— Возможно, — сказал я, обходя будку кругом. — Но что-то мне подсказывает, что гравитация окажется сильнее.
— А при чем тут гравитация? — ошалело проговорил напарник.
Не став вдаваться в подробности, я вытащил пистолет одного из бандитов:
— Вот и пригодится машинка.
Промежуточный патрон — штука дикая. Большой калибр, много мощи — мало толку. Если он бронебойный — то хоть где-то можно применить. Пробивать бронежилеты четвертого класса, например. А если вот такие — тупые, но избыточные по мощи… Рекламировались они в качестве средства самообороны и для остановки больших зверей. Но где в наших городах остались звери? Так что годился он только по стенам стрелять.
Что я и планировал делать. Четыре колонны, удерживающие будку, были куда тоньше, чем слой защитного полибетона. Первый же выстрел пробился через тактические наушники и чуть не оглушил. Руки, даже усиленные мышечными имплантами, дернуло вверх. Ударная волна пробила в дожде мгновенно заполнившуюся дыру.
Колонна пошла трещинами. Отверстие получилось глубиной в добрых пять сантиметров. Удовлетворенно хмыкнув, я расстрелял всю обойму, превратив колонну в решето. Пара ударов усиленным протезом — и тонкая внутренняя арматура лопнула. Конструкция опасно накренилась. Во все стороны полетели снопы искр. Раздался натужный скрип, и платформа рухнула вниз.
Будка полетела, утянув за собой провода. Те несколько секунд еще пытались удержать передатчик, но затем не выдержали и лопнули. Свет во всем здании заморгал — и погас.
— Вау! — в восхищении сказал Терьер. — Никогда не подумал бы о таком применении. Только теперь придется спускаться пешком.
— Не проблема. Зато освещение окажется на нашей стороне. Как и деморализующий фактор. Их дом — больше не их крепость, — усмехнулся я, пряча трофейные стволы в подсумок. — Теперь только от них зависит, решится все миром или бойней. Идем.
Глава 17
Мы шли, последовательно прочесывая этаж за этажом в поисках серферши с розовой гривой. Боевые линзы позволяли видеть в полутьме, как днем. Свет от граффити и одежды бандитов только мешал им. Освещал, словно гирлянда елку. Мы же двигались, постоянно оставаясь в тенях. Если и выходили на свет, то только за тем, чтобы быстро обезоружить противника и собрать все ценное.
Первые десять этажей мы пробежали меньше чем за пять минут. Здесь протекала крыша. Оборудование размещать было опасно, а люди предпочитали места посуше. Несколько встреченных подростков глупо стояли у лифта на тридцатом этаже, пытаясь вызвать отключившуюся кабину.
Пискнула только девчонка, получившая разряд шокера. Парней мы жалеть не стали, отключив их ударами. Оружия как такового не нашли. Пару ножей выкинули куда подальше. Протезы и импланты припрятали понадежнее, но вряд ли у этих ребят хватит сил и смелости отправиться за нами, даже если они быстро придут в себя.
Но чем ближе мы подходили к двадцатому этажу, тем активнее становилось сопротивление. Я не обманывал Терьера, никакой пощады. Только оправданная жестокость и ультранасилие. Первый же парень с оружием получил пулю в кисть. Следующий оказался проворнее, но убежать далеко не смог. Пуля прошла чуть ниже поясницы, парализуя. Вылечатся. Если деньги есть. А если нет — подохнут, не причинив никому вреда. Они знали, на что идут, записываясь в банду и беря в руки оружие.
— Лестница! Они идут по лестнице! — завопил истошный голос снизу. Двадцать восьмой остался за спиной. Мы все ближе подходили к этажу банды. И это чувствовалось.
— Стреляйте по ногам! Только появятся — бейте сразу! — поддержал его другой, более грубый, но столь же истеричный голос. Чувствовалось, что им страшно. Они никогда не участвовали в настоящей драке. И не станут, ведь их ждет не драка, а избиение.
— Подстрахуй, — приказал я, становясь у края площадки. Терьер понятливо спрятал пистолет, взяв меня за эвакуационную ручку и пояс. Я был куда тяжелее, но напарник нашел упор для ног.
Свесившись головой вниз, я взглянул на мельтешащие фонари. Человек пятнадцать. Винтовки, карабины, пара гладкоствольных ружей. И три фонарика на всех. Это даже не смешно, учитывая, как ответственные дергают лучи света из стороны в сторону. Придерживаясь за перила, я опустил ствол, заряженный тройками.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Очередь прошла по первому ряду. Три опустевших картриджа глухо стукнули по полу. Почти неслышно в криках и мате раненых. Пострадавшие дергали товарищей, отвлекая от цели. Просили о помощи. Стонали, убеждая всех, что умирают. И именно это они и делали.
Вторая очередь срубила последнего бойца с фонарем. Он рухнул, перестав освещать проход. А я дернулся назад. Вовремя.
Доведенные до состояния паники бандиты выпустили весь боезапас по лестнице. Пули свистели, глубоко погружаясь в полибетон. Беспорядочная стрельба длилась несколько секунд. Меньше минуты. Но я был на сто процентов уверен, что теперь меня ждут не вооруженные бандиты, а орущие придурки. Никто из них не догадался стрелять одиночными и экономить патроны. Пройдя половину пролета, я лег на ступеньку и высунулся наружу.
Последний фонарь светил на парня, судорожно пытавшегося сменить магазин. Его руки дрожали, не попадая в приемник. Он матерился, затравленно оглядываясь на лестницу, так что я решил облегчить ему задачу. Быстрые, но мелкие трешки идеально пробивали кости. Даже толстые, вроде черепа. В этот раз я не стал экономить.
Ярость выплескивалась с каждой пулей. С каждым поверженным врагом я становился чуть спокойнее. А может, это эндорфин смешивался с адреналином, заставляя по-другому смотреть на вещи. Я палил, не забывая прицеливаться и переключаться на новых бандитов. Двигаясь от врага к врагу. Срезая всех, кто пытался спрятаться или отойти.
Каждая пуля находила свою цель. Магазин быстро пустел. Я не скупился на контрольные выстрелы. Не хватало еще, чтобы подранок выстрелил в спину. На пятнадцать человек я в сумме потратил двадцать один картридж. И не могу сказать, что сильно мазал. Гнев заставил стрелять больше, чем можно было себе позволить, но, когда мы спустились на двадцать седьмой, нас ждали только трупы.
— «Милитех», — удовлетворенно сказал Терьер. Он выдернул оружие из скрюченных пальцев мертвеца. — Не лучшая модель. Но автомат новый. Еще бы к нему патронов побольше.
— Берем только то, что можем продать, и то, что по руке, — сказал я, придирчиво изучая лишившиеся хозяев стволы. Магазины на карабинах и винтовках были стандартизированы. Автомат нашелся только один — но его я отдал Терьеру. Себе взял гладкоствольный дробовик. Громкое, не слишком точное оружие. Но на малых дистанциях оно работало идеально.
Перезаряженный пистолет занял законное место в кобуре. Магазинов к ружью удалось найти два и одну странного вида ленту с патронами, вряд ли когда-то использовавшуюся по назначению. Скорее всего, бандит с яркой тату использовал ее как элемент одежды. Тем лучше. Хотя тридцать два выстрела в сумме — меньше одного магазина к автомату. Маловато будет. Но что бог послал, тем к нему на встречу и отправим.
— Я готов, — отчитался Терьер, заканчивая сбор трофеев. — Как ты? В норме?
— Да. Дальше наобум идти опасно, — немного подумав, сказал я. — Пора проявить себя.
Бот тихо пискнул и побежал вперед. Предназначенный для работы в помещениях, он быстро спустился по лестнице и тут же отскочил обратно, получив заряд дроби. Я включил заснятую круговыми камерами картинку. Тут уже начиналась веселье. Вместо ожидаемых «бесенят»-подростков, не наигравшихся в бандитов, нас ждали профи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Это мгновенно становилось понятно по их внешнему виду. По удерживаемым позициям в углах дверей. В положении оружия, нацеленного как на верхнюю, так и на нижнюю часть лестницы. Никаких ярких тату, или они спрятаны под куртками и плащами. Никаких тупых рожек, выдающих головы. С этими ребятами фокус с повисанием вниз головой не сработает. Отчаянно захотелось иметь пару управляемых мин. Или рельсу — чтобы бить через этаж. Но… в принципе…
