Граунд-Хилла.
— Видишь ли, у каждого из нас своя цель и, для каждой цели есть своя дорога, прямая или извилистая, она ведёт нас к нашей мечте. Иногда, наши дороги соединяются с другими, идут бок о бок или пересекают их. Если ферма прекратит свою работу, то мы все будем на шаг ближе к тому, чтобы исчезнуть навсегда.
— Какая ещё ферма? И причем тут мой бункер?
— Какой ты глупый… По голосу ты уже взрослый, я бы даже дал больше двадцати двух, но мыслишь, как ребёнок. Ваш бункер и есть ферма. Вы поставляете нам детей, чтобы они росли и плодились дальше, тем самым, сохраняя текущий баланс или вернуть общую популяцию в старое русло. — Закончив свои слова старик начал нелепо улыбаться оставшимися у него зубами.
Томас начал сомневаться в здравом рассудке своего собеседника, он пытался найти логику в его словах, но никак не мог это сделать. Мысли впустую давили на юношу и сердили его.
— Мы вам поставляем только мальчиков, но учитывая, что у вас равенство между полами, то никакого баланса и быть не может, когда все рискуют одинаково.
Улыбка исчезла с лица старика, он нахмурился и почесал свою макушку, прищурившись, смотря сквозь юношу.
— Почему ты думаешь, что вы нам поставляете только мальчиков?
Том оборвал свой диалог со стариком. Он медленным и тихим шагом покинул его компанию. Юноша начал бродить по улицам и коридорам, надеясь найти Нейта или Джейка, пытаясь посмотреть на тех самых малышей, что одинаково одето, брели внутрь большой бронемашины. Он прошел ни через одну дверь, посмотрел ни в одно окно, но никак не мог найти хоть кого-нибудь из тех, кто ему нужен. Вскоре он встретил Джейка, что сидел в шатком баре и пил что-то, отдалённо напоминающее кофе.
— Джейк, где Нейт?
Джейк посмотрел на Тома с некой загадочной грустью. Он любил молчать и понял, что именно сейчас ему придётся заговорить, чтобы от него отстали.
— Где и должен быть.
— Я видел вашего босса, он был в медицинском блоке мэрии, — раздался незнакомый Томасу голос. Это был странный и грязный мужчина, что пальцем указывал сквозь дыру в полотке на большое здание в несколько этажей позади лачуги.
Не поблагодарив своего помощника Том отправился на поиски своего командира.
Охрана пустила Томаса внутрь без каких-либо расспросов, им достаточно было узнать, что тот прибыл из бункера. Нейт находился в одном из многочисленных коридоров, он стоял, облокотившись на стену и чего-то ждал.
— Где дети? — спросил Том, как только подошел к командующему.
— Их осматривают доктора перед тем, как отдать в новые семьи.
— Я хочу присутствовать.
— В этом нет необходимости. — Нейт говорил с Томасом безразлично, будто через силу отвечая ему.
Томас сделал небольшую паузу, поняв, что он никак не проработал в своем плане диалог с Нейтом. Он ни капельки не думал о том, что ему следует сказать и предпринять. Его мысли были только о том, что всю его жизнь у него под самым носом скрывали столь важную информацию.
— У меня плохое предчувствие… — пробубнил Томас себе под нос.
Нейт никак не развеял «плохое предчувствие» юноши, только внимательно посмотрел на его лицо.
— Там правда есть девочки? — Вслед за своими словами, Том поднял глаза на командира. Он был прав, старик также никак не ошибался. Это было понятно по реакции Нейта. Выпучив глаза, он бережно начал осматриваться.
— Откуда ты знаешь? — прошептал он.
— Ответь на мой вопрос. — Томасу никак не хотелось уходить от поставленной им же темы, он хотел добиться ответа, любого, даже ложь имела бы хоть какую-то ценность.
— Не все, чуть больше половины. Так откуда узнал?
— Рассказал один старик, он торгует стеклом на базаре.
Нейт будто выругался про себя сквозь сжатые зубы, подавляя злость. После этого он укоризненно посмотрел на Тома.
— Об этом никто не должен знать.
— Почему? Мы ведь можем сделать второй Граунд-Хилл и жить бок о бок с женщинами, как одно целое. Нас не будут недолюбливать другие общины, и сами мы сможем жить с чистой совестью. Да даже если так, когда мы отвоюем поверхность, то нас не будут называть варварами.
— Ты не поймёшь, всё сложнее чем тебе кажется. Ты думаешь, что так будет лучше для всех, но ты ошибаешься. Многие голову положат на то, чтобы сохранить всё так, как сейчас. А если кто-то и узнает, — Нейт осторожно осмотрелся по сторонам и, медленно наклонился к Томасу. — За такое и убить могут.
Том ощутил явную угрозу от слов Нейта.
— Мы и так в полном замешательстве из-за Лии и остальных, нельзя позволить этому прогрессировать, но… Лучше закрыть эту тему. — Нейт выпрямился и перестал шептать на ухо Томасу. По нему было заметно, что он сильно нервничает.
Том получил все необходимые подтверждения, он осознал, что не только внешний мир полон тайн, но и его собственный дом, в котором он живёт уже множество лет. Перед ним выросла неизмеримо высокая стена таинственного заговора, или хитроумного и скрытного плана, о котором он мог только догадываться. Он знал не многое, только то, что параллельно с мальчиками из убежища в тайне поставляли ещё и девочек. Копошась в воспоминаниях и анализе новой информации, юноша начал разворачиваться, чтобы уединиться и подумать обо всём, что он узнал.
— Томас, держись подальше от Лии. Её не зря начинают бояться наши ребята, мы ведь до сих пор не знаем, как рождаются новые витумы. — Нейт говорил в спину Тома, надеясь, что тот смог его услышать.
Томас бродил по улицам погруженный в собственные мысли. Уже много лет он иногда, почти раз в пару лет тренировал маленьких мальчиков. Он хорошо знал, что там не могло быть ни одной девочки, значит их отбирают ещё раньше. Дверь в женский корпус закрыта плотно и открыть её без шума просто невозможно. К тому же перед ней в зале всегда есть те, кому нечем заняться. Тренирующиеся были бы в курсе всего происходящего; если узнает один, то все узнают в тот же день. Значит, девочек пускали незаметно для всех со всем потоком, чтобы они слились с мальчиками. Такие группы были только в «ночи продолжения», когда дети, совсем маленькие и полностью прикрытые лохмотьями (под этими тряпками ничего не видно), неясно кто какого пола. Сразу после их прибытия врач даёт им пищевые добавки и витамины для ускоренного роста и набора массы. Ближе всего медицинский кабинет находится у зала отцов. Значит, именно там и происходила вся необходимая сортировка.
Томас долго бродил по Граунд-Хиллу, пока
