– Мерлин тебя раздери, Соммерс, почему ты не сказала, что ранена?! – внезапно зарычал над ее ухом чей-то знакомый голос, больше ничем не напоминающий ледяной высокий тон лорда Волдеморта. – Как ты до сих пор на ногах-то стояла с такой потерей крови?!
– Мне просто нужно полежать, – пробормотала она едва слышно, удивляясь, почему до сих пор находится в вертикальном положении. Ах да! Кажется, это Том Реддл не дает ей упасть. – И еще Крововоп… Кроспо… Крововосполняющее зелье неплохо бы выпить…
– Соммерс, тебе в больницу надо!
– Нет! – к ней даже силы ненадолго вернулись, когда она услышала его последние слова. – В больнице они на меня и напали… Могут меня выследить… Нужно в другое место…
– Что ты несешь?
– Они преследовали меня весь вечер. Появлялись в том же месте через три секунды после меня… Они как-то могли меня отыскать…
– Хорошо, – из ее сбивчивой речи Реддл явно понял далеко не все, но возражать неожиданно не стал. – Я перенесу тебя в Хогвартс.
– Ты меня трансгрессируешь? – удивилась она, с трудом ворочая заплетающимся языком. В голове уже не звенело, там точно размеренно били в колокол, из-за чего все ее тело болезненно пульсировало. И еще ей было очень холодно. – Я и сама могу…
– Ты в таком состоянии, что тебя расщепит еще до того, как ты начнешь трансгрессию, – холодно отрезал он и поднял палочку, но Миранда вдруг схватила его за руку, оставляя на Реддле кровавые следы:
– Нет!
– Что?
– Нельзя… – прошелестела она, вспомнив, что именно возле Хогвартса на нее и напали в первый раз. А если сейчас их снова будет ждать засада, уже со свежими силами? А потом она наконец-то сообразила, что именно в преследовании тех незнакомцев показалось ей самым странным. – Они умудрялись отыскать меня каждый раз, когда я оказывалась в магическом месте. Только на маггловской улице они меня не преследовали, а я там пробыла долго… Минут двадцать…
– И что?!
– Нужно какое-то маггловское место, чтобы укрыться. Прийти в себя… Залечить раны… Перенеси меня туда…
– Соммерс, ты спятила? Ты помираешь от какого-то проклятия, и ты собралась отлеживаться где-то у магглов?
– Да… – она из последних сил цеплялась за его мантию, а затем мутным от боли взглядом посмотрела ему в лицо. Реддл крепко удерживал ее и смотрел на нее со смесью раздражения и… тревоги?.. – Пожалуйста…
Раздражение сменилось удивлением – в ее голосе отчетливо звучала мольба. Миранда понимала, что именно застало Реддла врасплох – он не смог заставить ее молить о пощаде, когда пытал ее, но сейчас она сама умоляла его о помощи.
– Пожалуйста… Том… – выдохнула она, силясь отогнать наступающую черноту. – Прошу тебя…
Он не ответил, и Миранда увидела, как на его лице отразилась нешуточная внутренняя борьба, причину которой она не могла объяснить. Что повергло его в такие тяжкие сомнения? Даже не просто сомнения – Реддла совершенно очевидно раздирали какие-то противоречия, и видеть такую борьбу в лорде Волдеморте было чем-то поистине странным.
…О чем это она вообще? Неужели она и в самом деле только что просила Волдеморта о помощи? Пффф, остается только удивляться, почему он до сих пор не выбросил ее в снег, где она гарантированно к утру замерзла бы до смерти, поскольку выбраться своими силами из Лютного она бы уже не смогла.
– За это тебе придется расплатиться сполна! – внезапно процедил его голос у нее над ухом, когда Реддл наконец-то принял какое-то нелегкое для себя решение, а затем Миранда ощутила, как все ее внутренности сдавило и закрутило.
Эта трансгрессия была самой отвратительной в ее жизни, и ей оставалось только мысленно благодарить Реддла за то, что тот продолжал удерживать ее. Миранда не имела ни малейшего представления, куда он ее перенес: они стояли на незнакомой городской улице с такими же разрушенными домами, как она уже видела этим вечером. Опять горело всего два или три фонаря. Она совершенно не представляла, сколько сейчас было времени и где они находятся – такая полная дезориентация в пространстве уже была ей знакома по ее перемещению во времени.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Нам нужно немного пройти пешком, – напряженным голосом сказал Реддл. – Соберись, ясно? Потом, когда дойдем, я буду говорить, а ты молчи, только сделай вид, будто ты вполне здорова, просто напугана. Они не должны увидеть, что ты истекаешь кровью, иначе нам придется чистить память всему зданию.
– Х… хорошо, – выдохнула она. Миранде хотелось спросить, куда он ее вел, но она чувствовала, как все больше напрягался Реддл, и решила ничего не говорить. Скоро и так станет ясно.
Они прошли мимо высокой металлической ограды, больше напоминающей тюремную, и остановились у калитки. Над ней Миранда разглядела латунную табличку «Приют Вула». Что?..
Не давая ей опомниться, Реддл открыл калитку с помощью обычной Алохоморы, а затем через маленький серый дворик провел к узкому крыльцу. Все это запоминалось Миранде урывками, она пыталась только не потерять сознание.
– Кого там принесло в рождественскую ночь? – послышался вдалеке недовольный женский голос в ответ на звонок, а затем дверь открылась, и Миранда прищурилась от света. Последовала пауза, после которой женщина в синем платье, которое она попыталась оживить с помощью белого накрахмаленного воротника и манжет, потрясенно спросила. – Том?!
– Добрый вечер, миссис Коул, – голос слизеринца звучал безукоризненно вежливо, но каким-то чутьем Миранда чувствовала, насколько Реддлу отвратительно здесь находиться и насколько ему неприятна женщина на пороге. – С Рождеством.
– С-спасибо, Том, и тебя с праздником… Но разве ты не должен сейчас находиться в своей школе?
– Мы выбрались на праздник в город, мэм, но, к сожалению, на мою одноклассницу напали грабители, когда я отошел. Ее ударили, а потом отняли деньги и карточки. Она напугана и не очень хорошо себя чувствует, и мне было ближе привести ее сюда. Можем мы остаться до утра?
– Д-да, Том, х-хорошо… Бедная девочка! Еще и карточки эти мерзавцы отняли? – поскольку эта миссис Коул, вне всяких сомнений, являлась магглой, Миранда слабо удивилась, почему ее нисколько не насторожили странные наряды, в которые они с Реддлом был облачены. Но, опустив глаза, она с удивлением обнаружила, что с виду на ней было обычное маггловское пальто, в то время как по ощущениям это была все та же ее мантия. Хммм, так Реддл создал что-то вроде иллюзии?
– К сожалению. Можно мы войдем?
Еще довольно молодая женщина посторонилась. От нее ощутимо пахло джином – должно быть, отмечание Рождества шло полным ходом – и Миранда подумала, не в этом ли заключалась причина ее сговорчивости. Реддл решительно ввел ее в дом, в облицованную черно-белой плиткой прихожую, и уверенно повел к обшарпанной лестнице наверх каким-то хорошо знакомым ему маршрутом. В узком коридоре показались несколько ребят в одинаковых серых нарядах – девочки в платьицах, мальчики в брюках и курточках. В тусклом свете они казались пациентами больницы. Миранда подумала, что в жизни не видела более тягостного зрелища. При виде Реддла любопытство на лицах быстро сменялось другими чувствами – страхом, неприязнью. Какого-то парня постарше вовсе перекосило от злости, когда он увидел слизеринца. Но, что примечательно, ни один из них не повел себя агрессивно – наоборот, все поторопились освободить дорогу, лишь бы не стоять на пути.
Что ж, вполне ожидаемая реакция на появление лорда Волдеморта. Оставался только один вопрос – маггловский сиротский приют???
Они поднялись на третий этаж, где Реддл толкнул первую дверь в таком же длинном тоскливом коридоре, как на первом этаже. В комнате были только кровать, застланная тощим одеялом, платяной шкаф и табурет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Здесь можно остаться до утра, – холодно проговорил Реддл, оглядываясь по сторонам и уже не скрывая своего отвращения. – Сейчас только девять, и до десяти все будут находиться в столовой на праздничном ужине, а потом Коул и остальные погонят воспитанников спать. Я вернусь минут через двадцать.
