— Делай сотню.
— Что? Сотню? Сам?
— Да. Сейчас я пока не могу тебе ничем помочь. Как у Демидова линию полностью развернем — займемся твоим вопросом. А пока — сотню сделаем и проведем широкие испытания. Если все славно выйдет — может под них особо завод поставим.
— Но у нас же совершенно не на что не хватает рабочих.
— Мне тут птичка в клювике принесла новость одну. Возможно, скоро появятся.
Джеймс прямо просиял от таких слов.
— И да…
— Слушаю. — поджался оружейник вперед.
— Попробуй подумать над оптимизацией технологии производства.
— Алексей Петрович, но как? У меня же даже станков нормальных нет. На чем пробовать?
— А литье. Ты его пробовал?
— Литье?
— Езжай к Демидову на опытное производство. Он тебе покажет, что мы придумали с литьем затворного блока новой винтовки. Скажи, что я велел. Хотя… я тебе завтра письмо пришлю, чтобы кривотолков не было. Вот. Посмотри. Подумай. Может рамку и барабан получится отливать, чтобы уменьшить их механическую обработку. Тем способом. Под давлением.
— Но их же отливают из бронзы… — несколько растерялся Джеймс.
— Каморы у тебя все равно сменные и мягкого железа. Так что — можно и так попробовать… посмотреть. Но ты поэкспериментируй с тигельным литьем. По той же схеме. Детали не такие уж и крупные. Думаю, что массивная чугунная форма выдержит такое испытание. Даже хорошо прогретая. Главное подобрать покрытие.
— Я попробую… — растерянно произнес Джеймс.
— Ты попробуй. Я о том Никите особо напишу, чтобы он выделил все потребные мощности опытного производства под эти опыты. Он там все равно сейчас ничем серьезным не загружен. А выпуску твоих револьверов это не должно помешать…
После чего царевич же поблагодарил за службу, попрощался и вышел от него. В сложных чувствах. Ему нравилось это оружие. Хотя он и понимал, что это тупиковая ветвь. Но какой же харизматичный получился карабин. Надо бы для лейб-кирасир его изготовить с откидным барабаном под унитарные патроны, хотя с этим пока можно подождать. Им и таки — за радость. И не только им.
Ну и да… еще что-то однозарядное. Тут Джеймс был полностью прав. Унитарный патрон при всей его пользе вряд ли мог в ближайшие десятилетия сделать погоду на мировом рынке оружия. А Россия там доминировала и было бы глупо терять эти позиции. Да и даже для вооружения армии в удаленных регионах большой вопрос, что выглядело бы лучше. Особенно в крепостях.
Только что делать?
Доводить затвор Фергюсона? С нарезкой уж больно много мороки. Точной. Надо, видимо, пойти другим путем и полистать на свежую голову, что они там за идеи набрасывали во время мозговых штурмов. Да и вообще — возобновить их. Очень уж хорошо они себя зарекомендовали…
Часть 2
Глава 8
1712, октябрь, 2. Подмосковье (полигон) — Москва
— Пали! — скомандовал командир орудия и боец поднес пальник к затравочному отверстию. Вспышка затравочного пороха. Легкое шипение едва секунду. И выстрел.
Несколько секунд спустя в районе цели поднялся фонтанчик земли.
Несильный. Так — чуть грунт взрыло по касательной. Потом еще, но сильно меньше.
Осечка.
— Бань!
И расчет бросился обслуживать орудие, готовя его к новому выстрелу.
— Один из десяти выходит не срабатывает[1]. — покачал головой царевич, наблюдая за результатами стрельб.
— Да. Примерно так выходит. Но мы и ожидали такое количество осечек.
— Ожидали? — удивился царевич.
— Угол атаки слишком острый. Не всегда снаряд упирается в землю нужным образом. Иной раз вот как сейчас — вскользь идет.
— Ты уверен?
— Да. Сейчас покажу, — произнес он и отдал ряд указаний.
3,5-дюймовую нарезную пушку вывели в пятнадцать градусов. Максимальное для нее возвышение. И произвели десяток выстрелов.
Чисто.
Еще десяток.
Чисто.
На третьем десятке случилась осечка.
— Обычно одна на полсотни или одна на сотню. Тут как повезет.
— Интересно. — медленно произнес царевич. — Как объяснишь? — спросил он у инженера, который отвечал за разработку снарядов.
— Взрыватель работает на принципе инерции и срабатывает при резком замедлении. Но…
— Я знаю как он устроен. — перебил его царевич, который, по сути его и «разработал», с помощью наводящих вопросов подсказав конструкцию собеседнику.
— С этим взрывателем ничего не сделать, — развел он руками. — Нужен другой. Более сложный. Это если кратко.
— Действительно, кратко… — хмуро произнес царевич.
Главным преимуществом этого взрывателя являлось то, что его можно было изготавливать буквально на коленке. Чугунная трубка, в которую притирался чугунный же «грузик» с двумя боковыми пазами для прохода огня. Небольшое отверстие с предохранительной проволочкой. Ну и капсюль, который ставился на усилитель из запрессованного пороха под слоем бумаги.
Все просто. Кондово. Примитивно. Дешево.
Станочной обработки практически не требовало. Разве что нарезки посадочной резьбы. Одной. В условиях вероятной войны такая простота и доступность дорогого стоила. И отказываться от нее совершенно не хотелось.
Видя этот напряженный мыслительный процесс Лев Кириллович заметил:
— Если стрелять на большие дистанции, то надежность вполне приемлемая.
— Из-за траектории, — дополнил его инженер. — Чем ближе она к девяноста градусам, тем стабильнее подрыв.
Царевич внимательно посмотрел на этих двух товарищей. Каким-то пустым взглядом, ибо мысли его находились очень далеко. Словно не слышал их.
— Траектория… траектория… — крутилось у него в голове что-то навязчивое и очевидное…
Кованные, железные 3,5-дюймовые пушки завод Льва Кирилловича уже приноровился выпускать. Быстро и ловко. Они выходили вдвое дешевле бронзовых и показывали втрое большую живучесть при том же весе.
Сказка!
Настоящая находка.
Все пехотные полки были ими уже перевооружены. И теперь бодро шла замена ранее отлитых чугунных образцов на нормальные. По крепостям. Не так, чтобы это было сильно нужно, но таким образом Алексей хотел создать определенный запас орудий на случай тяжелых поражений. Забрал с гарнизонов. Оснастил станками. И готово.
Еще кое-что направлялось на армейские склады, чтобы иметь оперативный резерв. И теперь еще на экспорт их делал.
Мощности завода справлялись вполне уверенно с поставленными перед ними задачами. Вся линия выпуска 3,5-дюймвых гладкоствольных орудий была оснащена паровым приводом и самым современным оборудованием. Так что в спокойном режиме могла выпускать где-то по триста — триста пятьдесят «стволов» в год. А если аврально, то и все семьсот.
Более того имелись возможности нарастить выпуск через линейное расширение. Все цеха в этом конвейере, имели возможности утроить установленное там оборудование. Со всеми вытекающими последствиями.
Алексей перестраховывался.
Ну и заодно готовился к выходу на мировой артиллерийский рынок. Ведь его пушки получались лучше лучших бронзовых и дешевле. А главное — однотипные, стандартные и он их мог бы поставить при необходимости много.
Кто такой козырь мог бы перебить?
Например, заказ на вооружение армии союзников из конфедерации маратхов уже обсуждался. А там речь шла о пяти сотнях стволов. Персы тоже очень интересовались, но пока занимались организацией артиллерии. Аббасу было не до того из-за постоянных походов. Джунгары интересовались, Аютия и даже, о чудо, Ямато. Которые таки пошли на контакт…
И то ли еще будет.
Да, пока эти цеха не расширялись. Их мощностей хватало. Но аппетиты то были невероятные!
