— А ты злой. Реально все так плохо? — спросил напарник, выходя вперед. Я нехотя кивнул. Кровь продолжала сочиться из раны. Самое отвратительное, что я уже дважды ловил пулю в одно и то же место. Кажется, даже верхний слой, покрытый гелем, задел.
— Ути, какая лапочка! — с криками восторга меня окружили путаны.
— Руки убрали! — рявкнул я. — Иначе без них останетесь. Это хищник, пусть и замученный. Откусит что — обратно не пришьете.
— Разошлись! Разошлись! — скомандовала Майя, выходя вперед. — Что тут у нас за столпотворение? А. Ого! Что, серьезно? Я думала, это какая-то ошибка. У них в самом деле был барс? Живой и… вонючий? Ладно, я сама все вижу. Идем сразу к Клубничке. Она найдет, чем занять зверушку.
За оперативность я был крайне благодарен Майе. Так же, как и за помощь. Спустя всего пару минут мы уже сидели в креслах. Освобожденный от пут барс забился в угол просторной, но все же клетки. Мадам, вновь облаченная в искусственное тело, сидела на корточках рядом с вольером.
— Удивительно. Какая грация и легкость, — сказала она, проводя пальцем по полупрозрачной решетке. — Как мы и договаривались, я окажу вашей подруге всю помощь, на какую способна. Она сможет прожить в моем вирте несколько лет за неделю. Адаптируется. Будет окружена заботой и сможет социализироваться.
Я воспитаю в ней человека. Насколько это возможно. А вот с гражданством помочь не смогу. Это не в моей власти. Вам нужен кто-то, кто сможет внести ее в базы данных правительства. Хотя бы в статусе «Г». Или легально — за заслуги и большие деньги, или нелегально — с помощью взлома региональной базы.
— Не нужно ничего взламывать. У нас достаточно денег, чтобы… — я замялся на полуслове. Палец коснулся браслета, но вместо заветной цифры в 0,0003 рукоина на нем осталось меньше двухсот кило пипиби. 0,000113240. — Какого черта?
— Что случилось? — нахмурился Терьер, и я передал ему браслет. Спустя несколько секунд напарник смачно выругался. — Думаешь, нас надул Скряга? Отменил транзакцию?
— С локального хранилища? Очень сомневаюсь. После продажи мы все время находились в такси. А там мощная локальная сеть и считывающее поле.
— Так вот почему мы кругами ездили! Она выигрывала время для взлома. Ух, сучка крашеная! Последние волосы выдеру, пока будет расплачиваться! — мечтательно произнес Терьер. — Так. Тебе нужно к врачу. Оставь все на меня. Я выясню, кто это такая и где ее можно найти. Потом вместе выдвинемся.
— Решим, — нехотя признал я. Хозяйка борделя подошла вплотную и бесцеремонно срезала с меня футболку. Плотную арамидную ткань. Ногтем.
— Внутренние органы не задеты, — после быстрого осмотра сказала она. — А вот коже и мясу пришлось несладко. Тебя уже ранили в это место?
— Да, несколько дней назад.
— Понятно. Если у тебя есть сотня кило, могу посоветовать потратить по крайней мере пятьдесят на защиту, — заметила женщина, отступая. — У вас опасный бизнес. Терьер — везучий мальчишка, всегда выходит без единой царапины из передряг. А вот по тебе такого не скажешь. Нога, два ранения в корпус…
— Без имплантов — как без рук, — невесело усмехнулся я, зажимая рану. — Но транжирить деньги я не могу.
— Это правильный подход. Вкладывай, — согласилась Клубничка. — Вы выполнили заказ, пострадали на нем. Я сделаю тебе скидку. Только один раз. Разрешаю выбрать любые импланты из имеющихся в наличии по половине цены. На твой выбор.
Она легко щелкнула пальцами, и у меня на линзе появился запрос на принятие файла. Мгновение, и он раскрылся довольно большой, если не сказать огромной, таблицей. Единственное, что меня смущало — статус «в наличии».
Зачем мадам внутренние железы для выработки огнеметного топлива? Или миниатюрный рельсотрон? Я уже не говорю о ракетах-ищейках. Эта штука вообще мне сразу приглянулась. Однозначное военное применение. Никакого двойного назначения у нее быть не может по определению. Смущала только цена в три сотни кило.
— Могу я спросить, откуда все это?
— Можешь, но лучше не стоит. Я все равно не отвечу, а у тебя будет на одно желание меньше, — улыбнулась своими сочными губами мадам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Понятно. В таком случае, я выбрал, — сказал я, поставив галочки возле всего необходимого и почти полностью исчерпав лимит. Оставил только на поесть.
— Кожные протекторы, мышечные усилители, новый протез, линза и коннектор для оружия. Джентельменский набор солдата, — совершенно не удивленно заметила Клубничка. — Не хочешь выбрать что-то другое? Более экзотическое?
— Нет, предпочитаю проверенное временем, — сказал я, чувствуя, как кровь просачивается через пальцы. — Может, начнем уже?
— Конечно. Майя тебя проводит, — отослала меня Клубничка, вновь скрываясь в тумане. Ощущение, что меня послали, заставило зверя внутри зарычать. Но сил его выпустить — не было. Так что я просто ударил по подлокотнику кулаком и вышел.
К счастью, лишних разговоров не последовало. Сестра Терьера мгновенно все поняла и даже попробовала предложить свое плечо в качестве поддержки, но я лишь отмахнулся. На злости и чувстве собственного достоинства я добрел до одной из дверей с надписью «только для персонала». Дернул — закрыто.
— Ты не персонал, — усмехнулась путана, проводя рукой по стене. Встроенный в нее сканер тихо пискнул, и створка распахнулась.
От резкой смены приглушенного освещения и бархатного пола борделя на кристально белую плитку я чуть не ослеп. Диссонанс заставил несколько раз моргнуть, чтобы убедиться в реальности происходящего. В обычной комнате, за дверью, достойной вести лишь в уборную или подсобку, находилась идеально чистая операционная. Даже не так — стерильная. И, что еще важнее — полностью оборудованная по последнему слову техники. Даже у врачей Аида такого не было.
— Откуда у вас все это? — спросил я, глядя на свисающие с потолка руки. Манипуляторы, гибкие скальпели, дроны-хирурги. — И где врач?
— Я же рассказывала — наша мадам нуждается в лучшем. И так уж вышло, что она сама себе это обеспечивает. А мы все скидываемся, если нужно что-то обновить, — сказала Майя, не заходя глубоко в комнату. — Помыться сам сможешь? Дезинфекция в кабинке сбоку. Закрепить себя на столе я помогу.
— Как-нибудь справлюсь, — ответил я, стягивая с себя порванную одежду. Проще всего с бронежилетом. Дернул за шнурок экстренного сброса — и броня развалилась на две части. Собирать потом — целая морока, но я справлюсь. Стягивать штаны — куда сложнее. Пришлось даже оторвать руку от раны. Дезинфекция прошла по плану, и я голышом забрался на операционный стол.
— В чем дело? — спросил я, заметив, что щеки Майи порозовели. — Тебя до сих пор волнует голое мужское тело?
— Я люблю секс и люблю мужчин, — показав язык, ответила путана. — Так почему мне слегка не проявить чувства? Все. Не отвлекай меня. Ложись, руки чуть в стороны, ноги на ширине плеч.
Стол оказался мягким. Не как матрас, больше похоже на снег или песок. Он принял форму моего тела. Не оставил ни одного просвета между спиной и металлом. А затем я почувствовал, как снизу начинает поступать гелеобразная жидкость. Словно клей. Свет в комнате стал ярче, так что мне пришлось зажмуриться.
— Операция пройдет в несколько этапов, — голос мадам шел как будто со всех сторон одновременно. — Для того чтобы проверить чувствительность нервных окончаний, ты должен все время находиться в сознании. Болевой порог будет увеличен, но полного обезболивания не произойдет. Уверена, ты сможешь это выдержать.
Несколько металлических рук опустились вниз. Точными быстрыми уколами они ввели обезболивающее. Одновременно с этим манипулятор начал вытаскивать из меня осколки вражеской пули. Ощущение, когда в тебе ковыряются — не самое приятное, и все же куда лучше, чем от попадания. Спустя всего несколько минут рану уже зашивали, последовательно соединяя и склеивая ткани.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Время заживления внутренних покровов — три дня, — донесся до меня голос Клубнички. — Полное мышечное восстановление тебе обеспечит следующий этап. Ты уже проходил усиление?
