его искать? — спросил Евгений.
— Он часто отправлялся со своими последователями в паломничества надежды, как правило, к таврическим святилищам и мегалитическим памятникам.
— Не могли бы вы уточнить?
Ионов покачал головой.
— Одних только древних захоронений насчитывается уже около восьмисот, они разбросаны по всему полуострову… Он действительно может быть где угодно.
— Все же, какое место, он чаще всего упоминал? − спросил Евгений.
Доцент на несколько секунд задумался.
— Может быть, Гурзуфское седло… так называется перевал, где почти сорок лет назад было открыто таврское святилище. Тогда был зачищен обширный слой из мощных скоплений жертвенных животных, множество разбитых при совершении обрядов амфор из Синопа, Гераклеи, с Родоса. Всего площадь раскопов составила примерно две тысячи квадратных метров. Это самый высокий перевал Крымских гор. По словам Бирюкова, это античное языческое святилище обладает феноменальной энергетической силой… Вот здесь бы я и попытал счастья.
Евгений кивнул и составил сообщение с указанием местоположения, отправив его Марату Неделину: «Попробуйте посмотреть, если еще не сделали этого. Возможно, он прячется там. Я объясню почему после».
— Насколько вам известно, кроме порчи памятников, он занимается какой-либо незаконной деятельностью, или он мог совершить серьезное преступление?» — спросила Мария.
— Я бы не удивился… Об этих паломничествах ходят слухи: говорят, что там используются наркотики и галлюциногенные вещества. До меня доходили слухи об оргиях, сексуальном насилии над последователями, о некоем промывании мозгов новичкам со стороны Бирюкова и его адептов. Это полноценный культ.
Мария передала ему несколько папок с антропологическими соображениями по поводу ритуала, лежащего в основе убийств 1978 и 1989 годов. Это были работы Барсукова.
* * *
— Я бы хотела, чтобы вы сделали одну вещь: просмотрите эти документы и скажите мне, есть ли в них хоть какое-то правдоподобие в вашей области знаний, — попросила она.
Они дали ему несколько минут, затем мужчина кивнул и передал документы.
— Если бы только мои студенты были такими же прилежными… Это вполне правдоподобно. Это ведь работы Романа Барсукова, не так ли?
Райская кивнула.
— Роман Игоревич попросил вмешаться моего бывшего преподавателя, у которого я учился и с которым работал до его ухода на пенсию. Тогда я, в свою очередь, помог ему попытаться расшифровать этот ритуал смерти… Должен признать, что он более сведущ в этом вопросе, чем большинство моих коллег.
— Мы это поняли, — сказал Евгений. − Большое спасибо за то, что нашли время встретиться с нами. Возможно, мы еще вернемся и побеспокоим вас.
— Я буду рад помочь.
— Мы не исключаем возможности того, что к вам придут журналисты, чтобы задать вопросы, и весьма вероятно, что они будут очень настойчивы, — добавляет Мария. −Готовьтесь к такому развитию событий.
— Что это такое? Почему?
Инспектор ничего не ответил и продолжила:
— Мы настоятельно рекомендуем вам не давать им никакой пищи для размышлений. Разговоры с ними могут помешать нашему расследованию. Как вы уже поняли, речь идет о расследовании убийства. Умышленное убийство, с отягчающими обстоятельствами — преднамеренность, если быть точным. Сами понимаете, пожизненное заключение.
Если Мария хотела напугать его, то, по мнению ее коллеги, ей это удалось с блеском.
— Я ни с кем не буду разговаривать, — пообещал профессор.
— Отличная идея, — ответила Мария.
Кротов осторожно пожал его забинтованную руку и они приготовились прощаться.
— Девушка на фотографиях в том святилище… Вы ее опознали? Это Диана? — спросил Ионов, когда они уже стояли на пороге.
Полицейские повернулись и несколько секунд молча смотрели на него.
— Нет, — солгал Евгений. − Мы не думаем, что это может быть она. Мы все еще работаем над тем, чтобы выяснить, кто это.
Глава шестьдесят первая
Таврическая академия Крымского Федерального Университета, Симферополь
— Скользкий тип, — сказала Райская, когда они дошли до машины на стоянке. − Я не знаю, о чем, но он лжет.
— Да, я тоже так думаю… Я ему совсем не доверяю. Кажется, он что-то скрывает, − кивнул Кротов.
— Когда мы представились друг другу, я услышала, как его яйца подпрыгивают на полу. Он стал почти таким же яростным, как и мы.
— У тебя есть запечатанный пакет? — спросил Евгений, доставая фотографию Дианы, на которой Ионов оставил свои отпечатки пальцев.
— Что ты имеешь в виду? А, это… Неплохо, Кротов. Совсем неплохо, — согласилась Мария и улыбнулась, роясь в сумке в поисках ключей.
— Знаете, как говорится, никогда нельзя быть слишком осторожным… — сказал Евгений.
Мария открыла багажник своего автомобиля и достала пакет с уликами, в который положила фотографию.
— Что ты предлагаешь? — спросил Евгений.
— Копнуть его поглубже.
— Я согласен. Ему сорок пять, а он все еще временный преподаватель. Конечно, коррупция, но… Он только лектор, верно? Тебе это не кажется странным?
— Очень… У меня есть контакты в университете. Я могу запросить о нем дополнительную информацию.
— Ты хочешь предупредить Фирсова?
— Что сказать ему, что нам не нравится лектор Ионов? Он нам откажет. Если мы хотим привлечь его к сотрудничеству, нам нужно что-то более основательное, чем впечатление. И в любом случае, этот вопрос не должен нас волновать. Мы не часть команды, не забывай.
— Это не значит, что мы не можем сообщить ему, если что-то увидим.
— Только вот на данный момент, мне кажется, у нас недостаточно информации.
— Ты видела, что в кабинете он был в шарфе?
— Конечно, это так.
— И, кажется, он был простужен?
— Нет, не видно было по нему. Я тоже это заметила… Ты думаешь, он что-то скрывает, не так ли? Царапины, синяки…
— Там уже было включено отопление. Мы умирали от жары, — сказал Евгений. − И все же он был в шарфе, причем очень плотно.
— Может быть, мы просто даем волю своему воображению?
— Он что-то скрывает, — продолжал Евгений задумчиво.
— На данный момент все указывает на Бирюкова, и наши впечатления не стоят не шиша.
— Не мешало бы побеседовать с Барсуковым и спросить его, что он думает об Ионове, — предложил Евгений.
— Это хорошая идея. Но не сегодня. Ты видел, в каком состоянии был старик?
— Как ты находишь Ионова, когда я показал ему фотографию?
— Мне показалось, что он стал похож на человека, который обделался.
— Почему так?
— Это вопрос дорогого стоит, — сказала Мария, включая зажигание.
Глава шестьдесят вторая
УВД Симферополя
В помещении, отведенном для расследования убийства Дианы Гурджиевой, царил бардак. На стенах висели различные фотографии с места преступления и увеличенные изображения трупа. На одном столе несколько офицеров изучали предметы, привезенные Неделиным прямо из дома гуру, на другом были разложены детали преступления, первые отчеты криминалистов и примерная хронология событий.
