ушко, но она не услышала, пришлось кричать:
— Давно так не лежали!
— Ты ещё можешь шутить?
— А куда денешься?
Пилот резко поднял вертолёт, чтобы перелететь через столб. Всё, мы над морем. Теперь безопасно. Топлива хватит до острова Строгановых, там сделаем короткую остановку.
— Куда теперь, Макс? — проорал Кирилл.
— Домой!
— Нет! Я имею в виду, какие планы?
— Ты не поверишь! Тебе понравится! Захвати фотоаппарат и побольше плёнки!
* * *
Мне надо понять, как работает мой новый Камень. Слишком отрывочные знания он давал. Будто полузабытые воспоминания. Да, я понимаю планы врагов, до этого скрытые от меня. Но это мало помогало.
Я стоял в кабинете отца один, а на ореховом столе была разложена карта всех островов. На ней я расставил фишки, которые стащил внизу из настолки, в которую иногда играли ребята.
Левая рука немного пульсировала от боли, а четвёртый Камень нагрелся. Он действовал совсем иначе.
Первый Камень давал отличную картинку будущего на несколько минут. Этот же мог показывать на месяцы и даже на годы вперёд, но всегда один вариант. Но это будто было не будущее, а воспоминания о нём, как бы странно это не звучало. Будто всё это случалось в прошлых циклах, что невозможно.
Я уставился на карту. Может быть, я вспомню, что случится дальше, если это работало так.
— Макс, чай будешь? — дверь открылась и заглянула Лера.
— Нет, — пробормотал я. — Пять минут меня не беспокоить. Хорошо?
Она молча прикрыла дверь.
Ну давай же, работай. Мне нужны детали, а не намёки.
Карта изменялась, но не наяву, а в моих мыслях. Фишки, которыми я обозначал своих врагов, перемещались в другие места. Будто я смотрел на карту каждый день, и перекладывал их сам, когда менялась обстановка.
Сначала выдвинулись те враги, кого я недооценил. Они придут прямо ко мне. Карта будто сгорела вместе со столом. Значит, будет штурм поместья, если я ничего не предприму.
Но хоть карта и исчезла в моих воспоминаниях, фишки остались. Я мог сказать, сколько продлится очередная осада столицы империи, и кто будет в ней участвовать. Там будут даже те, кому не должен был вмешиваться. Придётся разбираться и с ними.
У меня ещё будет время присоединиться к осаде. Но сначала опасный враг и месть. Пятому Камню придётся подождать. Четвёртый больше не показывал мне карту, всё вокруг стало мутным. Но Я видел, где находится Камень, как его взять…
А потом… Потом я увидел Лабиринт. Я открыл Дверь. И дальше ничего, будто на этом всё заканчивалось.
— Нет! — вскричал я.
Видение отпустило. Четвёртый камень самый опасный среди всех. Он работал, только когда сохраняешь контроль над собой. Тогда видно, что может поменяться, даже на примере карты.
Но сейчас он захватил меня в свои мутные видения, где есть только синий свет и злобная усмешка того, кто иногда говорил со мной. Этот некто не из тех, с кем хочется разговаривать. Даже Пожиратель Времени намного более приятный собеседник.
Но что хуже всего, пока я в видениях, кровь текла сильнее.
Я устало опустился в кресло и перевязал руку. Планы придётся корректировать, и очень сильно. Даже не знаю, с чего начать.
Но лучше начну с тех, кто нападёт на меня в ближайшее время. Хотя к этому придётся подготовиться. Несколько спокойных дней у меня на это есть, а мир тем временем продолжить сходить с ума.
Впрочем, мир всегда сходит с ума.
Я спустился на первый этаж и сходу заявил:
— Алекс, скажи французам, чтобы заправили подлодку. Надо чтобы всё наполнили топливом, вообще все ёмкости, что у них есть. Переход будет долгим и на полном ходу.
— А куда плывём? — спросил он, отставляя кружку с чаем.
— Пока не скажу. Собираешься ты… Серёга, ты пришёл в себя?
Мечник решительно кивнул.
— Тогда Серёга и Паха.
— А я? — спросил Кирилл.
— Ты тоже, если хочешь. Фотик не забудь. Лера и Света, остаётесь в обороне.
— А почему мы с тобой не плывём? — спросила Лера.
— Мало места на подлодке. Здесь тоже будет непросто. Я собираю всех союзников, разместите самых главных здесь и позаботьтесь, чтобы не скучали. Для барона Ульдера подготовьте комнату получше.
— Он тоже приедет? — возмутилась Света.
— Конечно, он же мой самый любимый союзник. Ради твоей руки он будет готов даже отправиться в столицу во главе армии.
— Нет!
— Нет? — я сделал вид, что удивился. — А как бы тогда его уговорить? Ладно, что‑нибудь придумает. Скоро придётся выступать.
— Но ведь осада столицы уже идёт, — сказал Алекс. — Началась сегодня.
— Она затянется, мы успеем.
Я взял полную кружку чая и пошёл наверх. Ещё один разговор, только на этот раз неприятный. В левой руке я продолжал держать камень. Если не поддаваться ему, то получается сохранить контроль над всем, что происходит.
Это трудно, он пытался затащить меня в видения. Убрать бы его, но сейчас он нужен мне для разговора.
Пришлось подождать, пока на экране компьютера не появилось заспанное лицо Рю Накамуры, директора одной из корпораций. Японец, одетый в халат, долго и протяжно зевал. Его яхта в другом часовом поясе, где уже ночь. Не так недалеко, ведь у нас только вечер.
Сон быстро пропал, когда он увидел моё лицо.
— Князь Воронцов? — удивился он. — Не ожидал, что вы воспользуетесь этим каналом. Если честно…
— Где Дрейван?
— Я же с ним не сплю, — Накамура засмеялся. — Наверняка следит за боями в столице, как и большинство из нас. Там решается судьба мира.
— Вы все в этом ошибаетесь, — сказал я. — Вы сделали только хуже.
— Напротив, князь Воронцов, — Накамура зевнул и сел поудобнее. — Вы, как дворянин, не понимаете значения прогресса и важности изменений в обществе…
За его спиной висела интерактивная карта. Накамура будто заметил мой взгляд и торопливо заслонил её собой. Но я её увидел. И камень показал, что будет с ней через несколько дней.
— Дворянское общество устарело, — продолжил Накамура. — Сословия тормозят прогресс. Всё это давно должно было исчезнуть уже давно, но империи упираются. А император Тимофей, при всём его тугоумии, способен трезво смотреть на вещи. И он умеет слушать советы.
— Что он вам пообещал?
— Много чего. Империя изменится. Отменят крепостное
