в углу…
У Лиз сердце ухнуло куда-то вниз, на глаза навернулись слезы непонимания. Почувствовав настреоние гостьи, певица повысила голос. Находясь рядом с ней, слыша ее, Лиз поняла, что начинает медленно задыхаться от того, какое невыносимо громкое это пение. В висках застучало от боли и волчица медленно осела, сжимая голову обеими руками в надежде снять напряжение. Но ничего не помогало.
Перед глазами все плыло и, закричав из последних сил, Лиз рухнула, проваливаясь в темное забытье.
Глава 22: «Преступление и наказание»
Джейсон, занимавшийся приготовлением небольшого перекуса, замер с ножом в руке. Донесшийся до него крик сбил с толку, слишком далеко и тихо.
Хмуро отложив нож, он поспешил наверх с четкой уверенностью, что показалось. Но волчица, что была на крыше еще десять минут назад, куда-то исчезла. Подавив поднимающуюся панику, волк решительно обошел весь дом. Бессмысленно, но он отчаянно надеялся, что ошибается. Что она не попала в беду.
— В чем дело? — обеспокоенно спросила его Соня, когда волк замер посреди гостиной, раздумывая, куда теперь идти.
— Ты не видела Лиз? — без особой надежды уточнил он.
— Она не дома?
Отвечать Джейсон не стал, поспешил на улицу. Запах, еще совсем свежий, вел в лес. Очень кстати вспомнилось, что убийцу оборотней никто так и не нашел, а тот залег на дно и не давал о себе знать с момента убийства Сэма.
«Этого же… не может быть?» — хмуро думал оборотень, без доли сомнения отправляясь в путь на поиски своей волчицы. Если его опасения верны, стоит поспешить. Возможно, жизнь Лиз сейчас висит на волоске.
* * *
Просыпаться было трудно. Голова будто налилась свинцом, пошевелить руками и ногами невозможно, что-то туго стягивало их, сковывало любое движение. Придя в себя, Лиз обнаружила, что и вправду связана. Попыталась с силой вырвать руку из плена, однако тугие ремни не поддавались, плотно обхватывая запястья.
К ней приблизилась тень и Лиз со страхом воззрилась на незнакомую женщину, лицо которой ярко освещалось дружелюбной улыбкой. У волчицы мороз прошел по коже, ужас иглами вонзился в сердце.
— Кто ты? — каркающим голосом спросила Элизабет, тут же морщась от боли.
— Не догадываешься? — мило осведомилась женщина, склоняясь к ее лицу. Долго думать не пришлось, факты быстро сопоставились друг с другом.
— Сирена, — почти выплюнула Лиз. Конечно, возникали сомнения. Обычно, сирены жили на берегу побережья, рядом с открытым морем или океаном, но никого не убивали, уж тем более не вырывали языки. Соблазняли мужчин, только и всего.
— Какая догадливая девочка, — радостно воскликнула сирена, едва не хлопая в ладоши. Ее настроение настораживало, но Лиз понимала, что нужно потянуть время. Много говорить. Возможно, Джейсону удастся найти ее.
Мысли о том, что увидела наверху старательно отгоняла, решив для себя, что скорбеть нужно потом. А сейчас необходимо вырваться… и убить ее.
— Зачем ты вырываешь языки?
— Не понимаешь? Чтобы забрать голос и принять облик, конечно же.
Лиз подавила удивление, быстро обдумывая следующий вопрос.
— Разве твой голос и облик без того не ослепительны? Зачем все это? — уверенно проговорила Лиз, надеясь усыпить ее бдительность комплиментом. Вместо этого лицо сирены перекосило от ярости.
— Не для всех. Все ради мести. Как думаешь, скоро нас найдет твой волк? Он ведь слышит твой голос, мой наверняка сумеет обескуражить его.
Лиз разом напряглась. Значит… она убила ее мать, чтобы добраться до Джейсона? Расправиться с ним?
— Ты хочешь отомстить… ему? — сдавленно уточнила волчица.
— Нет. Джейсон лишь средство, более действенное, чем ты. Через него я достану Соню, — ядовито бросила женщина, едва не скрипя зубами от ненависти.
— Соня? Что она такого сделала?
Сирены считались мирными. Даже представить сложно, что могло заставить одну из них пойти на все это.
— Соня забрала моего возлюбленного. И теперь поплатится за это. Забрав ее язык, я смогу вновь быть с ним, — торжествующе воскликнула она, на что Лиз лишь скептически фыркнула.
Удивляло абсолютно все, но то, что у непостоянной сирены был возлюбленный, наверное, больше всего. Справившись с шоком, Лиз вдруг спросила:
— Какая-то странная цепочка. Зачем было убивать подростков?
Женщина досадливо скривилась, отворачиваясь от собеседницы. Лиз задумалась над такой реакцией и ответ пришел сам собой:
— Первым был волк из стаи Вудов. Ты рассчитывала выйти на Соню через него, но к тебе пришел Сэм. Ты ошиблась, верно?
— Я думала, что Соня привязана ко всем своим волкам одинаково. Что ж, той же ошибки я больше не допущу. Кто, помимо мужа, может быть ближе брата?
«Дети», — ехидно подумала Лиз, в душе радуясь, что сирена не пришла к этому умозаключению.
Разговоры женщине надоели. Она взяла в руки остроконечные щипцы и вплотную прижалась к скованной волчице. Не сложно догадаться, что она собиралась делать.
— Нам нужно поторопиться, сладкая. Не бойся, больно будет недолго, — пропела сирена, очерчивая пальцами скулу девушки.
Без боя Лиз сдаваться не собиралась, рванула вперед, клацнув зубами прямо перед ее носом. Сирена лишь усмехнулась, наблюдая за бесплодными попытками пленницы.
Взвесив все риски, Лиз поддалась волчьей натуре, глаза засияли янтарным, лицо заострилось, принимая звериные черты. Рассчитывая на боевую ипостась, Лиз яростно дернула рукой. Ремни до боли впились в запястья, но безрезультатно. Слишком крепкие. Она могла лишь рычать, не подпуская спокойную женщину слишком близко к себе.
Но сирена делала это не в первый раз, уловила момент, когда волчица была наиболее уязвима. Щипцы оказались слишком близко к лицу, из груди сам собой вырвался громкий полурык полувой
— Бесполезно, — шикнула на это сирена.
В этот момент наверху с грохотом хлопнула дверь. Лиз не скрыла облегчения, знала, кто это. По лицу сирены пробежала досада, которую она быстро спрятала за все той же улыбкой.
— Слишком быстро, — заключила она, убирая щипцы. Волчица более не представляла для нее интереса. — Придется справляться своими силами.
Сирена поспешила встретить гостя. Лиз запоздало поняла, что она замышляет и крикнула, уверенная — Джейсон услышит.
— Это сирена! Не дай ей начать петь!
А потом решила приложить все силы, но освободиться из плена. На задворках сознания теплилась идея, которую она решила опробовать. Приняв человеческий вид, она поспешила высунуть руку из слегка расслабившегося ремня. Тот очень быстро стал прежним, туго стянув руку в области большого пальца. Пространства для маневра не осталось, но отступать было некуда. Стиснув зубы, сквозь боль и слезы в глазах, волчица буквально выдернула руку из плена. Пальцы противно хрустнули, на то, чтобы заживить перелом ушло несколько минут. Наверху началась возня, Лиз отчетливо слышала грохот и громкий топот. Избавиться
