Если вечер и был хорош, я этого не оценила.
— Милорд, простите, а вы бы не могли…
Милорд мог. Секунда, две — и мы уже рядом с общежитием.
А могли бы еще идти неторопливо, разговаривать…
Настроение не то.
Я и на ужин не пошла: сказала подругам, что голова болит, и попросила до утра меня не кантовать. Накапала себе рекомендованных мисс Милс капель, для верности вдвое увеличив дозу, и завалилась в постель.
Капли не подвели. Ибо снились мне, вопреки ожиданиям, не запудренные фиалки, реки крови, уморенные младенцы и книги из человеческой кожи.
Снилась мне процветающая фирма портальных грузоперевозок «Райхон и Грин».
По деревянному настилу отправной площадки бродил, утопив руки в широких карманах грязной робы, Оливер Райхон, качал обритой наголо головой и ругал сквозь зубы заказчиков, проплативших доставку негабаритного груза.
В углу площадки сидел на скрипучем стуле обряженный в серую хламиду Эдвард Грин. Курил трубку, задумчиво чесал длинную седую бороду, сверлил взглядом тот самый негабаритный груз — накрытое брезентом бесформенное нечто — и шептал удрученно: «Ты не пройдешь».
Вокруг Грина прыгала Белинда Лемон в коротеньком платьице и с огромным бантом на голове. Ловила пускаемые им колечки дыма и пыталась надеть себе на палец.
Под брезентом что-то шевелилось.
Где-то, не умолкая, звонил телефон.
А вокруг площадки клубился густой сизый туман.
«Вы должны это записать, мисс Аштон», — строго сказала мне, появившись из тумана, профессор Милс.
«Ага. А как же! — сказала ей я. — А вдруг оно сбудется?»
«Ну и пусть сбывается, — разрешил туман голосом инспектора Крейга. — Что плохого? Все живы, все здоровы, все счастливы»…
Проснулась я в прекрасном настроении и еще несколько часов после подхихикивала, что правда, немного нервно, вспоминая то бритоголового ректора, то бородатого доктора. Когда этот самый доктор после обхода зашел к леди Райс, боялась, что со мной приключится натуральная истерика, но, к счастью обошлось.
— С вами все в порядке, Бет? — поинтересовался он, спровадив наставницу из кабинета за какими-то выписками.
— Угу, — промычала я, изо всех сил стараясь задавить неуместную улыбку.
— Хм… А со мной? — мужчина пригладил волосы и немного обеспокоенно поглядел на свое отражение в темном стекле, закрывавшем полочки с готовыми снадобьями. — Вы так смотрите, словно у меня рога выросли.
— Борода, — хмыкнула я. — В смысле, думаю, пошла бы вам борода.
Грину, очевидно, тоже снилось что-то приятное, и вместо того, чтобы озаботиться моим психическим здоровьем, целитель еще пристальнее всмотрелся в стекло. Почесал гладко выбритый подбородок.
— Нет, вряд ли, — проговорил с толикой сомнения. — Но можно будет попробовать… во время отпуска…
В случае нашего доктора слова «во время отпуска» соответствовали расхожему «когда рак на горе свистнет». Но я тоже решила, что лишняя растительность на лице его не слишком украсит, и с этим экспериментом можно не торопиться.
— А трубка? — задалась новым вопросом. — Вы ведь не курите? А курили когда-нибудь?
— Курение вредит здоровью, — выдал он нравоучительно.
— А, ну да…
— Десять лет.
— Что?
— Курил около десяти лет, — с непонятной жесткой усмешкой пояснил Грин. — Там, где я жил до академии это считалось своеобразным признаком взрослости. Тут были уже иные мерила, но бросить удалось только к пятому курсу.
— Ясно, — кивнула я. Неожиданная откровенность, но полагаю, это была еще одна из тех историй, которые «не секрет» ни для кого, кроме меня.
Студентам-пятикурсникам обычно от двадцати одного до двадцати трех, в зависимости от того, в каком возрасте они были приняты в академию. Минус десять лет… Интересно, где это так взрослость демонстрируют?
— Миллардский воспитательный дом для одаренных, — тут же удовлетворил мое любопытство доктор.
— Ясно, — повторила я. Поняла, что целитель ждет какой-то реакции, и пожала плечами: — Рога у вас по-прежнему не выросли.
Хотя непонятно, чего он на самом деле ждал. То ли леди Элизабет Аштон, узнав «тайну происхождения» визави, должна была высокомерно сморщить носик. То ли перевоплотиться в копию одной знакомой рыжеволосой девицы и восторженно захлопать глазками. Специализированные воспитательные дома принимали детей из приютов, когда у этих детей обнаруживался магический дар. Там они получали начальное образование и учились управлять способностями, по большей мере — сдерживать случайные всплески силы. После их, как правило, ждала профильная школа и трудоустройство по распределению. В высшие учебные заведения попадали единицы. Стипендию в королевской академии мог получить только очень одаренный и не менее упорный ученик. А учитывая то, что после окончания учебы он всего лишь за каких-то двадцать лет стал ведущим врачом и заведующим лечебницей при этой самой академии… Да, пожалуй, второй вариант уместнее. Но гениальность Грина — факт общеизвестный, и я не видела смысла бурно реагировать на каждое его новое подтверждение.
Да и не успела бы: вернулась леди Пенелопа, принесла заведующему нужные выписки и результаты анализов для уточнения чьего-то спорного диагноза, после чего они недолго посовещались, диагноз единогласно подтвердили, и Грин, невосхваленный, отбыл к себе. С его уходом пропало и навеянное веселеньким сном беззаботное настроение.
Глава 10
Судьба решила дать мне передышку, и следующие два дня прошли относительно хорошо. Для полного счастья не хватало только единорога, но Грин не звал, а сама я не напрашивалась. Хватало других дел и других приятностей.
Джереми Адамс пришел в себя. Он все еще находился под действием лекарств и восстанавливающих заклинаний и большую часть времени спал, но это был уже именно сон, а не болезненное забытье, и Оливер наконец-то полностью уверовал, что жизни его племянника ничто не угрожает.
С самим милордом Райхоном в эти дни мы виделись только мельком, в лечебнице. Ректор был занят подготовкой к праздникам, а я… ну, собственно, тоже.
С момента получения приглашения у меня было достаточно времени, чтобы пошить новое платье и заказать к нему подходящую обувь, шляпку и даже плащ или легкое пальтишко, теперь же я успевала купить лишь шляпку и перчатки. Зато к их выбору подошла со всей ответственностью и без помощи подруг, конечно, не справилась бы. В результате наших совместных усилий мой гардероб пополнился модными аксессуарами, а мы с девочками весело провели время, оббегая магазинчики, а попутно и кафешки академгородка.
