слетела. Меньше всего мне хотелось встречать ночных гостей. Я покосился на телефон, рядом с которым лежала карточка, которую мне вручил Виктор. Дотянулся, взял ее, принялся набирать выбитый на картонном прямоугольнике номер.
Трубку не брали долго. И когда я уже хотел было отменить вызов, в динамике послышался отрывистый голос:
— Слушаю, Василий Михайлович.
— Мастер Круглов, я вспомнил один очень интересный момент с того интервью, которое мы недавно смотрели, — начал я, не вдаваясь в подробности. — Так вот, наш общий знакомый говорил, что в квартире стояла прослушка. Может быть, ее не успели снять, и…
На фоне я различил звук, который уже слышал не один раз. Именно так звучала подбрасываемая мужчиной монета. Он вновь подкинул ее и поймал прямо во время нашего разговора. Затем Виктор ответил:
— Можете не переживать, мастер Юсупов. Квартира была чиста. Я в этом уверен. Если это все, прошу меня простить, Василий Михайлович. У меня еще много дел.
— Да, конечно, — растерянно ответил я.
И собеседник завершил вызов. Я же сидел на краю ванной, глядя на черный экранчик телефона. Круглов серьезно решил вопрос, просто сверившись с выпавшей стороной монеты? Все это было странно. Очень странно.
Снизу донесся звук включенного телевизора. Я завернул краны и вышел из ванной. Набросил на плечи халат и спустился в гостиную. Дядя был там же, где и обычно. Он вновь сидел в кресле, пил чай и смотрел какую-то передачу. Я решил не спрашивать, зачем он вернулся, потому как знал ответ — его вновь посетила бессонница, которая накатывала на дядьку, когда колено болело особенно сильно. Потому я сел в одно из свободных кресел и уточнил:
— Есть время?
— Это смотря для чего, — не отрываясь от экрана, ответил Петр.
— Хотел поговорить про твоего знакомого. Виктора Круглова.
В этот момент, передачу прервала реклама, дядя взял со стола пульт и выключил звук. Обернулся ко мне:
— При всем моем уважении к нему, Круглов тот человек, о котором не стоит болтать без причины, — произнёс он. — Это я знаю точно.
— Хорошо с ним знаком? — заинтересованно уточнил я.
— Хорошо его не знает никто, — отрезал Петр Феликсович. — Он просто появился в Выборгском княжестве из ниоткуда. С чистыми документами приютского бастарда, родители которого не установлены. Поступил в двадцатый полк в звании сержанта. И в первой же кампании в Африке показал такие фокусы, которые не снились даже ветеранам. У парня явно был боевой опыт. Но где он служил, никто не знал. И поныне не узнал.
— Двадцатый полк не смог найти информацию о бастарде? — удивленно переспросил я:
— Это только одна из странностей, — ответил дядя. — Мне впервые довелось работать с ним в Африке. Когда Круглов уже был капитаном. И однажды, нам пришлось устранять военизированную секту, которая захватила несколько регионов в одной из стран. Там часто такое случается. Появляется проповедник какого-нибудь божка, и за несколько месяцев набирает себе тысячи учеников. Затем этот культ вооружается и начинает представлять угрозу для правительства страны.
Я кивнул:
— Ты рассказывал.
— Так вот. В тех регионах были какие-то шахты, очень нужные одному из Великих Князей. Поэтому Совет быстро согласился, что влияние Империи в этой стране будет очень полезно. И на континент отправили две роты двадцатого полка. Круглов разработал план по истреблению тамошних культистов за неделю. И поначалу я не особо доверял третьему капитану. Но он исполнил все только бойцами своей роты, попросив нас только подстраховать. И при этом третья рота не потеряла ни одного человека. Позже, мне начало казаться, что в той кампании Виктор мог проделать всю работу в одиночку. А часть своих бойцов он взял только для отвода глаз.
— Круглов настолько силен? — удивился я.
Дядя на секунду замолчал. А затем ответил:
— По документам он имеет ранг мастера школы огня. Но таких боевых техник я никогда не видел. Уж не знаю, кто его обучал, но это явно была школа какого-то Пути.
Я задумался. Путями называли монастырские школы, которые готовили бойцов по своим практикам. Наставник монастыря строго отбирал учеников из одаренных мальчишек. Чаще всего, бездомных либо приютских. И забирал их, чтобы они вступили в монашеское братство и прошли Путь обучения. Кроме боевых, к тренировкам добавляли различные духовные практики. Медитации, контролируемый транс, молитвы, обеты и прочее. Эти практики сплетались с боевыми умениями, создавая воинов уникальной школы. По окончанию Пути, боец мог покинуть обитель и отправиться в странствие. Такие воины охотно нанимались в частные дружины, или даже Императорские армии разных империй.
— Не так давно мне довелось столкнуться с ним по одному делу, — задумчиво начал я. — И он не показался мне настолько дальновидным.
— На то Виктор и капитан третьей разведроты, что умеет прикинуться тем, кем ему выгодно, — ответил Петр Феликсович. — Поверь, этот лис будет казаться тебе безобидным. Он из тех, кто может подволакивать лапу, чтобы выглядеть слабым. Но стоит тебе в это поверить и раз… — старик ударил по полу тростью, — он уже вцепился тебе в горло.
— Виктор решил вопрос, просто подбросив монету, — сдавшись, выложил я последний козырь.
Дядя усмехнулся:
— Виктор всегда с ней советуется. Он делал это даже перед тем, как идти на операцию, — ответил старик. — Меня это тоже очень сильно удивляло. Но знаешь что? Странная монета никогда его не подводила. За все годы, которые я его знаю.
В этот момент реклама на экране закончилась, и дядька сразу же потерял интерес к разговору. Прибавил звук и с отсутствующим видом принялся наблюдать за происходящим в телевизоре. Я же встал с кресла и направился в свою комнату, размышляя по дороге, что все становится все чудесатее и чудесатее.
* * *
Горячая вода ванной смыла все напряжение и переживания. После омовения у меня хватило сил только доползти до кровати. И уже засыпая, я подумал, что неплохо было бы отключить телефон, чтобы
