— Еще скажи, что тебе не нравится.
— Не скажу…
Глядя мне в глаза, ведет языком от основания по всей длине. Облизывает мой член урча от удовольствия, берет яйца в ладонь и гладит их, перебирает пальцами.
Не закрываю глаза. Мне нравится смотреть как помощница отца отсасывает мне. Красиво, сексуально, жарко. Все тело покалывает и тянет от перевозбуждения. А ей все мало, она дразнит меня, не давая кончить.
— Вань, а сделай мне подарок на прощание, — хитро улыбается.
— Какоооо оу… ой. Что ты ж ты делаешь?! — у меня уже ноги дрожат от такого минета.
— Давай сделаем ляльку, — ошарашивает меня. Дергаюсь, — Тихо ты, — улыбается и опять не дает мне связно мыслить, искусно заглатывая член и сжимая горло.
Понимая, что я на грани. Хватаю ее рукой за волосы, не даю больше отстраниться. Два толчка в этот горячий опытный рот, и я обильно заливаю его спермой, чтобы не выдавал всякую хрень. Глотает. Даю отдышаться. Она продолжает плавно водить языком по еще пульсирующему стояку, не желающему падать.
Мне будет не хватать секса с ней на новом месте, но я не намерен менять своих решений. Здесь отец не даст мне развиваться так, как я хочу. Мне свобода нужна, у него есть еще две дочери, вот пусть их и воспитывает.
— Кравцов, — Вера подтягивается ко мне, целует в губы. — Я серьезно сейчас. Ты все равно уедешь. Мне с мужем…
— Я просил! — рыкнув, больно кусаю ее за губу.
— Вань, послушай, — жарко выдыхает мне в ухо.
Эта женщина никогда не дает мне остыть до конца. Парни говорят, нахер она тебе? Да не одна наша ровесница не умеет так. С ней я только что кончил и уже хочу ещё, даже если физически пока не могу. Ее ногти по-хозяйски царапают чувствительную плоть, а губы знают все эрогенные точки на моем теле.
Она целует меня за ухом, тяжело дыша и дуя в место поцелуя.
— У нас ним не получается, а время идет. Вань, я правда хочу ребенка. Давай будем считать, что я сделала ЭКО и мне попалась сперма одного плохого мальчика, — целует меня в губы. — Вань, не молчи.
Тянусь рукой к тумбочке, беру оттуда косяк, раскуриваю его, задерживаю порцию кайфа в лёгких, закрыв глаза. Резко прижимаюсь к ее губам, она приоткрывает рот. Выдыхаю в него специфический дым.
— Не знаю, как буду здесь без тебя, — забирает у меня косяк, затягивается, возвращает. Ее красивая грудь и чуть расставленные ноги так и манят к ним прикоснуться.
Давлю коленом на ее бедро, накрываю ладонью влажные возбуждённые губы, надавливаю на них, сминаю, раскрываю и зажимаю между двух пальцев клитор.
Отдаю косяк.
Она со стоном затягивается, сильнее раздвигая ноги. Мне нравится ее открытость и уверенность в себе. Меня заводит то, как она отдается мне, как выгибается ее идеальное тело под моими пальцами.
Наш прощальный секс особенно шикарен. Мы позволяем сегодня себе все, что хотим. Пьем вино, курим траву и трахаемся. С оттяжкой, словно издеваясь друг над другом.
Вера для меня никто. Я не любил ее ни одного дня. Но всегда уважал и ценил все, что у нас происходит.
— Вань, — мое имя звучит из ее пошлого рта вместе со стоном. — Кончи в меня, мальчик. А лучше пару раз, чтобы… Ай, черт! Маленький засранец! — реагирует на три пальца в своем влагалище, тут же сжимая их мышцами. — Тебе же нравится без резинки, мой хороший, — запускает длинные пальцы мне в волосы, тянет голову к себе между ног, требуя, чтобы я приласкал ее языком.
Кусаю за бедро, за мягкие блестящие губки.
— Мстишь? — смеется, запрокинув голову и снова затягиваясь.
— Естественно. Дай сюда, — забираю у нее косяк. — Я ещё слишком трезв для таких разговоров.
— Это легко исправить…
— Мне не нужны дети.
— У тебя их не будет, Кравцов. Этот ребёнок будет только моим.
— Нет, — тяну в себя дым. В голове приятно шумит.
Тушу в пепельнице остатки косяка, давлю языком на её клитор. Зажав его зубами, постукиваю по нему кончиком языка, и она красиво кончает. Громко, эффектно, содрогаясь всем телом.
Встаю, ищу в темноте свою одежду.
— Вань, ты куда? — поднимается на локтях. Растрёпанные волосы красиво падают на подушку.
Молчу.
— Кравцов, стой, — сползает с кровати, ловит меня за пояс, прижимается голой грудью к спине и сжимает ладонью член, двигает рукой, обнажая блестящую головку. — Забудь. Не уходи только. Ты всю ночь мне обещал. У нас еще травка, алкоголь и презервативы. Мой мальчик, — мастурбирует мой член. Он уже готов сдаться в плен этой женщине. — Ванька, я знаю, что ты принципиальный. Я умею слышать.
— Тебе придётся постараться, чтобы вернуть мне прежнее настроение.
— Чего ты хочешь? — целует меня в спину, трется об нее сосками.
— Пока не знаю. Давай выпьем и больше ни слова про мужа, — разворачиваюсь, хватаю ее пальцами за щеки и впиваюсь в губы.
— Ревнивый, — сладко стонет она.
— Даже не думал, — морщусь.
Подхватив ее за талию, кидаю на кровать и наливаю два полных бокала самого дорого красного вина, что мне удалось найти в ближайшем магазине по дороге сюда…
Сейчас…
Мы много пили тогда и раскурили еще один косяк на двоих. Это была реально ночь без тормозов, но чтобы избежать ее пьяной попытки залететь, я забил на собственный комфорт и использовал презервативы… вроде.
Черт!
Виски начинает сдавливать от резкой головной боли. Да нет, точно использовал. Не мог я так подставиться, но решать эту проблему надо быстро в любом случае.
Поцеловав свою сопящую женщину, решаю выйти проветриться. Спать все равно не получается.
