самое надёжное и быстрое, чтобы добиться предела, это создание скульптур. Этим я занимался больше всего, и в каждой композиции была Ванесса.
Ну вот приколола она меня, и всё тут!
Забавно, но каждый раз создавая её в новой позе, я всё больше понимал, что нисколько не боюсь демонов. А особенно сногсшибательную демоницу с хвостиком. Вот и получилось, что я стал пихать её даже на мебельную утварь. Правда, гадал, что это за ветерок гуляет, когда я делал с ней что-то неприличное. А вон оно как получается!
Представив все возможные неприятные последствия при встрече с демоницей, решил, что как-нибудь до этого времени к ней «подмажусь». Ну а если не подмажусь, то разок получу в рожу — не привыкать. Поэтому переживать не стоит, лучше делом заняться.
— Ладно, пора работать, — улыбнулся я и, садясь на край кровати, прикрыл глаза.
Мысленно провалившись в себя, я потянулся к занятому телу и нырнул в него.
— А-ах! Ляпота-а! — улыбнулся я, потягиваясь, и сел на скамейку, на которой спал.
Я находился в одном из городских парков города Личдат, расположенного на юго-западе континента. Хоть прохладненько и сыренько, но светило утреннее солнце, а слева, недалеко, валялся бомжеватый высохший зомби на пожухлой траве — романтика.
(Иллюстрация 12.3)
Теперь я был в теле относительно свежего парня среднего роста и с неплохим телосложением. А ещё он был военный, в камуфляжке с разгрузкой и бронёй на ногах. Пришлось постараться, чтобы переместиться именно в него. Как и ожидалось, за раз повторить переселение по памяти не получилось. Несколько часов времени убил, как и расколол десяток арбузов, прежде чем я этого добился.
Рядом со скамейкой лежал мой рюкзак, откуда я достал зубную щётку, смартфон и пачку сока. Во время чистки зубов я сверился с ещё одной точкой на карте смартфона, где может быть нужное медицинское оборудование. Уже второй день шляюсь по когда-то многомиллионному городу и ищу оборудование.
Почистив зубы, я откупорил пачку сока и выдул сразу половину. Пошарив по карманам разгрузки, достал синюю папиросу, прикурил и, выдохнув дым, задумался.
Сегодня мне пришли яркие и недостающие воспоминания по вопросу: «как я вообще умер?» И по семье тоже. Несмотря на удовлетворённость от этого события, в груди образовалась пустота с ещё одним вопросом: «а кому я вообще нужен в своём мире?»
Моя семья уже забыла Максима Фокина и живёт счастливо. Родители? Ждать их в раю? Бред кобылы-наркоманки. У меня есть старший брат, и он поуспешнее меня. Внучку я оставил от себя, так что и им я не нужен. Столько лет прошло и ещё пройдёт — погоревали и забыли.
Во время размышлений мою зомбятскую голову хорошенько торкнуло, и я решил пока не заморачиваться этими тяжёлыми думами. Ведь сегодня прекрасный день! Погуляю по городу с пользой, бухлом и хорошим настроением!
Сказано — сделано. Собрал рюкзак, закинул на спину и, попивая местное винцо, отправился на выход из парка. И как только я его покинул, сразу же попал в привычные городские пейзажи: валяющийся мусор, разбитые машины, потрескавшийся асфальт, а местами шатались несвежие зомбаки.
— Забирай меня скорей, увози за сто морей и целуй меня везде, восемнадцать мне уже… — весело напевал я, бодро шагая и пиная мусор под ногами.
— Забирай меня…
Тут я остановился, обратив внимание на разбитую витрину одного из магазинов. Подозрительно прищурившись, подошёл ближе и не поверил своим глазам.
— Милостевый Данунах… Наконец ты сжалился… — прошептал я, вошёл в магазин через витрину и подошёл к ужасно знакомому музыкальному инструменту.
Конечно, глупо было бы ожидать в чужом мире гитару, — особенно когда они технологически более развиты — но тут был похожий гитарообразный инструмент. Не со струнами, а с клавишами вместо ладов.
Здесь были даже подобие ударных, множество электронных барабанов и странные синтезаторы с квадратными клавишами. Всё остальное, что валялось в витринах и на полу, мне было незнакомым. Но я взял «гитару» и вышел с ней из магазина.
Через пятнадцать метров я увидел лавочку. Перед ней валялся высохший зомбарь, но меня он нисколько не побеспокоил. Поставив пачку сока и рюкзак, я сел на лавочку и использовал зомбака как подставку под ногу. Удобно усевшись, вставил сигарету в зубы и стал изучать заморский инструмент.
Гитара была без оголовья и колков, но на корпусе, вместо звукоснимателей и «бриджа», имелся дисплей и несколько кнопок. Пощёлкав и повертев её в руках, я обнаружил сзади ещё одну кнопку. Нажал на неё, и вылез футлярчик, который красноречиво говорил: «Сунь сюда батарейку!». Тут я вспомнил, что видел где-то в карманах куртки парочку батареек как раз такого же размера размера.
Вожделенно достав требуемое, я вставил всё это куда надо и начал жать кнопки. Экран включился и даже пропищал какой-то звук. Причём завибрировала сама гитара, как будто она и есть динамик. Местную письменность я знал плохо. Пришлось открывать на смартфоне «азбуку» и изучать всё методом «тыка».
— Блям… Пик… — звучало из гитары, но я нашёл нужный гитарный звук. — Дзынь!
Покопавшись с ней ещё какое-то время, я пришёл к выводу, что ноты на ней построены по аналогичному для моего мира принципу — двенадцать звуков или семь нот и пять полутонов.
Вот только если бы на гитаре были кнопки, как, допустим, на гормоне, то я бы довольно быстро привык. Но здесь были конкретно узенькие клавиши, на всю ширину грифа. Часа два я привыкал и смог сыграть только «Я на солнышке лежу». Благо, я обнаружил функцию записи со сменой звучания.
Ещё через три часа и пачку бухла я записал свой первый шедевр. Пока сидел и думал, что бы ещё такого простенького сыграть, в арбузик пришла потрясная идея — сыграть переделанную песню группы «Рогатые трупоеды». На это меня натолкнул воняющий зомби под ногами.
— Гъ-ы-э-а-а! — смачно отрыгнув сок, я улыбнулся и поглядел на зомбака. — Хе-хе!
Я включил мелодию и положил гитару рядом. От вибрации инструмента запела сама скамейка, а я начал:
— Я на сол-ны-шке гни-ию…
— Па-парапапам.
— И на сол-ны-шко блюю!
— Па-парапапам.
И нагнувшись к зомбаку заголосил:
— Разложи-и-и-лся мой труп! И опарыши его гры-зут!
— Па-парапапам!
Вскочил со скамейки, и меня опять понесло. Моё богатейшее воображение нарисовало позади меня двух зомби-гитаристов и барабанщика посередине. Которые тяжёлыми рифами металла стали играть эту мелодию.
Посадив зомбаря на скамейку и оперевшись
