После чего беспрепятственно покинул парк.
На подготовку ушло минут десять, из которых половину времени он успокаивал Соню. Бледная кожа и чернота вокруг глаз её изрядно напугали. И рассказ о том, что это лишь действие артефакта девушку совершенно не успокаивал, скорее наоборот. В остальном сборы не заняли много времени. Наученный горьким опытом, Като держал дома «джентльменский набор». Самый минимум, одежда, оружие и самое необходимое, что может потребоваться для ночной вылазки.
— Всё будет хорошо, — поцеловав девушку пообещал он. — Главное — верь в меня. Практика показывает, что живым выхожу из разборок именно я.
— Не успокоил, — вздохнула Соня. — Одной случайной пули достаточно, чтобы… Чтобы всё кончилось.
Като обнял одарённую и прижал к себе крепче.
— Мне есть куда возвращаться, Соня. К кому. Поэтому никто и ничто не сможет меня остановить. Ведь я уверен, что меня здесь ждут.
— Да, ждут, — кивнула Соня, пряча лицо в груди парня. — Ждут. Иди, пока я не передумала.
Куда идти он знал. Синий вместе с иллюзиями вложил ему ориентиры. Погружающийся в ночь город был пуст. Пусть война пока существовала только на словах, боевые столкновения ещё не начались, но слишком многие уже покинули город в составе войск. Обходить патрули не составляло труда, они не были слишком усердны. Като приближался к цели, зная, что найдёт всех четверых на месте. Зная, что они ждут сообщения об удачном или неудачном покушении. Что же, он лично появится на доклад.
Толкнув ворота калитки, Като выбросил все посторонние мысли. Всё потом. Все рефлексии после. Сейчас он — оружие. Пуля, летящая в цель. Исполнитель приговора.
Палач.
Двери особняка были закрыты, но не охранялись, что логично. Какая охрана? От кого? Зачем?
Поток пламени, превращённый в резак, выжигает замок за секунды. Толчок двери и Като ходит в старый особняк.
В прихожую выходит мужчина. Возраст под пятьдесят, морщинистый, седой. Дворецкий? Он удивлён, взгляд блуждает по закрывающей лицо Като маске. Мгновения, за которые Като готовит заклинание, мужчина ищет логическое объяснение неожиданному вторжению. И, возможно, даже находит, но задать вопрос не успевает. Росчерк молнии вгрызается ему в горло, тут же отделяя голову от туловища.
Като знает, как устроен особняк. Знает, в какой комнате собрались те, кого он ищет. Жертвы. Приговорённые к казни.
Но он не тень, неосязаемая и незаметная. Он паровой каток, лавина, скользящая по склону горы.
Он идёт через столовую на кухню. Несколько слуг, ещё не понимая, что происходит, пытаются встать на пути. Первым оказывается мужчина. Он что-то говорит, но это не имеет смысла.
Коготь вскрывает его горло, брызгает кровь. Слуги, обычные люди, неодарённые, бросаются бежать. Один остаётся, силится собрать заклинание. Огненная стрела врезается в лицо молодого парня, кожа вспухает волдырями ожогов. Коготь входит в грудь между рёбер, как крюк. Като тянет рукоять вверх и толкает свою жертву перед собой, прикрываясь им, как щитом.
Потому что забежавшая в столовую девушка выпустила заклинание сразу. Пучок света врезался в спину продолжавшегося кричать от боли слуги, обрывая его жизнь. Като отбросил тело. Его и одарённую разделял десяток метров. Он выхватил пистолет и выстрелил, в живот, сразу убрав оружие. Этого было достаточно, девушка схватилась за рану, потеряв способность сопротивляться. Проходя мимо, палач небрежно резанул когтем по её тонкой шее.
Кухня уже опустела. Его встречали в коридоре сразу за ней. Замирающий ветер принял несколько атакующих заклинаний даже не поколебавшись. Ответный воздушный серп срезал ближайшего противника, рассёк наискосок от плеча до бедра. Ещё несколько заклинаний бессильно ударились о щит. Грохнул выстрел, но и винтовочная пуля лишь срикошетила от стены. Пущенные веером огненные стрелы заставили всех противников сразу перейти в защиту. Пара огненных шаров, отправившихся следом, заполнила пламенем весь зал, раздались крики агонии. Като шёл дальше. Порыв ветра разогнал пламя, но противник оказался слишком близко. Выстрел из второго пистолета оборвал его жизнь. Осталось ещё два выстрела. Второй выживший, закрывающийся щитом, готовил какую-то атаку. Наивно. Водяная плеть скользнула под пол, змеёй прошла под полотном, вырвавшись обратно под ногами неудачника. За секунду она обвила Боярского, как удав. Рывок, хруст костей, щит исчезает, безвольное тело падает на пол.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Опасность сзади, сразу пяток выстрелов от слуг, успевших сбегать за огнестрелом, немного озадачили Като. И ни одного попадания. Секундное замешательство, пока Като раздумывает, не зарезать ли этих идиотов ножом, ведь перезарядиться они точно не успеют. Нет. В ладони Като вспыхивает пламя, улетая огненными стрелами. Они устремлены не в лица слуг, а в небольшие мешочки с порохом, что висят на их ремнях. Палач отворачивается, не глядя, как с приглушёнными хлопками вспыхивает пять тел.
Вот и кабинет. Его цель. Кульминация его пути.
Он не успевает открыть дверь, лишь тянет ладонь к ручке, когда изнутри прилетает молния. Слишком рано, секундой позже она могла бы его достать, а сейчас пролетает мимо. Огненный смерч летит в ответ, пробивая дверь вместе с частью стены, разрываясь пламенем внутри кабинета.
Что-то тёмное, дымчатое, врезается в разрастающаяся пламя. Огонь сжимается, съёживается, исчезая за несколько секунд, но Като уже внутри, закрывается щитом от новой атаки Лока. Какая-то воздушная волна пересекает кабинет, подбрасывая в воздух бумаги и мелкие вещи, бессильно разбивается об волнолом осадного щита.
Боярская бросается к другому выходу. Выстрел бросает её на пол. С дистанции в два десятка метров не убьёт. Нет, её, всех их убьёт коготь и никак иначе.
От Лока приходит новое заклинание. Нечто сложное. Кабинет или даже всё здание содрогается. Като испытывает боль, будто он упал плашмя в воду метров с тридцати. Неприятно, но не способно остановить его сразу. Осадный щит падает, удар молнии улетает в Лока, заставляя защищаться. Харон, не дожидаясь атаки, прячется за массивный стол. Минакуро собирает что-то, плетёт, но слишком долго.
Огненный шар улетает к целителю, спасает старика чёрная дымка странной защиты.
Позади шум.
Усилие воли, магия земли, и каменная перегородка перекрывает вход в кабинет.
Осадный щит снова закрывает Като спереди, но на дистанции от одержимого, позволяя сделать пару шагов вперёд, приблизиться к противникам. Они ждут обмена заклинаниями, противостояния магии, соревнования в хитрости и изощрённости.
Но всё будет иначе.
Щит исчезает и Като бросается вперёд. Лок реагирует сразу, воздушная волна хлёстко бьёт в грудь одержимого. Рана закрывается сразу, даже кровь не успевает выступить. Ответная молния бьёт в плечо Лока. Боль сбивает заклинание, нацеленное на голову.
Минакуро заканчивает своё сложное плетение. По телу Като прокатывается дрожь, внутренности будто начинают сходить с ума, но и этого недостаточно. Магия Белого Змея исправляет повреждения раньше, чем они успевают набрать опасную критическую массу. Като добегает до целителя, прыгает на него, и уже вдвоём они падают на пол. Старик этого не ожидал, он никогда не был хорошим бойцом. Удар когтя, затем второй, третий. Старый целитель не умрёт сразу. Он протянет столько, сколько потребуется, чтобы стать жертвой вместе с остальными.
Земляная преграда падает под напором мёртвых рук. В кабинет врываются живые мертвецы, марионетки, ведомые некромантом.
Като выбирает следующую цель. Водяные плети бегут по полу, стремясь найти труповода. Огненный шар улетает в мертвецов, чтобы замедлить и сбить слаженную атаку. Локу пока не до боя, слишком опасная рана в плече.
Взрывается огненный шар.
Первая плеть находит Харона, но какое-то странное заклинание обрывает её. Однако вторая тут же дёргает его за ногу, дёргает и волочит по полу, ударяя обо всю встреченную мебель.
Лок встаёт, преодолевая боль в разорванном и подпалённом плече, начинает создавать заклинание. Выстрел последнего пистолета отправляет его ещё полежать и подумать о вечном.
