— Ни хрена себе «возникли сложности»! — ошеломленно присвистнул Женя, разглядев при свете костра рану на руке полуэльфа. — Это кто тебя так уделал, старший или младший?
— Ни тот, ни другой.
В своей обычной немногословной манере Вереск поведал историю наших злоключений.
— Это Ринальдо, — с вздохом подтвердил мальчишка, зябко кутаясь в Женину куртку. — Сволочь редкостная, это он меня сюда привез.
— Так ты знал? — возмутился Женя. — И не предупредил, когда я перед Юлей распинался, что в доме осталось полтора полуживых охранника?
— Нет, что вы! — пацан испуганно распахнул глаза. — Я думал, его нет. Ринальдо уехал еще вчера и должен был вернуться завтра к вечеру вместе с покупателем. Точнее, с продавцом. Я не очень уверен, но мне показалось, что Ринальдо — только посредник.
Вряд ли парнишка врал — во-первых, он действительно очень переживал, что его обвинили в столь неподобающем поведении, — это было видно без всякой эмпатии, во-вторых, Мира тоже упоминала, что папин гость уехал по делам. Но для общего образования я все же уточнила:
— Как же он ухитрился вернуться так, что мы его не заметили?
— Тут как раз думать не о чем — телепортом, — отмахнулся Женя. — А откуда покупатель?
— Из Диг-а-Нарра, откуда же еще, — удивился мальчик. — Ведь только там рабовладение и работорговля официально разрешены.
— Продавать и покупать рабов действительно легально можно только в Диг-а-Нарре. Но, например, в соседней Белогории закон позволяет владеть рабами, купленными в Диг-а-Нарре. А в Лирке, хоть рабство формально и запрещено законом, власти закрывают на это глаза, потому как всем известно, что его величество Осмальдо III большой любитель наложниц. Ну и если уж на то пошло, ты-то гражданин Карантеллы, однако не заметно, чтобы это как-то смутило господина Ринальдо.
— Это верно, — вздохнул парнишка. — Этот мерзавец и сам подданный карантелльской короны, ну или по крайней мере, ведет здесь дела.
— Да? — оживился Женя. — А вот с этого места поподробнее, пожалуйста.
— Прежде, чем интересоваться подробностями с этого места, я бы рекомендовал ознакомиться с началом истории, — педантично заметил Вереск.
— Ах, да! У меня же раненый боец истекает кровью, — невпопад спохватился Женя. — Юль, ты как, в порядке? Тебя не нужно отпаивать водкой или валерьянкой?
Я подумала, что сто грамм сейчас бы очень даже не помешали, но эксперименты с наркотическими и опьяняющими средствами благоразумно решила оставить до более спокойной обстановки.
— Я в порядке, Женя. Но в любом случае спасибо за заботу.
— Тогда иди сюда и держи бинт. Будешь экспу зарабатывать. А ты, герой, садись на бревно и снимай рубашку.
Мы с Вереском опасливо покосились друг на друга, но спорить не решились. Когда у господина белль Канто случался приступ командирского настроения, оптимальной тактикой было беспрекословное подчинение. К счастью, перевязкой Женя занялся сам, оставив мне обязанности ассистента.
— А теперь, дружок, поведай нам, кто ты, откуда и как докатился до жизни такой? Да, и кстати, во избежание недоразумений хочу тебя кое о чем предупредить. Видишь вот эту девушку? Ее зовут Юлия. Она маг, пока не очень сильный, но весьма перспективный. И уж на то, чтобы магическими средствами отличить ложь от правды, ее способностей наверняка хватит.
— Да ладно врать-то! — недоверчиво вскинулся мальчик. — Это в какой же элементали есть такое заклинание? Что-то я о таком не слышал.
Я отметила про себя, что парень, несомненно, храбр, но либо не особо умен, либо еще не избавился от детской непосредственности. Женя тоже сделал из его замечания кое-какие выводы и не замедлил поделиться ими с общественностью:
— О, да наш юный друг, оказывается, знаком с теорией магии! Причем, судя по тому, что ты оперируешь термином «элементаль», а не его общеупотребительным эквивалентом «стихия», знаком не понаслышке, а как минимум прослушал начальный курс. Значит, принадлежишь к аристократическому роду — теория магии входит в обязательную программу обучения молодых дворян. Вряд ли тебя похитили с целью выкупа, тогда бы и прятали, и охраняли куда тщательнее, опасаясь мести безутешных родственников. Скорее всего, ты сам сбежал из родительского дома и даже перед лицом грандиозных неприятностей не желаешь раскрывать инкогнито. Либо спасать тебя уже некому, либо потенциальных спасателей ты боишься больше, чем работорговцев. Видишь, ты еще даже рассказывать не начал, а слушатели уже заинтригованы. Продолжай, пожалуйста.
Мальчишка выглядел подавленным (вероятно, в его планы не входило распространение таких подробностей своей биографии), но все же нашел в себе силы съехидничать:
— Может быть, вы сами все расскажете, у вас так здорово получается.
— Было бы любопытно, — не смутился Женя. — В принципе, если постараться, можно даже узнать твое имя. Для этого нужно только вспомнить, в какой из семей Ближнего Круга есть подростки подходящего возраста. Но такую ерунду, я, само собой, не храню в памяти, пришлось бы телепортироваться в Вельмар и поднять соответствующие документы. А это займет время, которого у нас и так мало. Так что я не стану лишать тебя удовольствия поведать свою историю самостоятельно. Для начала. А там посмотрим.
Мальчик, кажется, впервые с момента побега усомнился в том, что он поступил разумно, променяв общество спокойных предсказуемых работорговцев на компанию сумасшедших детективов с неизвестными намерениями.
«Это ты еще с нашим милым полуэльфом не общался, — мысленно усмехнулась я. — Добро пожаловать в команду, малыш.» Мальчишка вызывал у меня необъяснимую симпатию.
Он несколько минут молча смотрел в костер — то ли собираясь с мыслями, то ли корректируя легенду — и приступил к рассказу:
— Вы угадали, я действительно родился в богатой, знатной и очень влиятельной семье и поэтому получил образование, подобающее молодому лорду из Ближнего Круга. Но я бастард, хоть и официально признанный, и кроме того, младший из трех братьев, так что стечение обстоятельств, при котором я унаследовал бы фамильный замок, чрезвычайно маловероятно. Мой отец воспользовался этим как предлогом, чтобы, несмотря на мои мольбы, отказать мне в уроках воинского дела. Как будто я слабак или девчонка! — ломкий мальчишеский голос зазвенел от неподдельной обиды. — Втайне от отца я стал брать уроки боевых искусств у одного чхена из папиной челяди.
— Ага. И он вот так вот запросто поделился тайными знаниями своего народа с первым попавшимся сопляком, — иронически хмыкнул Женя.
— Я не сопляк, — оскорбился парень, — и тем более не первый попавшийся. Я…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
