Лотар присмотрелся к нему. Монах был высок, умен и великолепно тренирован бесчисленными медитациями, но он не был воином и не сразу понял, что хитрость тут сложнее простого колдовства, – ближайшие фантомы не могут быть реальным противником, ведь тогда случайный выстрел наугад может поразить настоящее «Летящее Облако» , а искать нужно среди тех, кто подойдет позже, когда фойские стрелки окончательно запутаются.
– Бост, бей в носовую баллисту. Если можешь, чуть за нее, где лежат все бочки с вендийским огнем.
Бост усмехнулся жесткой, почти каменной улыбкой:
– Я так и хотел, Учитель. За Каша, за Вигра.
Лотар покачал головой:
– Хоть сейчас и не тренировка, но забудь о мести. Иначе можешь ошибиться.
Бост вдруг выпрямился и церемонно поклонился. Теперь он полностью владел собой, и Лотар понял, что не промахнулся.
– Прошу простить меня, и спасибо за помощь.
Все-таки, может, они и переборщили с этими восточными трюками, решил Лотар. Но как быть, если все высокое воинское искусство совершенно лишь на Востоке? В любом случае тут чувствуется рука Сухмета.
Один из фантомов врезался в фойский корабль и лопнул, как будто в него попала огромная стрела. Второй фантом тоже достиг цели и лопнул, не причинив никакого вреда противнику.
– Будь готов, Бост.
Юноша кивнул, не отрываясь от прицела. Он замер, слившись со своим оружием воедино. От «Летящего Облака» до противника осталось не больше сотни саженей, потом футов пятьсот, триста…
– Рано, – посоветовал Лотар.
Фантомы уже беспрерывно натыкались на фойский корабль, который продолжал наугад бить во все стороны из своих трех баллист. И все-таки фантомов стало настолько меньше, что в действиях монаха появилась осмысленность. Он научился понимать, какой из кораблей – призрак. И даже пару раз указал рукой, чтобы скорректировать цель для стрельбы. Лотар отчетливо видел, что он идет по кругу и скоро упрется взглядом своих узких темных глаз в настоящее «Летящее Облако» …
До противника осталось футов двести, потом сто пятьдесят… Вдруг глаза монаха расширились. Он испугался, заверещал что-то, схватил за руку офицера у баллисты…
Но тут Бост спустил рычаг, и бочонок с давно коптящим фитилем почти по прямой прочертил линию в воздухе в сторону монаха. Промахнуться было невозможно. Лотар повернулся к юту и закричал, взмахнув рукой:
– Купсах, отваливай!
Теперь нужно было так уйти от врага, чтобы не попасть под огонь двух других баллист, которые еще некоторое время могли стрелять…
Но опасность уже миновала. Насмотревшись, как горящие корабли бьются об воду, фойский галеот, едва получив удар, стал резко снижаться. Он даже не пытался продолжать бой с «Летящим Облаком» . Капитан, видно, давно решил спастись любой ценой, даже ценой трусости.
Когда стало ясно, что никто с этого корабля в них больше стрелять не будет, Лотар посмотрел на последний фойский галеот.
Тот шел вперед на полной скорости. Он собирался уничтожить этого коварного и ловкого врага, отомстить за смерть товарищей. И не намерен был повторять их ошибки.
– Ну вот, – сказал Лотар, ни к кому особенно не обращаясь, – а с этой громадиной придется сражаться мне.
Глава 24
Превратив руки в крылья, Лотар стал отращивать еще небольшие крылышки на ногах. Конечно, он не мог ими взмахивать в полете, но они были незаменимы для уверток в воздухе. Он давно придумал этот вид трансмутации, еще когда сражался с волшебником Перегрином, который любил превращаться в огромного и свирепого мастодонта и топтал деревни, небольшие городки и поля фермеров.
Лотар тогда заманил его в стеклянистый лес и понесся на крыльях между деревьями с острыми, как осколки стекла, листьями. Он раз десять напоролся на очень острые листья, прежде чем сообразил, что ему не хватает маневренности, и отрастил эти крылышки на ногах. После этого дело пошло веселее, он ловко обходил все осколки, а Перегрин, который несся за ним в образе яростного зверя, собрал почти все царапины, которых избежал Лотар. Когда они вывалились из чащи, он уже истекал кровью, и Лотар добил его, как комара.
Вот и теперь Лотар подозревал, что эти крылышки ему пригодятся. Без них он просто не решился бы атаковать нашпигованный арбалетчиками и первоклассными лучниками корабль. Он натянул на себя все доспехи и, конечно, перекинул на спину Гвинед. Меч должен был сделать главное – как всегда.
Когда он снова появился на палубе, до острова Шонмор оставалось не больше двух миль, но фойский корабль уже висел над ними. Его обводы, люди на борту, гондола были не видны. Только плоское днище, только масса и неукротимое желание уничтожить – вот чем был теперь этот корабль.
Потом он стал стрелять – сверху, с очень близкого расстояния. «Летящее Облако» еще могло маневрировать, но увертываться от быстрых и невидимых стрел Купсах уже был не в состоянии. Когда Лотар понял это, он впервые измерил на глаз расстояние до берега – сумеет ли он дотащить обессиленного Сухмета и, если понадобится, кого-нибудь еще. Желтоголовый не сомневался, что Рубос доберется сам и Бост с Рамисосом тоже. Конечно, если они лишатся своего корабля, то все равно потерпят поражение, но по крайней мере останутся живы.
Тут Лотар услышал жесткие щелчки стрел о защитное поле. Волна теплой благодарности и восхищения затопила его сердце. Сухмет, как ни был он слаб, сражался и закрывал гондолу от стрел…
Звон колокольчиков едва не оглушил Лотара. Рано он поверил в безопасность. Нос фоя чуть опустился – как капитан сумел накренить свою махину, для Лотара, не искушенного в навигации, осталось тайной, – и огромная стрела, похожая на таран, ударила из его баллисты. Теперь он понимал, что целью фоев стала именно гондола, беззащитная перед такой угрозой.
Хорошо, решил Лотар, дашь на дашь. Он подошел к борту и так резко взлетел в воздух, что кто-то за его спиной даже ахнул. Кажется, это был Шивилек… Значит, они с Джимескином снова вышли на палубу. Хоть бы догадались сделать что-то полезное, подумал Лотар. Но особенно на этом он настаивать не стал бы, даже если бы мог, – от этих двоих теперь мало что зависело. От всех теперь мало что зависело, победу должен был добыть только он – Драконий Оборотень.
Лотар сделал круг над «Летящим Облаком» , которое, как ни странно, еще неплохо держалось. По крайней мере, так казалось со стороны. То ли Купсах научился управлять подбитым крылом, то ли фой поумерил свою агрессивность, то ли стрелять огромными стрелами было не очень просто, а чтобы попасть в гондолу «Летящего Облака» , требовалась большая точность.
