— Сейчас смастерю себе что-то вроде дротика, — объяснил Сергей. Сломал ствол дерева, вроде бамбуковой палки, воткнул в полую середину острие в виде острого осколка камня, и все перемотал ремешком. Элайни не теряла времени и на пробу шепнула заклинание. Пучок травы вспыхнул, но, тут же, угас, – все оказалось мокрым.
— Веди, Сусанин, — сказал Сергей, подталкивая Хамми.
— Хамми думает, — ответил Хамми, оставаясь на месте. Элайни хмыкнула.
— Чапаев, — ухмыльнулся Сергей и принялся сооружать из веток, похожих на лозу, болотоходы. Первым делом для Элайни, а потом и себе. Потопали на месте, попробовали.
— Идём вон туда, — сказал «Наполеон», вытянув лапу вперёд. Моква так моква, им ли мокрого бояться. И пионерия двинулась в направлении высокого, голого дерева, с кольцами, как у бамбука, и четырехзубой вершиной. Мимо прошелестело насекомое, величиной с большую птицу.
— Ого, — удивилась Элайни.
— Это обыкновенный таракан, — объяснил Сергей. Элайни знатоку не поверила. Таких больших тараканов не бывает. В воду, с берега, перебирая короткими лапами, соскользнуло длинное, пятнистое, с мордой сома, земноводное.
— Смотри — эогиринус, — довольно доложил знаток.
— Откуда ты всё знаешь? — спросила Элайни.
— Я в детстве ходил в кружок палеонтологии в школе, — сообщил Сергей, отмахиваясь веткой каламита, от огромной, величиной с женскую шляпку, стрекозы. Шагать, опираясь на шесты, трудно, ноги постоянно утопали в травянистой жиже, но, благодаря изобретению Сергея, можно не бояться провалиться сразу. Хамми катился впереди, безошибочно находя ему одному понятный путь, выбирая между мокрым самую сухую мокроту.
Туман постепенно рассеивался, показывая посветлевшее небо. Судя по нему – середина дня. Под ногами постоянно шныряли всевозможные ящерицы, и змееподобные земноводные, большинство которых Сергей не знал. Под ногами звонко лопались полые стебли растений, выделяя на изломе сок.
— Сергей, смотри – солнышко! — воскликнула Элайни, показывая рукой в небо. Сергей взглянул и увидел, как сквозь постепенно исчезающие серые облака на небе просвечивались солнце.
— Не отвлекайтесь, — скомандовал Хамми. Сергей и Элайни переглянулись и засмеялись. На пригорке грелась и наблюдала за ними огромнейшая ящерица, с большим цветным веером на спине из длинных костяных шипов с кожистой перепонкой между ними.
По мере движения становилось суше и прохладней, а солнце постепенно опускалось к горизонту. Окружающие растения быстро менялись, появились странные пальмы с шишками и красивые, пушистые деревья, как ёлки, с заплетёнными прядями зелёных иголок.
Вдруг впереди раздался рык. Хамми ускорил движение, пришлось Сергею и Элайни не отставать. Они выскочили на поляну, всю в папоротнике, где, глядя друг на друга и рыча, стояли две коричнево-зелёные, покрытые светлыми, мелкими пятнами ящерицы, каждая метра четыре длинной. Из открытых пастей торчали ужасные клыки.
— Антеозавр, — сказал Сергей, пряча Элайни за спиной и выставив вперёд свою пику. Между тем, Хамми, в виде кота, спокойно потопал к хищникам, при этом, один из них как-то боком, со всех четырёх, повалился на траву и замер. Второй воровато оглянулся, моментально превратился в чёрную массу, и в мгновение уплыл в кусты.
— Удрал, — коротко сказал Хамми.
— Он что, тебя боится? — спросил Сергей.
— На нем моя сеть, — сказал Хамми и побежал вслед за Мо в кусты. Сергей и Элайни ничего не поняли, но побежали за ним. Но за Мо уже и след простыл. Выскочили на берег болота, в котором торчали из воды штук пять зелёных бегемотов, укрытых бугристым панцирем. Элайни отшатнулась, но Сергей успокоил:
— Не бойся, это парейазавры! Вот только почему они здесь?
— В смысле? — не поняла Элайни.
— По идее, это уже пермский период, а здесь все периоды как-то смешалось.
Парейазавры не обратили на них внимания и спокойно жевали жвачку. Сергей и Элайни последовали дальше за Хамми, через лес, похожий на еловый. По вершинам деревьев дунул сильный ветер, появившись внезапно, и, не прекращаясь, перешёл в ураган, пригибая деревья к самой земле. Спрятаться совсем негде.
— В воду! — крикнул Сергей, удерживая Элайни за руку. Они бросились в ближайший водоём, и ушли по шею под воду, прячась под берегом в корневищах. Появившемуся Хамми проще — он спокойно замер камешком. В небе неслись ветки и стволы деревьев, пыль и захваченные врасплох насекомые. Стволы деревьев, пролетев некоторое время, как стрелы сыпались в воду, застревали на дне и торчали там ёжиком. Сергей такого пекла не наблюдал никогда в жизни. Сыпанул волнами дождь, ударил и вспенил озеро. Тут же, полосой, посыпались молнии, и ужасные раскаты оглушили Сергея и Элайни. Молния ударила в ближайшее дерево, расколола его, и оно с шипением горело.
Все, так же, как и началось, внезапно кончилось. Вдруг Элайни закричала и, как ошпаренная, выскочила из воды. Сергей оглянулся и увидел, как к берегу приближается громаднейшая, зелёная лягушка, скорее похожая на крокодила. Сергей с такой скоростью выскочил из воды, что его сердце чуть не взорвалось от напряжения.
— Что это за чудовище? — спросила дрожащим голосом Элайни.
— Жабоящер, мастадонсаурус, — ответил Сергей.
— Он что, хотел нас съесть? — скривилась Элайни.
— Я думаю, он бы не стал перебирать, — подтвердил Сергей.
— Бр-р-р-р! — вздрогнула Элайни. — Давай отдохнём возле того костра, — она показала на горящее дерево. Они присели и развели свой костёр.
На полузатопленное бревно в озере вылезли две зелёные, с треугольными зубцами на спине, ящерицы с длинными, длинными шеями, обмотались, для надёжности, хвостами за бревно, и сунули змееподобные морды в воду. Через несколько секунд они высунули головы с другой стороны бревна и, тут же, сожрали вытащенных ими из воды небольших рыбок.
— Танистрофреи уже покушали, — автоматически сообщил Сергей и задумчиво добавил, — да и нам не мешало бы подкрепиться.
— Я не буду, есть всякую гадость, — сказала, скривившись Элайни.
— Может нам попробовать поймать рыбу? — спросил Сергей.
— Я попробую, — сказала Элайни, и протянула руки к спасшему их озерку. Минуту она морщила лоб и потом беспомощно опустила руки: — Не могу. Сразу вспоминаю ту мерзкую тварь.
Подкативший к ним Хамми, взглянул на них, подошёл к дереву на берегу озера и молчаливо уселся на хвост. Через минуту из воды выскочили две рыбы и затрепыхались в траве. Рыбу покрывала ромбическая, роговая чешуя, как у крокодила. Поражали необычно большие глаза и не парные плавники. Верхняя часть хвоста оказалась заметно больше.
