечтал.

Она ахнула, глядя в его безумные стальные глаза.

— Но вы не сможете попасть на станцию! Он негромко усмехнулся.

— Вздор. Я — Джон Лахли. Я могу все. У полиции нет ни одного доказательства того, что я помогал зарезать четырех грязных шлюх в Ист-Энде, управляя жалким умишком Мейбрика. Мисс Нозетт сказала мне, что ваш мир полтора столетия ломал голову, кто я такой. Если мне удалось проделать это в Лондоне, приложив такие же усилия, на вашей станции я стану настоящим богом! — Он улыбнулся ей в лицо. — И вы, крошка, станете моей богиней…

Она отбивалась от него, когда он снова поил ее своим зельем.

И плакала от бессилия, когда он тащил ее вниз по лестнице, обернутую в плащ, когда нес в ту кошмарную комнату, которая являлась ей в жутких видениях, в комнату глубоко под улицами, где он совершил по меньшей мере одно убийство и планировал множество других. Ей надо было как-то помешать этому безумцу, пока он не оказался на станции. Вполне здравомыслящие люди из Нижнего Времени и то сходили порой с ума, попадая на вокзал времени, настолько тяжелым был шок от столкновения с действительностью Верхнего Времени. Что может натворить Джон Лахли, если ему удастся попасть на ВВ-86…

Она потеряла сознание, так и не придумав способа помешать ему.

Джина пыталась не обращать внимания на противный шум с улицы, но и спрятаться от этого хора злобных голосов ей было тоже негде. Колокола церкви Христа в Спита-филдз, глухо, словно отсырев от бесконечного дождя, созывали прихожан на воскресную службу, а от дома к дому все перелетала, разрастаясь словно лесной пожар, страшная новость: два страшно изуродованных женских трупа, всего в получасе ходьбы друг от друга, но на этот раз не только в Ист-Энде, но и в округе, относившемся к Сити. Как бы то ни было, оба убийства всколыхнули весь Лондон, и это тогда, когда большинство его жителей наивно полагали, что их трудно потрясти чем-то новым.

Ноа дома не было: Джину до сих пор не выпускали из дома, даже купить свежей трески на завтрак, что приходилось делать детективу. Впрочем, готовить Джине никто не запрещал, так что она склонилась над огромной, топившейся углем плитой на кухне, силясь запомнить инструкции Маркуса. И тут послышались торопливые шаги Ноа Армстро.

— У меня появилась зацепка! — сразу же заявил детектив и только после этого шмякнул на кухонный стол сверток с рыбой.

Джина с Маркусом резко обернулись.

— Какая зацепка? — спросила Джина, затаив дыхание.

— Завтра в Египетском Зале состоится лекция о теософии и прочих оккультных науках. Докладчик — врач, занимающийся месмеризмом. Я случайно наткнулся на человека, рассказывающего о нем, когда возвращался из рыбной лавки. Похоже, что этот доктор родом из Уайт-чепла, с Миддлсекс-стрит, и там же начал заниматься оккультизмом. Не знаю, тот ли это, кого мы ищем, но тот врач, что напал на тебя, Джина, отреагировал именно на то, что сказала в трансе Йанира. Значит, он имеет отношение к оккультным наукам. Попытки поисков среди обычных врачей ни к чему не привели. И с разрастанием истерии по поводу Потрошителя я не уверен, безопасно ли расспрашивать людей насчет докторов. Полиция теперь ищет связанного с Потрошителем врача, а бедный доктор Миндель забаррикадировался у себя дома, опасаясь погромов. В общем, я думаю, что нам в любом случае стоит посмотреть на этого парня, Лахли.

Во рту Джины пересохло, как в пустыне; похоже, вся жидкость в ее организме разом ушла во вспотевшие ладони, которые она неловко вытерла о штаны.

— Да, я согласна. Я с тобой, Ноа. Нет, выслушайте меня! — добавила она, опережая возражения. — Я могу опознать его быстрее, чем вы. Если он читает лекцию, значит, там соберется толпа, а это значит, я смогу наблюдать за ним, сама оставаясь незамеченной. Если он тот, кто нам нужен, мы сможем проследить его до дома, может, даже найти там Йаниру.

Рот Ноа недовольно сжался. Детективу явно не нравилась эта затея.

— Черт, ты права, детка. Но мне ужасно не хочется подвергать тебя опасности, ради чего угодно.

— Я пойду вооруженной, — буркнула Джина. — Как на медведя.

— Я тоже пойду, — вмешался Маркус. — Миссис Миндель предлагала побыть с девочками, если мне придется отлучиться. Йанира моя жена. Я буду искать ее.

И снова детектив с неохотой согласился.

— Ладно. Если дело примет серьезный оборот, еще один ствол нам не помешает. Видит Бог, ты неплохо научился стрелять после той переделки в Колорадо.

— Вы хороший учитель, — тихо сказал Маркус. — И я не разучился обращаться с тем револьвером, что купил в Чикаго.

— Мы все пойдем вооруженными. И еще: нам нужна одежда получше, чем эта. Египетский Зал — респектабельное место. Если мы появимся там в ист-эндских обносках, нас могут просто не пустить на порог.

Джина нахмурилась.

— Единственный приличный костюм у меня — тот, в котором я проходила Врата. Он весь в крови. Меньше всего мне хотелось бы появляться на людях в окровавленной одежде — кто-нибудь примет меня за Джека-Потрошителя. У меня была пристойная одежда в багаже, но он остался в «Пиккадилли».

— Лекция состоится только завтра вечером, так что у нас хватит времени купить новую одежду. На всех троих, если уж на то пошло. К счастью, на Питтикоут-лейн сегодня рыночный день, так что там будет из чего выбрать.

Джина кивнула:

— Отлично. Мой пояс с деньгами, слава Богу, сохранился. Я поменяла на станции большую сумму. Мы можем позволить себе любые расходы.

— Очень хорошо. Тогда идем, пока там все лучшее не раскупили.

И без дальнейших разговоров все трое отправились покупать себе новый реквизит.

Глава 10

Марго никогда еще не приходилось устанавливать подслушивающее устройство.

Глядя тем утром, как инспектор Конрой Мелвин проделывает это в практически полной темноте, она испытывала настоящее восхищение. Мелвин в считанные минуты установил «жучка» на проводах, ведущих в министерство внутренних дел, и спустился обратно на мостовую.

— Есть, — ухмыльнулся он. — Теперь, когда Королева, узнав про двойное убийство, позвонит сегодня днем министру из Шотландии, мы сможем записать весь разговор.

— Но это же здорово! — улыбнулась в ответ Марго, пытаясь представить себе, отразится ли воспроизведение исторического телефонного разговора в радиопередачах Верхнего Времени на ее банковском счете. — Что у нас дальше?

Впрочем, что бы им еще ни оставалось, это вряд ли могло сравниться по степени опасности с эвакуацией записывающего оборудования с места убийств, с чем они уже покончили. Слава Богу, полиция Викторианской эпохи еще не слишком продвинулась в методике обследования места преступления. Они не только не оцепили места убийств, они позволили врачам и коронерам менять положение тел, смыть кровь, а сэр Чарльз Уоррен даже самолично стер надпись, которую Мейбрик накарябал мелом на Гульстон-стрит. Впрочем, Марго могла понять, зачем это сделали — с учетом антисемитских бредней Мейбрика и взрывоопасных настроений в Ист-Энде. К чести полиции Сити, она отчаянно сопротивлялась этому, но так и не добилась ничего, даже возможности посмотреть на эту надпись или сфотографировать ее, поскольку территориально Гульстон-стрит относилась к зоне ответственности Столичного округа.