О таком событии следовало сообщить Большому Кольцу и сразу отправить найденное эго в Малое Кольцо. Иными словами самому Мо заняться проблемой не светило. Исходя из этого, он спокойно принялся ждать, когда эго выйдет из транса, заодно подготовив изолированную среду для вируса. Мо включил репликатор на транзит, а сам пошёл гулять по волне информации, вылавливая едва заметные следы сообщений, где бы упоминались о таких вирусах.
Малое Кольцо для Мо, по причине конспирации, закрыто, а вот в Большом, по самому краю пришлось ставить сеть, чтобы выловить скудные упоминания о данных вирусах самих по себе. Вирусы же вкупе с полноценным эго вообще не существовали. Мо снова покрылся энтропией от возбуждения. В его вечной жизни скука оставалась естественным спутником, а слишком большое эго требовало хотя бы минимальное количество задач, чтобы не застыть навеки холодным камнем. Над карантинным блоком вспыхнуло сияние – транзитное эго активировалось.
Сбросив облачко энтропии, Мо накинул на транзитное эго информационную сетку и нырнул в неё. Первая волна информации оказалась настолько удивительной, что ошарашила его и перевернула. Его симпоты таких сильных эмоций не испытывали никогда в жизни. Впитывая в глифомы дикий напор красок, событий и знаний, Мо скоро почувствовал, что теряет контроль над сеткой и, как муха, в ней окончательно увяз.
***
Хамми вылез из чужой информационной сети, сбросил немного трансляционной эйфории и облачко энтропии. Кажется, все нормально? И, где там Элайни и Сергей? Он давно уже знал, что сильная информационная связь с людьми очень опасна для его эго, но сделать с собой ничего не мог, так как давно подсел на чувства и мысли людей. Он уже начал мыслить, как человек, и дальнейшее существование без людей никак не входило в его планы.
Хамми пощупал пространство и узрел тонкие нити сознания Элайни и Сергея. Они живы и, кажется, спят. Ими Хамми займётся позже, а сейчас его беспокоила чужая сеть, накинутая на него несколько мгновений назад. Он безжалостно разорвал её и пошёл по нити к источнику. Возникшая перед ним оболочка перебывала в трансе и, не разбираясь дальше, Хамми просто закупорил ее в сети.
Он юркнул в своё сознание, вытащил текстуры кота и с удовольствием натянул на себя. Побежали, перестраиваясь, электроны, меняя энергетическое и волновое поле, преобразовывая их в форму кота. Хамми вытянул лапы и потянулся, вспоминая ощущения Глюка, с восторгом в них погружаясь. Открыл глаза и выключил информационную сетку – она немного мешала.
Элайни и Сергей находились под кольцом репликации, а возле них бесформенной массой валялось чужое эго, находящееся в трансе. Чужое эго потом, а сейчас Сергей и Элайни! Хамми проверил воздух в станции репликации, убеждаясь, что Сергей и Элайни могут им дышать, и погрузился внутрь их тела, проверяя сосуды, нервные окончания и сравнивая реакции с эталонами, записанными в его глифомах. Включил их эго и стал его потихоньку разогревать. Первым проснулась Элайни. Хлопнув ресницами, она увидела Хамми и потянулась к нему.
— Хамми, миленький, ты живой? — Хамми окунулся в Элайни, поправил, по ходу, несколько десятков тысяч эритроцитов, получил кучу приятных вибраций и, довольный, лизнул её языком. Сергей пока оставался в отключке и Хамми прыснул в него немножко адреналина, слепил кучку поливитаминов и снял сетку с нервных окончаний. Сергей вздрогнул и тоже открыл глаза.
— Элайни! Ты в порядке? — вскинув глаза, озабоченно крикнул Сергей. Дурашка еловая, не знает, что Хамми давно обо всем позаботился. Все, голубки уже целуются. Хамми нырнёт к ним внутрь немножко. Хи…щекотно!
***
— Что там такое? — спросила Элайни, указывая на каменную груду посреди зала.
— Не знаю, — сказал Сергей, — нужно спросить у Хамми.
— Этомо, — сказал Хамми. В отличие от своего отца Хаммипапы, говорить Хамми или не хотел или притворялся.
— Что? – не поняла Элайни?
— ЭТО МО! — громко повторил Хамми для глухих.
— Его, наверно, зовут Мо, — догадался Сергей, — и, как мне кажется, Мо очень похож на отца Хамми. Они, наверное, родственники.
— Родственники, не родственники, а мы так и не попали к тебе домой, — сказала Элайни.
— Да пусть его с этим домом, — махнул рукой Сергей, — честно говоря, Элайни, хорошо, что мы вместе и мне уже не хочется тебя покидать.
— Поздновато ты схватился, — засмеялась Элайни.
— Между прочим, а как ты и Хамми оказались здесь?
— Я не могла одна удержать, и Хамми мне помог, — сказала Элайни.
— И мы попали, черт знает куда, — подытожил Сергей и подошёл к прозрачной стене зала. — Да? И куда же это мы попали?
Здание стояло на возвышении, а вокруг тут и там виднелись разноцветные блюдца болотной воды, которые окружали зелёные заросли хвоща, папоротника, и гигантские деревья, с корнями, уходящими прямо в воду. Кору деревьев покрывала чешуя, как у крокодила. Возвышение оказалось единственным сухим местом в обозримом пространстве, так как дальше все скрывал сплошной туман.
— Ничего себе… — задумчиво произнёс Сергей.
— Что? — спросила Элайни.
— Вот эти деревья в рыбьей чешуе и с зелёной шапкой наверху – это лепидодендроны.
— И что? — недоумевала Элайни.
— У нас, на Земле, такие деревья росли в карбоне, — объяснил Сергей, потом посмотрел на непонимающие глаза Элайни и добавил: — Очень, очень давно 320 миллионов лет назад.
— Ты что, хочешь сказать, что мы на Земле и в далёком, далёком прошлом, — улыбнулась Элайни.
— Я не знаю…, а ты что скажешь, Хамми, — повернулся Сергей к коту. Тот посмотрел на Сергея и изрёк:
— Хамми ищет, куда девался Мо! — и правда, груда камней, именуемая Мо исчезла, даже камешка не осталось.
— Исчез, так исчез – нам какое дело? — спросил Сергей.
— Эта промокашка Мо поставил пароль, — объяснил Хамми, вытянув свою лапу в два роста, и уткнув её в пульт репликатора.
— Мы что, будем искать его по болотам? — спросила Элайни, показывая на свою обувь. Действительно, в таких мокасинах по горам ходить можно, а по болоту долго не походишь.
— Мы будем искать его по болотам, — повторил Хамми, шагая на стенку, которая перед ним ушла вниз. Элайни и Сергей потянулись следом, осторожно вдыхая наружный воздух. Странные аммиачные запахи ударили в ноздри невыносимо резко и, к тому же, стало душно. Сергей попросил Элайни показать, что в сумке и, к счастью, нашёл нож и кожаный ремешок.
— Сейчас смастерю себе что-то вроде дротика, — объяснил Сергей. Сломал ствол дерева, вроде бамбуковой палки, воткнул в полую середину острие в виде острого осколка камня, и все перемотал ремешком. Элайни не теряла времени и на пробу шепнула заклинание. Пучок травы вспыхнул, но, тут же, угас, – все оказалось мокрым.
