на работу в чересчур откровенном, на мой субъективный взгляд, платье, которое обтягивало все ее плавные контуры и заканчивалось чуть выше колена, оголяя стройные ножки. Едва я увидел ее, мой член проснулся и приготовился к марш-броску. Уж не знаю, намеренно она дразнила меня или нет…
Захватив Майю в свой ручной плен в одном из пустынных гостиничных коридоров, я сделал ей игривое замечание по поводу ее внешнего вида. Она порозовела от смущения и прикусила губу. Мой внутренний жеребец заскулил…
«Держи себя в руках. Не дави на нее. Сконцентрируйся на насущном».
В памяти промелькнул образ Майи в черном кружеве белья, и я со стоном закатил глаза, злясь на самого себя.
Мои удары по груше стали яростней и отчаянней.
Джеб… Правый апперкот… Левый хук… Правый кросс…
Я остановился, чтобы отдышаться.
Вдруг чьи-то тоненькие ручки обвили мою поясницу сзади. Я точно знал, кому они принадлежат, и улыбнулся.
— Ты так усердно тренируешься… Готовишься к Олимпийским играм? — пролепетала Майя, приложившись щекой к моей липкой от пота спине.
Я напрягся, понимая, что она была не так уж далека от истины в своем предположении.
«Это твой шанс сказать ей! Давай!»
— Просто стараюсь держать себя в форме, — ответил я, развернувшись к ней лицом, — Я потный, Майя… Фу.
— То-очно… — согласилась она, сморщившись, но не отцепляясь от меня.
— И от меня воняет, — добавил я.
— Ага… — Майя выдала реакцию, идентичную прошлой.
Она облизнула губы и начала медленно водить ногтями по моей спине, шаловливо смотря в мои глаза. Могу сказать, что я был во всеоружии, имея в виду мощный стояк, рискующий порвать мои треники.
— Ну, сама напросилась… — прорычал я и подхватил ее за бедра, оторвав от пола.
Она прыскала смешками мне в шею, пока я нес ее к ближайшему столу, чтобы усадить на него.
«Кто додумался поставить стол в тренажерном зале? Надо пожать ему руку при встрече!»
Как только ее попка приземлилась на поверхность стола, я обхватил голову Майи за затылок и вожделенно поцеловал. Она отвечала мне со всей пылкостью, и я был готов овладеть ею прямо там. Мой рассудок был затуманен страстью. Я хотел ее и только ее. Причем немедленно.
Мои руки отправились в увлекательное путешествие по прекрасному телу Майи, любопытствуя и изучая, в то время как мои губы перешли в наступление на ее шею…
Она застонала, разжигая пламя желания во мне еще больше.
— Остановись, Макс… Пожалуйста…
Майя уперлась ладонями в мою грудь, аккуратно отталкивая меня. Я готов был завыть от досады как раненый зверь.
Мое дыхание было частым и хриплым от возбуждения, когда я отпустил ее и сделал полшага назад.
— Извини… Я потерял… голову.
— Не извиняйся… У меня тоже башню сорвало.
— Вообще-то, ты меня спровоцировала! — возмутился я, выпучив глаза.
Майя жеманно пожала плечами и спрыгнула со стола.
— Твой отец ожидает нас для предоставления ему отчета о проделанной работе.
— Понял, — вздохнул я, — Только дай мне время принять душ, окей?
— Хорошо, здоровяк, — подмигнула Майя и пошла к двери.
Я с кислой миной проводил взглядом ее покачивающуюся задницу.
«Ну привет, старая-добрая дрочка!»
БОРИС НИКОЛАЕВИЧ
Максим и Майя ввалились в мой кабинет, хихикая как подростки. Я был наблюдателен по части деталей, и от меня не укрылся тот факт, что рука моего сына скользнула по талии Майи, когда он пропускал ее в дверной проем. Помогая ей устроиться в кресле напротив моего стола, Максим задержал ладонь на ее плече. Майя бросила на него смущенный взгляд и поджала губы.
Но самым выдающимся наблюдением лично для меня, как для отца, было то, что мой сын выглядел СЧАСТЛИВЫМ, черт возьми! Его глаза просто сияли как два солнца на безоблачном небе!
Мое аритмичное сердце сжалось от восторга.
— Ну что, детишки, чем порадуете старика? — добродушно спросил я, откидываясь назад в своем удобном кресле и не сводя с них глаз.
Они заговорщически переглянулись и одновременно открыли рты, собираясь что-то сказать, но тут же захлопнули их, уставившись друг на друга.
— Максим, начинай, — сказала Майя.
— Нет, я уступаю тебе, — с улыбкой на лице отверг ее предложение мой сын.
— Ладно, — Майя вздохнула и посмотрела на меня, — Все очень позитивно складывается, Борис Николаевич. Со всеми трудновыполнимыми задачами мы справились, к коим относился и поиск саксофониста…
Она выразительно взглянула на Максима, и он, не мешкая, перехватил слово:
— Да, мы пригласили поиграть на празднике Арнольда, — я приподнял бровь при упоминании этого имени, — Ты должен его помнить, пап. Он учился со мной в «музыкалке».
У меня чуть не отвисла челюсть от понимания того, что мой сын не постеснялся признаться Майе в своем музыкальном прошлом. Раньше он строго-настрого запрещал распространять эту информацию, переживая, что «пацаны не поймут».
«Максим открылся Майе. Это ведь что-то значит, не так ли?»
Это был немыслимый прогресс. Я не мог скрыть довольного выражения лица.
— Арни же постоянно на гастролях… Как вам удалось ухватить его? — спросил я.
Майя и Максим снова обменялись таинственными взглядами.
«Между ними происходит какая-то химия, однозначно…»
— Это было чистое везение, что Арни сейчас на каникулах. Он с удовольствием согласился выступить и даже категорически отказался брать за это плату… — сказал Максим с нескрываемой гордостью в тоне.
— Арни и в детстве отличался исключительным великодушием, — по-доброму усмехнулся я.
— Кстати, — снова включилась в беседу Майя, — Благодаря тому, что Арни отказался брать с нас деньги, в нашем распоряжении остались нерастраченные средства. Может, есть какие-то предложения, как мы можем потратить их с пользой?
— Все взять и поделить! Как говаривал Шариков! — восторженно провозгласил Максим и ударил по столу ладонью.
Майя улыбнулась. Я только закатил глаза и сказал:
— Давайте пока попридержим эти деньги в качестве неприкосновенного запаса. На случай непредвиденных трат. Если их не случится, просто переведем обратно на счет заказчика. Мы же подотчетны, в конце концов.
— Да, это имеет смысл, — согласилась Майя, кивнув головой.
— Это определенно имеет смысл, — повторил за ней Максим и подмигнул ей.
— Если это все, то я готов отпустить вас работать, малыши, — сказал я с улыбкой, — Хотя, сынок, задержись, пожалуйста…
Я бросил на Майю извиняющийся взгляд. На доли секунды она насторожилась и посмотрела на Максима, словно ища у него поддержки. Он кивнул ей, и Майя встала и покинула мой кабинет, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Я уставился на своего сына.
— Рад видеть тебя в добром здравии, Максим. Ну, по крайней мере, ты выглядишь гораздо лучше.
— Ерунда, — отмахнулся сын.
Я наклонился над столом.
— Слушай,
