тебя избавиться.
— Ты — Сказитель, так? — В голосе Стефана не было страха, лишь боль. Одно дело предполагать, а совсем другое — когда твои догадки подтверждаются.
— Да, это я, — кивнул Эрик. — Кстати, если ты вдруг записываешь все на диктофон или нас сейчас слушает полиция, то тебе это не поможет. И ей тоже, — Эрик кивнул в сторону Марго. — Я вполне успею перерезать вам обоим глотки, уж поверь, я ловко это делаю.
— Что с тобой случилось? — пробормотал Стефан, глядя на Эрика и не видя в этом чужом человеке своего улыбчивого и доброго друга. Он даже подумал, что зря не обратился в полицию, но тогда он надеялся, что Эрик не убийца. Теперь же Стефан в полной мере осознал — его друг был выдумкой, ловкой игрой бесчувственного психопата.
Эрик усмехнулся, ткнул пальцем себя в грудь и произнес:
— Со мной? Ничего. Я всегда был таким. А вот того Эрика, что ты знаешь, мне пришлось старательно изображать. Хорошо получилось, правда? Надо было мне идти в театральный, а не в художку. А ведь я изначально так и хотел, но мой чертов папочка запихнул меня в свою художественную школу. Ведь это благодаря ему я теперь создаю такие прекрасные произведения искусства. Кстати, что тебе больше понравилось? Лично мне больше по душе Русалочка. Я вложил в ее все свои силы и свою душу, если, конечно, она у меня есть. Даже снял перед ней маску, прежде чем убить. Слишком к ней привязался. Как и к этой… — Он взглянул на Марго.
Девушка, которая до этого момента сидела тихо, поймала взгляд Эрика и завыла. Стефан коснулся ее ладони и успокаивающе погладил.
— Не трогай мою женщину! — рявкнул Эрик. Кинувшись к Стефану, он оттолкнул его от Марго с такой силой, что юноша отлетел на мольберт и упал на пол вместе с ним.
Марго завыла еще громче.
— Шшш, — прошипел Эрик, тщетно успокаивая ее. — Скоро все закончится. Подожди немного, я убью Стефана и вернусь к тебе. Ты — самая красивая из всех девушек, что я видел. Ты — моя Белль, а я — твое чудовище. Ты станешь моим лучшим творением!
Морщась от боли в плече и ноге, Стефан поднялся и, улучив момент, когда Эрик восхищенно смотрел на Марго, кинулся на него и сбил с ног. Оба покатились по полу, крепко вцепившись друг в друга.
— Отстань от меня! — завопил Эрик и ногой оттолкнул Стефана в сторону.
Удар пришелся на левый бок, от боли в котором у Стефана на глазах выступили слезы, однако он смог взять себя в руки и быстро подняться. Эрик тоже не заставил себя ждать. Усмехнувшись, он провел рукой по растрепанным волосам.
— Ты что, хочешь убить своего друга? — издевательским тоном произнес он.
Стефан хотел было ему ответить, как вдруг заметил, как у приоткрытой двери мелькнула тень.
«Эмили», — пронеслось в голове Стефана. — «Не дождалась».
В руках Эрика блеснул складной нож, и внимание Стефана полностью сосредоточилось на противнике. Эрик сделал шаг вперед, и юноша приготовился отразить удар, как вдруг Эмили возникла прямо за спиной Эрика. Вырвав из его руки нож, она быстрым и точным движением вонзила его в шею Эрика и произнесла:
— До встречи в аду.
Глаза Эрика расширились, рот уродливо искривился. Из раны на шее хлынула кровь. Он схватился за нее и, хрипя, осел на пол. Тело еще несколько раз дернулось и замерло. Стефан, пораженный случившимся, долго смотрел на мертвого друга. Затем медленно поднял взгляд на Эмили и пробормотал:
— Зачем?..
— Так надо, милый. — Она грустно улыбнулась и, откинув в сторону окровавленный нож, шагнула к Стефану и крепко обняла его. — Прости меня, пожалуйста. И живи долго и счастливо.
— Что? Почему… — Стефан не успел договорить, потому что в мастерской вдруг оказались Тэ с Джен и двое высших.
— Мадам Бошен! — воскликнула девушка, кинувшись к Эмили, но замерла при виде тела Эрика. — О, боже!
— Ты убила человека, — холодно произнес Страх.
Эмили отстранилась от Стефана, взглянула на высшего и кивнула.
— Зачем? Ты хочешь в небытие? Хочешь исчезнуть навсегда? — воскликнула Совесть.
— Так надо. Это единственный способ, чтобы Стефан мог жить дальше.
— Мадам Боше-е-ен, — заныла Джен.
— Неужели нет другого способа? — На Тэ не было лица.
— Кто рассказал тебе об этом? Фламель? — сдержанный тон Страха дрогнул. — Это не подходящий вариант! Ты не должна была так делать!
От их голосов, перебивающих друг друга, у Стефана заболела голова. В данный момент он почти ничего не понимал, кроме того лишь, что Эмили убила Эрика и теперь ей грозит какое-то небытие.
— Замолчите все! — неожиданно громко рявкнул Стефан. — Пусть кто-то один объяснит мне, почему Эмили должна исчезнуть! И, пожалуйста, уведите отсюда бедную девушку.
Все послушно затихли и посмотрели в сторону, куда указывал Стефан.
Марго с закрытыми глазами лежала на полу и, по всей видимости, была без сознания. Джен кинулась к девушке, проверила ее пульс и дыхание. К ней подошел Тэ и осторожно взял Марго на руки.
— Мы доставим ее в больницу, — сказал он Стефану и после этих слов они с Джен и Марго исчезли.
Совесть накрыла ладонью лицо и громко вздохнула.
— Эмили исчезнет, потому что… — начал было Страх, но его прервал новый женский голос.
— …убила человека, а жнецам смерти это делать строго запрещено. — Из тени вышла молодая и очень красивая женщина в черном платье. Ее длинные черные волосы сливались с тканью платья, и определить их длину было крайне сложно.
— Лючия, — выдохнула Эмили.
— Давно не виделись, — улыбнулась женщина. — Не при таких обстоятельствах я ждала нашей встречи, надеялась. — На лице Лючии отразилось сожаление.
— Что поделать, — развела руками Эмили. — Таков мой выбор.
Лючия взглянула на Стефана и снисходительно улыбнулась.
— Жертвенная любовь грустная, но прекрасная.
С нехорошим предчувствием Стефан потянулся к ладони Эмили и крепко сжал ее. Женщина не взглянула на него, но в ответ тоже сжала его ладонь.
Лючия перевела взгляд на тело Эрика и хмыкнула.
— В третий раз на те же грабли.
— В третий? — удивилась Эмили.
Лючия кивнула. Подошла к телу Эрика и провела рукой вдоль его лица, не касаясь его. Слабое черное свечение вышло из груди Эрика, зависло в воздухе на несколько секунд и исчезло.
— Этой душе было дано два шанса, она дважды искупила свою вину, но убивать так и не перестала. Она неисправима и три жизни для нее — это даже слишком много. Больше она никого не потревожит. — Лючия повернулась к Эмили и произнесла: — Ты тоже последуешь за ней. Готова?
