Читаем без скачивания Генерал Смерть - Максим Шахов

Она не услышала звука выстрела. Только когда до машины с уже молниеносно крутящимися винтами оставалось метров двадцать, бугай слева от нее вдруг споткнулся, выпуская ее руку, тут же судорожно закашлялся, разбрызгивая вокруг крупные брызги ярко-алой крови, и рухнул носом в землю, судорожно суча ногами. Второй охранник – кажется, его звали Рашпиль – тут же остановился и почему-то недоуменно посмотрел в сторону вертолета. Этот странный, по мнению Гюльчатай, взгляд дал ей недостающий шанс.

Еще не понимая, что произошло, она, освобождаясь от удержания, резко отстранилась влево, где теперь ей никто не мешал, и ударила стопой правой ноги сбоку в коленный сустав Рашпиля. Конечно, надо было бить в шею, но девушка побоялась не рассчитать свои силы. Охранник, взвыв, упал на одно колено и тут же получил второй удар ногой в лицо. Он опрокинулся на землю...

Гюльчатай низко наклонилась, опустила скованные наручниками руки под колени и сама упала на спину. На тренировках она всегда легко переводила связанные за спиной руки вперед. Получилось это и сейчас. Девушка вскочила на ноги чуть раньше поднимавшегося Рашпиля, но тот уже рвал из-за спины свой автомат...

А по распадку сверху под горку неслось целое стадо разъяренных буйволов. Или слонов, судя по уровню производимого ими шума. Трещали ветви и сучья, их перекрывал нечленораздельный вопль из, казалось, десятков луженых глоток и сумасшедшая, не прекращающаяся ни на секунду стрельба в воздух из трех автоматов. Скорость приближения этой «лавины», сметающей на своем пути все живое и неживое, была феноменальной! Не оглянуться на нее было невозможно. А посмотрев на эти вздымающиеся в небо клубы пыли и услышав троекратно отраженное от склонов распадка эхо, хотелось только одного: бежать, бежать прочь, бежать еще дальше и быстрее...

Оглянулся и Рашпиль. И побежал... Гюльчатай настигла его в два прыжка. Третьим прыжком она, как дикая кошка, вспрыгнула ему на спину, обхватила голову руками и, подобно заправской наезднице, натягивающей поводья, резко потянула руки назад. Сталь наручников впилась в кадык охранника. Он захрипел и попытался резким движением скинуть девушку на землю. Не тут-то было! Крепко обхватив торс бугая коленями, она, разрывая в кровь собственные запястья, тянула и тянула что было сил...

Рашпиль упал на колени, его лицо побагровело, глаза выкатились из орбит. Он ухватился за запястья Галины и попытался вывернуть их. Но девушка уже стояла на своих ногах. Она уперлась стопой в затылок противника и резко рванула руки в сторону и вверх. Из разорванной шеи Рашпиля вырвался фонтан крови. Он еще хрипел какое-то время, а потом завалился набок и затих.

Галина опустилась на колени и попыталась снять свои руки с шеи поверженного врага. И тут же громко вскрикнула: закованные в наручники запястья были все-таки вывернуты. Превозмогая боль, девушка освободила руки и, вытянув их вперед, уткнулась лбом в землю. По ее лицу катились крупные неостановимые слезы...

Трое мужчин замерли над склонившейся ниц Гюльчатай. Никто из них не решался даже прикоснуться к ней. Наконец, Алексеева подняла вверх мокрое лицо, обвела взглядом мужчин, улыбнулась неуверенно и без слов протянула к ним свои окровавленные руки.

Что тут началось! Все стали судорожно рыться по своим карманам, как будто там они постоянно носили ключи от наручников. Гера, опустившись на землю, дул на запястья девушки, Вадик начал поднимать ее с колен... Первым опомнился Редин. Он брезгливо пошарил в карманах мертвого охранника и вытащил оттуда ключи. С величайшей осторожностью были сняты и далеко-далеко заброшены стальные «браслеты»...

Только теперь все посмотрели на вертолет. Его еще прекрасно было видно на фоне чистого неба. Развернувшись по пологой траектории, машина набирала высоту. Потом, слегка завалившись набок, она взяла курс на северо-восток. Там находился Комсомольск-на-Амуре. Гера, в сердцах плюнув, отвернулся...

Его похлопал по плечу Сергей и указал в небо вытянутой рукой.

Сначала Талеев ничего не увидел. Он лишь уловил ухом, как изменился звук работающего вертолетного винта. Но уже через секунду понял, что ошибается. Это к первому, затихающему гулу добавился другой, более низкий, мощный, раскатистый. А еще через пару секунд журналист увидел и его источник. Со стороны заходящего солнца наперерез вертолету Генерала заходила другая машина.

Господи! Гера не поверил своим глазам, но эти хищные обводы, слегка скошенная кабина, и вздернутый нос, и большой «плавник» хвостового руля... Это, бесспорно, был «Ка 50» «Черная акула»! Талеев вспомнил про бинокль и приблизил его к глазам. Последние сомнения отпали. Боевой одноместный вертолет Камова, наводящий ужас на противника. Но... насколько было известно журналисту, эти машины никогда не базировались на Востоке! Странными показались журналисту еще два обстоятельства. На покрытых камуфлирующей окраской бортах не было ни единого опознавательного знака. Даже бортового номера. «Так не бывает!» И второе: побортно подвешенные на консолях две ракеты. Ну, а уж такое и вовсе никогда не практикуется при тренировочных полетах. Значит, вылет боевой?

Впрочем, ответ на этот вопрос они получили очень быстро. Скорей всего, на генеральском вертолете даже не заметили угрозы. «Акула» не стала утруждать себя дальнейшим сближением, а просто выпустила одну из ракет. Это не было похоже на классическую атаку, это скорее напоминало приведение в исполнение смертного приговора. У старенького «Ми» шансов не было. Гера знал это оружие. Управляемые ракеты класса «воздух – воздух» «Р 73» с лазерной системой наведения. Больше говорить было не о чем.

Никто и не говорил. Старт, короткий разгон, поиск, захват цели и... поражение. Взрыв разметал генеральский вертолет разве что не на атомы. До земли – а скорей всего, до воды, потому что обе машины находились уже над озером Хумми – вряд ли долетела хоть одна целая деталь. «Черная акула» сделала полуразворот, и на крейсерской скорости очень быстро скрылась за горизонтом. Облако дыма от взрыва тоже бесследно растаяло в чистом горном воздухе. И вот уже абсолютно ничто не напоминало о только что разыгравшейся здесь трагедии.

Друзья недоуменно посмотрели друг на друга. Потом все головы повернулись к Талееву.

– Это что было, а?

Журналист чуть помедлил с ответом:

– Если мне не изменяет интуиция, то здесь «рубили концы». Причем весьма радикально и предельно жестко.

Желания спорить не возникло ни у кого. И делать здесь больше было нечего...

– Эй, а чего это вы тут взрывали?

С невысокого пригорка на склоне, опираясь на приклад снайперской винтовки, к ним спускался Виталий.

– Ох, ну и рожа у тебя, Шарапов!

Так приветствовать друга мог, конечно, только Циркач. Хотя, действительно, лицо Снайпа вряд ли у кого могло вызвать положительные эмоции: кровь из сильно рассеченной брови залила половину лица и уже начала подсыхать, глаз под этой бровью заплыл и сильно покраснел от внутреннего кровоизлияния, правая скула, принявшая на себя часть удара деревянным прикладом при отдаче, распухла, как от флюса. Добавьте к этому неимоверно всклокоченные волосы и не совсем здоровый взгляд, и картина станет полной.

– Ты почему здесь? Я же приказал сидеть на месте и ждать.

Виталий попытался улыбнуться одной половиной лица. Получилось еще хуже, чем до улыбки.

– Стреляли.

– Эй-эй, вот как раз это-то первым начал ты!

– Ну что вы пристали к человеку? Нет чтобы помочь. – Гюльчатай подошла к Снайпу. – Прости, что не могу обнять. – Она показала свои кисти. – Спасибо тебе! Иначе...

Вит остановил ее:

– Да за это не «спасибо» надо говорить, а наказывать по всей строгости! Я же не смог выстрелить второй раз.

– О о о, конечно-конечно. – Подбежавший Вадим забрал у друга винтовку и подставил ему свое плечо. – Если бы ты еще раз пальнул, нам всем здесь просто делать стало бы нечего. Послушай-ка, а это не ты, часом, вертолетик... того, а? Молчу-молчу...

В суматохе общего обмена мнениями Редин отвел журналиста в сторону:

– Нам будет очень затруднительно проделать обратный путь.

– Что ты предлагаешь?

– Надо спуститься к озеру. Кажется, это совсем недалеко. – Гера кивнул. – И вызвать туда один из курсирующих по нему катеров. – Сергей взглянул на часы. – Я пока еще начальник и знаю, куда надо позвонить.

– Это великолепно! А какую-нибудь машину для встречи организовать можешь?

– Без проблем.

– Ну, тогда... Эй, инвалидная команда, начинаем медленное поступательное движение на родину. Возражений нет? Тронулись!

Клык затаился под густым ивовым кустом на самом краю болота. Он слышал стрельбу и видел молниеносную гибель вертолета. Переждав эти непонятные события, он собрался было продолжить свой путь к свободе, но внезапно услышал голоса и спрятался снова. Сквозь густую листву Клык сумел увидеть проходящих мимо него людей и даже узнать в них тех, с поляны.