Читаем без скачивания Боги, пиво и дурак. Том 6 (СИ) - Гернар Ник

И поспешил за ним следом.

Шаг — и я очутился в уже знакомом мне коридоре святилища Нергала. Только в этот раз меня встречали не кошки в хорошеньких платьицах, а тусклый свет и тяжелый смрад скверной захолустной больницы.

Как он там говорил? Раны, оставленные Чернобогом, три дня кровят, три дня гниют, а потом заживают?

— Ты должен войти в третью комнату справа и высадить росток в подготовленную землю в ящике, — напомнил мне Гай.

— Где он? — перебил я Гая.

— Кто? — с фальшиво непонимающим видом моргнул тот.

— Ну не ящик же. Нергал, конечно!

— Я должен проследить, чтобы ты посадил росток и немедленно выдворить из святилища, — повторил Гай с мукой в голосе. — Таков приказ.

— Да насрать мне на приказ! — разозлился я.

— Мы должны подчиниться, — остановил меня Гай за плечо. — Он и кошек всех временно прогнал из святилища…

— То есть он выставил всех и остался здесь совсем один, — подытожил я. — Раненый и еле живой. Так?

— Это была его воля, Даня. Он — бог, а мы всего лишь жрецы!..

— Ты — да. Согласен. Должен слушаться своего господина. А вот я нихрена себя жрецом не считаю, и поэтому слушаться не обязан! — оттолкнув от себя Гая, я быстрым шагом двинулся по коридору вперед, распахивая по пути двери комнат. — Нергал, ты где? — на все святилище проорал я. — Эй, подай голос! Это Даня!..

Гай с обеспокоенным видом замер на месте. Он не мог решиться сделать даже лишний шаг в мою сторону, но очень надеялся с моей помощью узнать хоть какие-то утешительные новости.

— Нергал, где ты⁈ — еще громче крикнул я. — Куда мне идти⁈

— В жопу! — прогрохотал из глубин святилища божественный ответ.

Я улыбнулся. Обернулся к Гаю.

— Слышишь? Живой, значит!

— Да ну, в самом деле? Может, я по-твоему вообще бессмертный? — последовал саркастичный ответ.

Я улыбнулся еще шире.

— Он не просто живой, он еще и в здравом уме и трезвой памяти!

От сердца как-то сразу отлегло.

А потом я услышал сдавленный стон, за которым последовала тихая ругань и громкий приказ уже твердым голосом:

— Пошли вон отсюда!..

Я только головой покачал.

Зря разоряешься, дружище. Так просто я отсюда не уйду.

Вернувшись к Гаю, я негромко сказал ему:

— Найди аптекаря и скупи у него все, чем можно лечить раны. И бинтов побольше. Понял?

— И как это я сам не догадался ромашковым настоем Чернобожьи раны помазать, а? — раздался уже гневный возглас Нергала, и следом — недовольное ворчание. — Идиот…

Я ничуть не смутился. Обернулся на ругань, покачал головой и, хлопнув Гая по плечу, шепотом повторил:

— Сделай что я просил, ладно?.. Хуже-то точно не будет.

И отправился искать наше гневное божество.

Он лежал в своем кресле у погасшего камина в той самой комнате, где мы обычно беседовали. На полу виднелись потемневшие следы крови. Пара бокалов на столе, сервированном как будто для гостей, были опрокинуты, на белоснежной скатерти — отпечаток руки. И только несгораемые свечи все так же празднично поблескивали на причудливо изогнутых золоченых канделябрах.

Нергал был одет в ту же одежду и плащ, как при нашей последней встрече. Именно от них и исходил жуткий смрад гниения.

Видеть его в таком состоянии было странно. Нергал в моем сознании навсегда был связан с щегольским внешним видом, белоснежными рубашками и тихой, уверенной силой, сквозившей в каждом его жесте.

Нергал приподнял осунувшееся бледное лицо и снова выругался.

— Даня, ты просто как… Как…

— Да, знаю, — пробормотал я, приблизившись. — Как геморрой. Иногда меня проще перетерпеть, чем вылечить.

Нергал хмыкнул с кривой усмешкой на губах — и тут же приглушенно простонал от боли.

Я подошел к столику с сигарами. Он был сдвинут в сторону и стоял не пойми как, наискосок. Видимо, Нергал как-то неудачно зацепил его, и курительные принадлежности так и остались стоять там. Я открыл ящичек, вытащил одну из сигар.

— Будешь? — спросил я.

Тот прикрыл глаза.

— Давай.

Я срезал щипцами край, подал сигару и помог прикурить. Поднял с пола подушку и осторожно подсунул Нергалу под спину. Потом принялся разводить в камине огонь.

— А тебе в голову не приходило, что я, например, могу просто прибить тебя сгоряча? — спросил Нергал, с наслаждением выдыхая дым в потолок.

Я краем глаза покосился на него.

— Это вряд ли. Во-первых, я тебе нужен, чтобы открыть врата. А во-вторых, желающих моей смерти уже столько, что, боюсь, тебе пришлось бы занять очередь, — отшутился я. — Выпить хочешь?

Нергал тихо рассмеялся.

— Волшебное бухалово?

— Ага.

— Наливай.

Я наколдовал нам по коньяку, и мы выпили.

— Что-то не так с балансом энергии, верно? — предположил я.

Нергал кивнул.

— Точно. Слишком много растратил, слишком мало получил.

— А затворничество зачем? — спросил я. — Позволил бы своим кошкам позаботиться о тебе. Что в этом плохого? Тебе же не пятнадцать лет, чтобы стесняться таких вещей.

— Дело не в этом. Просто есть разница между знанием, что Нергал сейчас ранен, и знанием, что Нергал сейчас слаб и уязвим, — отозвался тот. — Яркие зрительные картинки в головах смертных многими богами считываются на раз-два-три. И мне совсем ни к чему, чтобы сейчас эту информацию мои ближайшие последователи растащили по миру.

— Хорошо, что в моем случае такой опасности нет, — усмехнулся я.

— Потому что вряд ли кто из богов сунется рассматривать содержимое твоей головы?

— Ну почему же. Пусть попробуют, — отозвался я. — Я им искренне посочувствую.

Нергал вздохнул.

— На самом деле тебя очень трудно читать. Даже мне. Несмотря на то, что ты ко мне расположен и внутренне не запираешься на сто замков. Просто слишком много разных энергий. Это как… Постоянный шум на фоне. Очень мешает.

— Ну и хорошо. Значит, мне не придется неотлучно сидеть у твоей постели по двадцать четыре часа в сутки в ожидании выздоровления.

— Да можешь хоть сейчас валить на все четыре стороны. Только отросток посади, — проворчал Нергал.

— Думаешь от меня легко отделаться? Не выйдет. Сейчас мы воды нагреем, приведем тебя в порядок. Потом я в комнате приберусь, пожрать что-нибудь приготовлю.

— Ты не забыл? Мне вообще-то совсем не обязательно жрать.

— Может и не обязательно, но наверняка приятно. По крайней мере, наш медведь никогда от вкусной еды не отказывался.

Огонь между тем весело разгорелся в камине. Оглядевшись по сторонам, я не увидел нигде ни единого окна. И вспомнил, что вообще-то святилище Нергала находится глубоко под землей, и форточку тут фиг откроешь.

— Ты не против, если я какое-нибудь начертание окна тут нарисую? — предложил я.

— Что, слишком жутко воняю? — хмыкнул Нергал, обессиленно откинувшись на подушку.

— Меня таким не проймешь — я в свое время пыточную и эшафот руками мыл. Но что-то мне подсказывает, что тебя самого этот запах должен бесить.

— Точно, — отозвался тот. — Ладно, нарисуй что-нибудь.

Я подошел к стене и уверенно поставил вензель свежего ветра, который заучил в школе начертаний.

Но то ли слишком много энергии в него вложил, то ли с размером не угадал, но от начертания дунул такой порыв, что у Нергала едва сигару изо рта не сдуло.

— Ой, — только и смог я сказать и лихорадочно принялся удалять начертанное.

Нергал засмеялся.

Он хохотал, содрогаясь всем телом, от чего стонал и ругался, но остановиться никак не мог.

— Решил прибить меня сразу, чтоб не мучился? — сквозь смех и слезы проговорил он.

— Извини, немного не рассчитал!..

— Какая неожиданность, да?

— Хватит зубоскалить, я же правда хотел, как лучше!

— Да знаю я, — уже серьезно отозвался Нергал. — Налей еще выпить? Первая хорошо пошла.

Я призвал бухаловом еще два бокала и уселся на полу возле очага, мысленно прикидывая, как бы мне организовать теплую купальню с антисептиком.

А Нергал, глядя на блеск конька, вдруг задумчиво проговорил: