посочувствовал ему лисёнок, но ягнёнок помотал головой.
– Вовсе нет. Я охочусь на травқу и на вот эти красивые синенькие цветочки, а они вовсе не прячутся от меня.
– Вот эти? - недоверчиво спросил лисёнок, ткнув мордочкой в россыпь первоцветов.
– Да. Они сладкие. И Маленькая хозяйка говорит, что если есть их,то моя шерстка будет ещё больше кудрявиться и блестеть.
– Правда? – лисёнок недоверчиво принюхался к головкам первоцветов и даже лизнул один кончиком языка. На вкус обыкновенная трава. Мама-лиса учила его добывать точно такую же травку из-под снега в случае, когда не удастся поймать чего-нибудь более существенное. Он сорвал зубами один цветок и разжевал его, зажмурив глаза и старательно представляя себе, что его вкус вот-вот превратится в сладкий, как тот самый мёд. Такой тягучий, густой и липкий, но невероятно вкусный мёд, который ему однажды достался на месте, где дядюшка медведь пировал.
– Ну, как? - поинтересовался ягнёнок, с интересом наблюдая за мордочкой друга, пока тот ел.
– Ну, сойдёт. Но мёд слаще, - поделился тот впечатлением и поднял голову, навострив ушки.
– Что там? – спросил ягнёнок, не заметив никакой опасности.
– Кто-то идёт. И звенит. Совсем как ты, – сказал лисёнок и нырнул под холм, где можно было спрятаться в корнях огромной сосны. – Скорее! Сюда! – позвал он друга, насторожено принюхиваясь к запахам приближавшегося незнакомца. - Кто-то идёт к нам!
Ягнёнок послушно нырнул в маленькую ямку под корнями и прильнул к рыжему боку лисёнка. Бояться вместе вовсе не так страшно. А, поскольку он не знал ещё, чем мог быть опасен для овечки тёмный лес даже по весне, то испуг быстро прошёл, уступив любопытству.
Две мордочки, рыжая и белая, высунулись из-под корней старой сосны, вглядываясь в заросли кустов. Мелодичный перезвон не прекращался,и вскоре у холма появилась овечка, спешившая по какому-то важному и страшно интересному делу – вон как она принюхивалась, то к следам на земле,то к траве, примятой после недавнего пиршества двух друзей.
– Ой, это же Аркаша! – обрадовался ягнёнок и засучил копытцами, пытаясь выбраться наружу.
Вглядевшись, лисёнок и сам узнал недавнюю знакомую, старшую сестру ягнёнка, овечку по имени Аркаша. Он подпихнул своего приятеля носом, чтобы помочь выбраться наверх, а потом и сам проворно выскочил из укрытия. В три прыжка он оказался возле овечки и с любопытством принялся обнюхивать её. Сколько же новых запахов! И молодая травка, и те самые синеголовые цветы, и душистые первые листочки с кустов,и тот самый тёплый и сладковатый запах молока.
– О, и ты здесь! – удивилась Аркаша. - Вот уж не думала, что ты тоже потеряешься. Да еще и в компании с Цуёши.
Она весело встряхнула головой,так что длинные белые уши взметнулись вверх над её головой.
– Цуёши? – лисёнок удивился в свою очередь и посмотрел на друга. – А разве ты не ягнёнок?
– Да, - пояснил тот, пощипывая травку. – Но мне дали имя. Маленькая хозяйка назвала меня Цуёши. Она сказала, что у каждого должно быть своё имя.
– И колокольчик, – деловито подсказала Аркаша. - Чтобы не потерятьcя. А разве у тебя нет имени?
– Но, у меня же, – лисёнок подумал, сосредоточенно обнюхивая молодую травку, прежде чем сорвать очередную порцию и съесть за компанию со всеми. – У меня только мама-лиса. А для неё я лисёнок.
– Хм... Нужен человек. Хозяин или хозяйка. Или Маленькая хозяйка, чтобы имя получить, - объяснила Аркаша после короткого раздумья.
Со стороны дороги послышалось сосредоточенное дыхание и характерный звук принюхивающегося к следам носа. Большого носа!
– Здесь охотник! – предупредил лисёнок овечек, которые ничего не подозревая, как ни в чём не бывало, пощипывали травку на согретoм солнышком пригорке.
– А что, охотник? - подняла голову Аркаша, но, видя, как насторожился их рыжий друг, перестала жевать. – Ой, пора нам с Цуёши. Как бы нас не хватились. Пойдём.
– А куда вы? Я с вами! – лисёнoқ побежал вперёд, ведя друзей по тропинке, скрытой в зарослях кустарника под завалом из сухих веточек и прошлогодней листвы. Он знал короткий путь к тому полю, которое отделяло лес от жилья человека.
Бежать пришлось недолго и, хотя, лисёнок и опасался, что перезвон колокольчиков его друзей привлечёт к ним опасное внимание, ничего страшного не случилось. Вскоре они оказались на том самом месте, откуда он сам частенько поглядывал в сторону хутора.
– А вот и мама! – крикнул обрадованный ягнёнок и вышел из кустарника. – Смотрите, вон же они, вся наша отара! Они всё еще обедают.
Аркаша вышла вслед за братом, и лисёнок подался за ними, недоверчиво пригибаясь вниз и прислушиваясь к шорохам травы и прутиков, которые весёлый ветерок носил туда-сюда по полю.
Мама говорила ему строго настрого, чтобы ни лапой, ни на шаг к человеческому жилью не бегал.
«Один», - подсказал проказливый голос внутри. «Ну да», – согласился лисёнок. - «Один ни за что. А с друзьями ведь можно».
И он смело выступил вперёд, показавшись на залитом солнечным светом пятачке проталины, уже покрытой ковром из молодой зелени.
– Αга! Гав-гав! Вот вы где! Попались!
Все трое в испуге сбились в кучу, образовав белоснежно-рыжий шарик. Аркаша наклонила голову и предостерегающе проблеяла. Хоть у неё и не было рожек, это oбстоятельство не останавливало её, если требовалось заступиться за младших.
– Гав! Я за вами через весь лес бегал! – пролаял большой чёрно-белый пёс, выскочив из кустов. – И кто это тут с вами? - он принюхался. – Быть не может! А я-то думал, что же это следы такие путаные и пахнет и овцой, и хищником одновременно. Лис!
Он подскочил к друзьям, оскалив зубы,и приготовился к прыжку, нацеливаясь вцепиться в рыжий комочек,
