Она хотела встретить ее как подобает валькирии. Сжав зубы и не издав ни единого звука. Но удар был такой силы, что ее чуть было не выдернуло из оков. Из глаз мгновенно брызнули слезы, все мысли просто вылетели из головы, а карцер заполнил истошный вопль, полный агонии.
Цепи вновь зазвенели. Княжна кричала, извивалась, выгибала спину. Сама не заметила, как призвала хонкайские конечности в попытках скинуть жалящую боль. Ей казалось, что к ее спине приложили раскаленный металл.
Постепенно на смену крику пришло рыдание, за ним — тихий плач и всхлипывания.
Тишина наступила не сразу. Минут через пять, когда девушка более-менее пришла в себя.
— Ну?! — Княжна шмыгнула носом, еле сдерживая слезы. — Посмотрела на мое сердце?! Надеюсь, ты увидела то, что хотела?!
Тишина.
— Скажи хоть что-нибудь! — хонкай вновь забилась в оковах. — Я прошла твое испытание?!
Рита молча стояла с открытым ртом. Рука валькирии медленно опускалась, едва ли не уронила кнут на землю. Она была шокирована тем, что почувствовала.
— Ты… Ты-ы… — голос становился громче и злее. — ТЫ ЖАЛКАЯ ЛГУНЬЯ!
— Рита, я…
Княжна даже сказать ничего не успела. Валькирия уже занесла руку и отправила кнут к ее спине.
Свист. Удар.
Все тело пронзила очередная порция агонии.
P A I N!
You break me down and build me up,
Believer,
Believer.
— Пародия! Дешевка! Ты не достойна носить ее лицо! Не достойна называться ее именем! — Рита наносила удар за ударом. Ее взгляд был прикован к татуировке с кроваво-красными розами. И она секла их. Хлестала без остановки. Хотела стереть, содрать со спины самозванки. — Где она?! Где моя Иди?! Что ты с ней сделала?!
Княжна даже не слышала, о чем ее спрашивали. Все, что она могла, так это кричать.
Тем временем снаружи карцера прозвучало три выстрела. Три девушки заплатили цену за свои убеждения, чем смогли остановить сильнейшего противника, который когда-либо им встречался.
P A I N!
Oh, let the bullets fly, oh, let them rain.
— Рита, остановись! Пожалуйста! Мне больно, Рита! Не-е-ет!
MY LIFE,
MY LOVE,
MY DRIVE,
it came from…
P A I N!
Валькирия остановилась только тогда, когда Княжна перестала реагировать на удары. Некогда красивая и стройная спина Идель сейчас напоминала свежий перекрученный фарш.
Обессиленная, изуродованная и сорвавшая голос, она просто повисла на цепях, издавая хриплый стон на каждом выдохе.
Несколько секунд в карцере царила тишина, которую в очередной раз нарушил стук каблуков.
Рита медленно обошла Княжну по кругу. Ожидала, что та потеряла сознание, однако стоило ей подойти ближе, как два алых глаза устремили взор в ее сторону.
— Ты крепче, чем я думала.
— А ты, оказывается, умеешь думать… — прозвучал тихий измученный голос.
— Давай прекратим это театр, и ты наконец ответишь на мои вопросы.
— Судя по тому, как… — Княжна зашлась кашлем, — как ты меня лупила, кха, не очень ты хочешь знать на них ответы.
— Как бы тебе сказать… — Рита склонила голову и, постукивая пальчиком по щеке, взглянула на потолок. — Я настолько сильно хочу знать ответы, что готова открутить тебе голову, но…
— Но не можешь, — хонкай оскалилась. Валькирия заметила испачканные в крови зубы. — Ты боишься ошибиться. Боишься, что я и есть твоя дорогая и любимая Идель. Если честно, я вашей извращенной любви никогда не пойму, — после сказанного Рита удивленно уставилась на Княжну. — Все что угодно готова понять, но… хах, это же реально дичь какая-то!
Рита в два шага оказалась около своей пленницы.
— Повтори, — рука сомкнулась на шее хонкая.
— Ты бы, кх-х, не увлекалась так, а то, боюсь, с Идель ты вряд ли еще когда-нибудь встретишься.
Валькирия спустя секунду размышлений неуверенно кивнула, но шею Княжны почему-то не отпустила.
— Продолжай.
— Я хонкай.
— Ц!
— Хах, что такое? Только не говори, что догадывалась. Даже близко на правду не похоже.
— Что с Идель?
— А что ей будет? Лежит себе… ноет постоянно. Тебя вспоминает и… да все, в общем-то. Ничего больше не делает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я хочу с ней поговорить.
— Не выйдет.
Пальцы на шее Княжны сжались крепче.
— Что ты хочешь?
— Хах, жить. Представляешь? — хонкай чуть было не засмеялась. — Я хочу жить! Всего-то! Но, к сожалению, твое желание и желание Идель резко противоречат моему.
Рита несколько секунд пристально всматривалась в лицо Княжны. Взгляд бегал от одного глаза к другому, пока она наконец не отпустила ее шею.
— Почему сразу не сказала?
— Ну-у… Сначала я вообще не хотела оставаться, просто выбора не было, а потом как-то завертелось… — окинув взором окружающую пустоту, девушка снова взглянула на Риту. — Привязалась я к этому миру и этому месту.
Рита отошла, отвернулась и некоторое время ходила из стороны в сторону.
— Может, отпустишь меня? — хонкай издевательски хохотнул. — Мне бы подлечиться.
— Нет, пока не услышу Идель, — Рита даже не взглянула в ее сторону, продолжала ходить взад-вперед.
— Не услышишь.
— Значит, и не уйдешь.
— Хах, тогда у нас патовая ситуация. Пока я жива, ты с Идель не увидишься, однако если убьешь меня, то умрет и она…
— А еще ты отсюда не выйдешь.
— Да-да, как раз хотела это сказать.
— Что же… выхода нет.
— Почему же? Можешь попробовать вызвать экзорциста.
— Вообще-то… — Рита с задумчивым видом повернулась к Княжне. — Я, кажется, знаю, как нам с тобой поступить.
— О, давай, удиви.
На губах валькирии заиграла хитрая улыбка.
— Между тобой и Идель есть важное отличие…
— Я адекватна?
— Ты не любишь боль. Не переносишь.
— Как и все нормальные люди!
— Хах, сказал хонкай…
— О, вы только посмотрите на нее! — Княжна подалась вперед. — Она меня подъебала! Вы видели? Обосраться можно!
Рита сначала нахмурилась, но через несколько секунд по-доброму улыбнулась.
— Похвальная выдержка. При других обстоятельствах мы могли бы стать друзьями.
— При других обстоятельствах я бы держалась от вас двоих подальше! Эй! Куда ты пошла?! А я?
В следующую минуту хонкай наблюдала за тем, как Рита сначала исчезла в тени, а затем появилась с маленькой серебристой тележкой, на которой было разложено множество хромированных инструментов. По-своему они были даже красивыми.
Красивыми… да.
Ну не могла Княжна просто так унять свое любопытство. Она даже шейку вытянула, чтобы получше рассмотреть, что же там лежит.
Рита ожидала, что ее набор “честных ответов и правильных решений” напугает хонкая, но когда она украдкой посмотрела через плечо, то весьма удивилась.
— Интересно? — горничная усмехнулась.
— Вовсе нет! — Княжна отвернулась, но через несколько секунд снова устремила свой взор на поднос. — Что это?
— О, я тебе сейчас все расскажу! Смотри, вот эти щипцы нужны для того, чтобы выдергивать зубы. Думаю, — Рита покачала головой, — их мы оставим напоследок. Вот эти, — она подняла и показала следующие, — для ногтей.
Княжна поморщилась. Вырвала она как-то раз себе заусенец…
— Мерзость!
Тем временем, вернув нечто похожее на плоскогубцы обратно на тележку, Рита развернула небольшой сверток.
— А вот с этих мы начнем наш разговор. Можешь не беспокоиться, я все продезинфицировала.
— О, спасибо! Всем телом чувствую твою заботу… Спиной особенно, — закатив глаза, ответила хонкай, а после мотнула головой в сторону небольшой коробочки. — А что там?
Глаза Риты блеснули.
— Тут самое интересное! — валькирия заговорщицки подмигнула и открыла ее. Внутри лежали металлические цилиндрики, которые своим видом очень сильно напоминали инъекторы. Княжна видела подобные у Ангелы. — Тебе понравится.
Взяв один из серебристых цилиндров в руку, горничная пару раз стукнула по нему пальцем, а затем направилась к Княжне. Однако стоило валькирии подойти поближе, как хонкай попытался схватить ее второй парой рук.
